Одна кровь на двоих - Татьяна Алюшина

Очень хотелось в душ, переодеться наконец, но и это потом, сначала более насущные дела!

Пошарив в Сети, она нашла ближайшую к ее дому фирму, оказывающую услуги по ведению домашнего хозяйства, созвонилась и заказала срочную генеральную уборку. А заодно и пригласила слесаря.

Они приехали очень быстро, через полчаса. Маша, предполагавшая, что прибудет парочка дивчин с синими паспортинами, имеющими штампы о постоянной дислокации на обширной территории самостийной Украины, удивилась, распахнув дверь.

Ввалилась бригада из семи человек, молодых, улыбчивых, интернациональных, упакованных в желтые майки и обрезанные бейсболки с логотипом фирмы. Притащили с собой тележки с инвентарем, два пылесоса и целую кучу средств чи-стяще-моющего предназначения.

— Здравствуйте! — по-пионерски весело и задорно поздоровались хором.

Вперед вышел мальчонка лет двадцати двух-трех, командир чистящего десанта, и предложил Марии Владимировне обсудить объем работ и высказать ее хозяйские пожелания.

Пожелания были весьма просты — мыть и отчищать все, вплоть до самых дальних закоулков. Мальчонка ходил за ней с листочком, перечислял наименования работ и их стоимость и ставил галочки напротив запрашиваемой услуги.

— Стирка требуется? Загрузить машину?

— Нет, — отказалась Мария Владимировна.

Все ее вещи, кроме того, что на ней надето,

были выстираны, с особым удовлетворением и тщанием сложены в чемоданы и сумки, а чистота мужниных ее уже не интересовала.

— А постельное белье? — уточнил юноша, окинув взором разворошенную кровать в спальне.

— Это снимите и выкиньте, — распорядилась Мария Владимировна. — Да, и будьте любезны, пропылесосьте матрац и обработайте каким-ни-оудь антисептиком. У вас есть?

— У нас все есть. Я понял.

Отдав распоряжения, Маша вполне комфортно устроилась, если не считать так и не принятого душа и нескинутых одежек, которые ее раздражали — все ей казалось, что они грязные, помятые, потные.

«Потерпи немного! — уговаривала она саму :ебя. — Что там у нас следующим пунктом?»

Следующим пунктом был слесарь той же фирмы.

Приземистый мужичок с большим пивным животиком, растягивавшим буквы на желтом маеч-ном полотне, выслушал Машину просьбу сменить оба замка в двери, оценил масштаб работ, обсудил с хозяйкой желаемое число запирающих устройств, озвучил стоимость работ и приступил к делу.

Мария Владимировна вернулась на 'застекленную лоджию к ноутбуку, остывшей третьей чашке кофе и следующим пунктам плана.

В двери появилась голова десантного предводителя.

— Извините, что отвлекаю. Холодильник разморожен и отмыт. Продукты загружать назад?

— Нет! — улыбнулась Маша.

Ей вдруг стало весело! Даже головная боль прошла от будоражащей кровь вольницы.

— Все скоропортящееся, — скомандовала она, — выбросить! Остальное сложить в пакеты!

— Есть! — улыбнулся в ответ командир.

Кто знает, что он там понял, но ей почему-то было приятно.

Вот, собственно, и следующий пункт плана!

Она порылась в Интернете, нашла удовлетворяющий ее пожеланиям ближайший супермаркет, позвонила в отдел доставки, сделала заказ, обговорив все формальности.

Так. Что дальше?

— Молодой человек! — позвала Маша, не вставая со стула..

Стульчик был премиленький, страшно нравился ей этот гарнитурчик — два кованых ажурных стульчика и столик, она любила попить здесь кофейку, когда оставалась в доме одна. Это дизайнер придумала уголок для Маши на лоджии.

Юноша прибыл на зов через полминуты.

— Вы меня звали?

— Простите, бога ради, — извинилась Маша. — Вы мне представились, а я забыла. Как вас зовут?

Настроение ее совсем разведрилось!

Надо почаще начинать новую жизнь! Оказывается, это так... так... освежает?.. Нет, не дезодорант все-таки. Бодрит, молодит? Нет, не это!

Освобождает! Вот! И заставляет почувствовать себя живой! Настоящей! Жизнь почувствовать!

— Василий, — вернул ее к действительности командир чистящего отряда.

А что она от него хотела? Ах да!

— Васечка, — преподавательским тоном, которым просила студентов вымыть доску перед лекцией, обратилась к парню Мария Владимировна, — будьте любезны, там, в коридоре на •тумбочке, моя сумка, принесите, пожалуйста!

Вася скрылся за балконной дверью и вернулся через пару минут с Машиной сумкой.

Протягивая ей сумку, он почти по-родственному спросил:

— Мария Владимировна, а лоджию-то мыть?

— Мыть, Васечка! — поделилась задором Маша. — Все мыть, что только можно!

Он улыбнулся без подобострастия, открыто, совсем по-мальчишески.

— Тогда минут через двадцать. Вы могли бы перейти в гостиную, мы там почти закончили.

— А как же! Освобожу помещение для труда! — пообещала Маша.

Шум генеральной чистки и уборки ее квартиры стоял недетский, и Маше пришлось почти кричать, что только добавило ей веселья.

Она достала из сумки сотовый, пристроила его на столике рядом с трубкой домашнего телефона, порывшись, выудила сигареты и зажигалку.

Курильщица она была из разряда тех, кто никогда не имел тяги к этому развлечению, так иногда разрешала себе выкурить сигаретку от непомерной усталости, когда один кофе не помогал бороться со сном, или в моменты особо острых переживаний — словом, изредка.

Или вот сейчас, в разгулявшемся настроении ее новой жизни!

Что там у нее следующее по плану?

Добраться до душа? Разобрать веши?

Нет!

Выбрать хороший ресторан, заказать ужин на дом, а дальше будет видно!

«Совсем я обамериканилась! — радостно подумала Маша. — Интернет, доставка на дом всего, чего ни пожелаешь!»

Она с удовольствием потянулась, сложив ладони в замок. Хорошо! Все хорошо!

Спасибо тебе, Америка, — свободная страна свободных граждан!

Надоумила!

Но вовсе не Америка на самом деле ее надоумила, просто Мария Владимировна перевела дыхание, отдохнула и пригляделась к своей жизни.

Через два месяца после того, как она, сдав, защитив, отстояв, издав и напечатав все, что только можно и требовалось, получила профессорское звание, Мария Владимировна укатила в Америку, в Калифорнийский университет, куда ее давно звали, прочитать курс лекций по древнерусской истории, что было почти ее темой — она занималась еще более древней историей Руси, вернее, того, что еще не было Русью, как таковой.