Тихоня для шалопая - Екатерина Котлярова

Екатерина                                                                                                      

— Почему ты убегала?

— От своего бывшего парня и некогда лучшей подруги. Мне подсыпали что-то в стакан соком. Что-то, что должно было меня… возбудить, — я покраснела. — Мне стало плохо, я пошла в комнату, услышала их голоса, спряталась в шкафу. Не знаю зачем. Просто интуиция подсказала. Оказалось, что мой парень… бывший парень поспорил на меня. Что затащит в постель. И должен был это снять на видео, насколько я поняла. А моя подруга должна была ему в этом помочь. Вот и всё, — я развела руками. — Ах да! Ещё оказалось, что они спят вместе.

— Я не понял причину твоего побега, — мужчина стоял посередине комнаты, сложив руки на груди и внимательно меня слушая.

— Я была возбуждена до предела от непонятного препарата. Я почти ничего не соображала. Меня в бессознательном состоянии хотели поиметь и снять это на камеру. А потом слить в сеть. Я была в незнакомом доме, среди незнакомых мне людей, не считая этих двоих. Если бы даже я кричала и просила помощи, другие бы решили, что я напилась в хлам. Мне было страшно. Очень страшно, — обхватила себя руками за плечи, когда воспоминания вновь накатили на меня. — Я решила, что лучшим решением будет сбежать и поймать попутку. Или вызвать такси. Но они заметили, что я ухожу. Серёжа угрожал мне ножом. Может, ножа и не было, я точно не знаю. А потом появились вы на машине, и меня толкнули, — сумбурно и сбивчиво рассказала я.

— Это уголовная ответственность. Если найти хорошего адвоката, то можно их засадить на несколько лет.

— Я… я не хочу их сажать, — я покачала головой.

— Серьезно? Тебя чуть не убили, — вскидывает идеальные брови.

От этого движения у меня в животе стайкой взлетают бабочки. Разве это законно быть таким красивым?

— Я общаюсь с Лерой с первого класса. Я знаю её семью. Её мама не переживёт, если её посадят.

— Как благородно, однако, — сарказм в голосе. — А ты о своей семье подумала? Твоя подруга особенно не заморачивалась, когда подсыпала тебе какую-то хрень в напиток. Ей плевать было на то, что у тебя может остановиться сердце. Ей срать было на то, что её *бырь толкнул тебя под колёса машины. Улепетывала она с ним так, что только пятки сверкали. Но тебя волнует, что с ней произойдёт. Да ты просто ангел, девочка.

— Я не девочка, — огрызнулась я.

Отчего-то мне хотелось, чтобы этот мужчина знал, что я совершеннолетняя. Чтобы видел во мне молодую, привлекательную женщину, а не глупую девочку.

— Девочка, как есть, — покачал он головой. — Наивная, глупая и добрая.

— Вы мне нотации решили читать? — я посмотрела на него исподлобья, потирая ноющую ногу.

— Видеорегистратор в моей машине записал этот инцидент. Я спокойно могу обратиться с этими доказательствами в полицию, — мужчина подходит ближе и опускается на край кровати.

— Вам какое дело до меня? Меня толкнули и чуть не убили, не Вас, — я вскакиваю с кровати и тут же падаю на пол, от пронзившей ногу боли.

— Под колёсами моей машины ты могла погибнуть, — мужчина помогает мне подняться и уходит в ванную, продолжая говорить уже оттуда.

— На моей совести лежала бы смерть человека. Ехал бы я чуть быстрее, я бы не успел затормозить. И вывихом ноги ты бы точно не отделалась.

Тереблю пальцами подол платья. Мужчина абсолютно прав.