Если он опасен - Ханна Хауэлл

Леопольд наклонился еще ниже и внимательно рассмотрел каждый штрих.

— Странно, что бандиты обосновались именно здесь. Место закрытое, и ничего не стоит подобраться вплотную, причем совершенно незаметно.

— Скорее всего, увидели, что убежище надежное, да и живет там только один человек. А о безопасности просто не подумали, — предположил Аргус.

Яго кивнул:

— Стратегия отсутствует. Глупец руководствуется исключительно сиюминутными соображениями и удобством.

— Если бы Корник понимал элементарные стратегические задачи, то о требованиях удобства вряд ли бы вспомнил. Сразу увидел бы, в какой опасной ловушке оказался, — согласился герцог, не поднимая глаз от карты. — Кто из вас метко стреляет с большого расстояния?

Ответа не последовало, потому что в дверь постучали.

— Можно войти? — послышался голос Олимпии.

За ее спиной стоял Стефан.

— Конечно, миледи. — Герцог любезно подал руку и подвел гостью к столу. — Вы выглядите значительно лучше, чем вчера.

— Хорошая еда поддерживает силы, — вступил в разговор Стефан. — Кстати, рана Уинна оказалась достаточно тяжелой, но несложной. Теперь уже он скоро поправится и сможет вернуться в строй.

Герцог восхищенно покачал головой:

— Удивительно! Когда-нибудь непременно обсудим этот поистине редкий дар, а сейчас скажите: насколько вы искусны в обращении с ножом?

Стефан залился смущенным румянцем и пробормотал что-то невнятное, а потому отвечать пришлось Аргусу.

— Меткость несравненная, ваша светлость. Глаз настолько наметан, а рука так тверда, что лезвие вонзается с безупречной точностью. Но вот на пистолеты искусство нашего молодого друга почему-то не распространяется.

Он с нежностью взглянул на юношу и снисходительно улыбнулся.

— Никто не возражает против участия Стефана?

— Никто.

— А чем могу помочь я? — не выдержала Олимпия.

— Останьтесь с детьми, — лаконично распорядился герцог и снова погрузился в изучение карты.

Баронесса Страйкхолл возмущенно вздохнула, а мужское большинство семейства Уэрлок дружно нахмурилось. Олимпия терпеть не могла, когда ее заставляли заниматься женскими делами. Конечно, она добросовестно выполняла все обязанности, но только по доброй воле. Любой приказ воспринимался как попытка угнетения. Аргус посмотрел на герцога и заметил, что тот пытается спрятать улыбку.

— Я умею хорошо стрелять, — задиристо заявила Олимпия.

— Надеюсь, миледи, вам не придет в голову демонстрировать мастерство в присутствии детей.

Олимпия воинственно скрестила руки на груди, и Аргус собрался напомнить сестре, что она разговаривает с герцогом, однако в этот момент сам герцог повернулся и посмотрел на нее серьезно, почти строго.

— Видите ли, мадам, если бы я мог отправиться к похитителям в полном одиночестве, то непременно поступил бы именно так. Терпеть не могу подвергать опасности других людей. К сожалению, в данном случае это невозможно. В то же время я собственными глазами видел, как мастерски юноша управляется с холодным оружием. Его безупречно рассчитанный, искусный маневр позволил спасти Дариуса. И безошибочный воинский инстинкт, и способность напасть в полной тишине могут сослужить нам хорошую службу. Однако там, где льется кровь, даме не место.

— Но…

— Я герцог и вынужден воспользоваться преимуществами титула. Оставайтесь здесь и постарайтесь сохранить детей в добром здравии. Надеюсь, что с помощью Макса и слуг при необходимости сможете отразить нападение целой армии.

Аргус видел, что сестра готова спорить, но выражение лица лорда Санданмора заставило ее смолчать. Олимпия покорно отошла в сторону, присела на диван и приготовилась слушать разговоры джентльменов, а Аргус спросил себя, удастся ли ему когда-нибудь перенять магический взгляд. В одном сомневаться не приходилось: исполнить роль герцога не доведется при всем желании.

— А кто из вас лучше всех стреляет с большого расстояния? — деловито уточнил Рональд.

— Конечно, Яго, — не задумываясь, ответил Леопольд. — Но и Бенед почти не уступает.

Он посмотрел на молчаливого силача.

— В таком случае необходимо обеспечить надежным оружием обоих.

Герцог и Леопольд углубились в обсуждение конкретного плана действий. Время от времени Аргус ведшая в разговор и выражал собственное мнение, однако лорд Санданмор оказался столь же силен в стратегии, как и барон Старкли, так что вскоре сэр Уэрлок полностью положился на мнение специалистов и уселся на диван рядом с Яго, не забыв налить стаканчик бренди. Оба с интересом наблюдали, как в процессе спора постепенно вырисовывается картина наступления и захвата хижины.

— Не терзай себя, твоей вины здесь нет, — тихо произнес барон Аппингтон и улыбнулся в ответ на мрачный взгляд кузена. — Даже Рональд так считает.

— Можешь меня не успокаивать. Разве не ясно, что Корник захватил Лорелей лишь для того, чтобы добраться до меня?

— Возможно, рассчитывает, что ты сломя голову бросишься освобождать дочку герцога.

— Нет, скорее всего, просто разнюхал, что ее судьба мне небезразлична. Одно неясно: ради чего он до сих пор за мной гоняется? Теперь уже не один я знаю, кто он такой и чем занимается. Так почему же не спасает собственную шкуру? Проще всего было бы уехать из страны.

— Для того чтобы эмигрировать, нужны деньги, а у Корника их нет, — вступил в разговор герцог. — Не случайно сэру Уэрлоку приказано явиться на встречу с десятью тысячами фунтов стерлингов в кармане. По сравнению с жизнью моей дочери — сущая мелочь, однако сумма показывает, что как бы бандит ни шпионил, узнать обо мне сумел очень мало.

— Десять тысяч фунтов? — Олимпия с сомнением покачала головой. — И вы готовы немедленно собрать такую сумму наличными?

— В любую минуту. Деньги в доме есть всегда, так как приходится регулярно платить жалованье и покупать необходимые товары, которые не производятся в поместье. К тому же собирался на днях сделать щедрый подарок еще одному внуку — старшая дочь недавно родила мальчика. Сначала я подумал, что можно схитрить: положить настоящие деньги сверху — совсем немного, — а на дне спрятать нарезанную бумагу, но потом решил, что обман обернется дополнительной опасностью, ведь Корник обязательно проверит.

— Неужели он пошел на преступление ради денег?

— Думаю; жажда наживы с самого начала руководила его действиями. Ну, а потом, когда операция провалилась, возникла необходимость заставить платить сэра Уэрлока — вернее, меня.

Леопольд кивнул:

— Чаффингтон, несомненно, обещал за Аргуса щедрую награду, а теперь ждать нечего, и Корник пытается восполнить потерю. Сомнений нет: деньги ему нужны, чтобы уехать подальше и надежно спрятаться. — Барон Старкли презрительно поморщился: — Ну а прятаться он намерен с максимальным комфортом.