Тот, кто станет моим - Рейчел Гибсон

Отэм встала из-за стола, направилась в спальню и приняла душ, словно ее нервы не были натянуты как струна. Словно ее мысли не носились в голове точно сумасшедшие, а сердце не колотилось, словно хотело выскочить из груди. После душа Отэм натянула черные брюки из тонкой шерстяной ткани и кашемировый свитер, украшенный на вороте жемчужинками. Ее руки заметно дрожали, когда она собирала волосы в хвост.

Она любила Сэма, и в ее глупом сердце все еще теплилась слабая надежда, что на этот раз и он ее полюбит. Сэм шутил на эту тему дважды. Но на этом все. Просто шутка. Как и прежде.

Только на этот раз Отэм не была испуганной двадцатипятилетней девушкой. На этот раз она все знала о последствиях. И ей необходимо было спасти свое сердце, пока оно не рассыпалось на кусочки. Защитить Коннора, пока он не выбрал имя для своего будущего брата.

Из телевизора доносился звук любимого мультфильма Коннора, когда Сэм спустился в кабинет к Отэм. Он собирался поговорить с ней о Рождестве, которое хотел отпраздновать в этом году с семьей.

Сэм остановился в дверях и некоторое время наблюдал за бывшей женой. Ее рыжий хвост скользнул по плечам и молочно-белой шее, когда она убирала ежедневник в свою довольно вместительную сумку. Сэм сглотнул, почувствовав, как внезапно сжалось его горло. Он помнил то время, когда смотрел на эту женщину и не замечал ее красоты. Потому что не хотел замечать. Он намеренно встречался с женщинами, совершенно непохожими на Отэм, чтобы не вспоминать о ней и причинах, заставивших его влюбиться в нее в Вегасе. Он был тяжелее ее на целую сотню фунтов, и у нее все равно хватало сил вытирать им пол.

– Когда вернешься? – спросил он.

Отэм подняла на него глаза и тут же отвернулась.

– Поздно. Так что тебе, наверное, лучше остаться у себя дома.

Что-то было не так. Что-то изменилось. Это чувствовалось в напряженной тишине, внезапно окружившей Отэм.

– Я уезжаю на восемь дней, – напомнил ей Сэм.

Отэм развернулась и схватила со стола ручку.

– Коннор будет ждать твоих ночных звонков.

Сэм откашлялся.

– А ты будешь ждать моих звонков?

Отэм выдвинула ящик стола.

– Давай сосредоточимся на том, что лучше для Коннора.

Сэм вошел в кабинет и взял Отэм за руку.

– Что происходит, Отэм?

Отэм подняла голову, и Сэм увидел ответ. Он увидел в ее зеленых глазах то, что надеялся больше никогда не увидеть. Боль, неуверенность и отчуждение. Как в тот день, когда она впервые положила ему на руки Коннора.

– Коннор сбит с толку, – пояснила Отэм, делая шаг назад, чтобы увеличить расстояние между собой и Сэмом. – Думаю, будет лучше, если мы не станем больше так часто встречаться.

Это не имело никакого отношения к Коннору. Заскрежетав зубами от разочарования, Сэм с трудом удерживался, чтобы не встряхнуть Отэм за плечи. Он намеренно ослабил хватку и опустил руку.

– Ты не можешь меняться каждую минуту. Не можешь притягивать меня, а потом снова отталкивать. – Сэм тоже сделал шаг назад, чтобы защититься от обрушившейся на него боли. – Ты не можешь смотреть на меня так, словно ждешь, что я вот-вот разобью тебе сердце.

– А ты не можешь ждать, что я этого не сделаю.

Что-то случилось за то время, пока его не было. Но что именно, не имело значения.

– Я не причиню тебе боль, Отэм. Обещаю.

– Ты не можешь этого обещать.

Сэм протянул руку.

– Дорогая, просто поверь мне.

Отэм покачала головой:

– Не знаю, смогу ли.

– Стало быть, дело в Вегасе. – Сэм уронил руку. – Все еще.

– Это случилось, Сэм.

– Ты права. Но тогда мы были совсем другими людьми. – Сэм ткнул пальцем себе в грудь. – Я был другим. Я не прошу тебя забыть то, что произошло в Вегасе. Ведь мы оба не в силах сделать это. Но если ты не можешь оставить это в прошлом, как мы будем двигаться вперед? – Как они смогут жить вместе? А ведь Сэм хотел этого больше всего на свете. Больше, чем получить Кубок Стэнли, он хотел обрести семью.

Отэм покачала головой, и сердце Сэма едва не разорвалось от боли и гнева.

– Я не знаю. – Отэм взяла сумку и направилась к двери. – Я не думаю, что мы сможем двигаться дальше.

Сэм смотрел, как Отэм уходит, и это было самым сложным из того, что он когда-либо заставлял себя сделать. За звуками мультфильма он услышал, как хлопнула дверь гаража. Сэм любил Отэм. Хотел жить с ней. Но он не знал, получится ли это. Не знал, что ему делать.

Сэм поднялся по лестнице, прошел мимо Коннора, лежащего на диване с пультом в руке.

– Можешь сделать потише? – попросил он, проходя в кухню.

Звук утих, и Сэм открыл холодильник.

– Спасибо.

Всю свою жизнь он боролся за все. Боролся и в большинстве случаев побеждал. Он привык так действовать, но не знал, сработает ли это в случае с Отэм. Ведь такую силу, как она, невозможно было сдвинуть с места. Она невероятно упряма, и Сэм не знал, хватит ли у него сил, чтобы заставить ее передумать. И есть ли в мире такая сила, которая заставит ее любить его и доверять ему.

Сэм взял бутылку и открутил крышку. Висящий на стене телефон зазвонил и не успокаивался до тех пор, пока не переключился на голосовую почту. Наверное, Сэму стоило просто отойти в сторону. Да, он хотел быть с Отэм до конца жизни, но, возможно, он действительно причинил ей слишком много боли, с которой она так и не смогла справиться. Возможно, ему лучше уйти сейчас, пока он не увяз в этих отношениях слишком глубоко. Пока не задохнулся и не пошел на дно.

Телефон зазвонил снова. Сэм разозлился. Если бы он был жестоким человеком, он непременно пошел бы и избил кого-нибудь. Если бы он только что не вернулся на лед после травмы, он мог бы начать биться головой об стену. А телефон продолжал звонить, и навязчивое раздражение, растущее в груди Сэма, едва не лишило его самообладания. Он подошел к телефону и посмотрел на определитель номера. Обычно он просто снимал трубку и вешал ее снова. Но сегодня решил ответить на звонок.

– Алло?

– У вас звонок за счет абонента, – произнес механический голос, – от Винса Хейвена, заключенного тюрьмы Кларк-каунти. Будете оплачивать разговор?