Девочка Грешника - Даша Коэн

POV Соня

Мне определенно снилось что-то важное, что-то за что я могла бы ухватиться, чтобы размотать клубок своих забытых воспоминаний. Но стоит мне только открыть глаза, как картинки сновидения гаснут, тускнеют, теряя краски, а потом и вовсе развеваются как дым.

Будто бы их и не было никогда.

Приподнимаюсь на кровати и тру глаза, смотря в окно на низко нависающие облака и солнце, которое пытается через них пробиться. Оно — как я. Я тоже пытаюсь пробиться сквозь свои туманы, да все безуспешно.

А еще я совсем одичала здесь.

Мне кажется, что я птица, которой обрезали крылья и насильно затолкали в золотую клетку. А раньше я летала, парила где-то в небесах, жила…

А теперь я просто существую, потому что это кому-то надо. Вот и все.

Встаю на ноги и надеваю на себя домашний халат и обуваю пушистые тапочки со смешными помпонами. Немного поправляю прическу и уже было собираюсь спуститься в библиотеку, как в голове всплывает яркая картинка.

Свет софитов. Яркие отрезы красной материи. Громкая чарующая музыка. И все тело гудит так нетерпеливо и так сладко…

О-о, мне срочно нужна бабушка!

Срываюсь с места и несусь, не разбирая дороги. И сердце в груди стучит так, что грозится проломить ребра. А я улыбаюсь! Потому что каждый маленький шаг в темноте навстречу свету — это как подвиг.

— Бабуля! — кричу я, почти скатываясь с последних ступенек и бегу дальше, — Ты где? Ба?

На пробуксовке влетаю в гостиную, затем дальше — в столовую и наконец-то на кухню, где и замираю, взирая на одного из своих водителей Сергея и бабушку, что сидит за столом, вчитываясь в какую-то бумагу перед собой.

— Ба? — отдышавшись, повторила я.

— Цыц, — грозно посмотрела на меня старая женщина, — сядь и посиди тихо, Соня.

Ну я и села, недоуменно переводя глаза с бабули на водителя и обратно.

— Ну и где я сейчас тебе замену найду, Сергей? Не сезон, народ у всех уже набран, там в вашей богадельни только шлак остался, выбрать не из кого! Ну, что ты молчишь?

— У меня есть кого вам предложить, Фаина Моисеевна. Это мой друг, стопроцентный спец, недавно вернулся из столицы, решил отойти от шумных дел и осесть здесь, недалеко от моря. Он согласен подменить меня, а я вам руку даю на отсечение, что лучше его вы никого не найдете.

— Да? И что за друг? — прищурилась бабушка.

— У меня вот, есть вся информация для вас, — и Сергей тут же положил на стол папку, которую до этого все крутил в руках.

— Ну давай, посмотрим, кто тут у нас? Ага, Косяков…опыт работы, так…ого, ну, недурно, совсем недурно… Что еще? Навыки стрельбы есть, владение рукопашным боем есть, водительский стаж десять лет. Что-ж, Сергей, это все прекрасно, но взять вашего парня я просто так не смогу, мне нужно кое-кому позвонить, чтобы окончательно принять решение.

— Как скажете, — ответил водитель и почему-то громко вздохнул, нервно расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

А бабуля тем временем уже набирала, по всей видимости, номер моего брата Данила. А я снова впала в диссонанс с самой собой, потому что этот самый, так называемый брат, был вообще на меня не похож.

Темноволосый, темноглазый, вечно хмурый и всем недовольный. Как он вообще может быть моим родственником? Что за ошибка природы? М-да…

— Даниил? Добрый день, это Фаина Моисеевна, твой отец не берет трубку, очевидно, слишком занят, а потому я звоню тебе…что? Ты тоже занят? Но у меня срочное дело? Водитель Сергей Токов сегодня уволился. Да! Искать нового водителя — это ужасно долго. А Соню кто в город возить будет? Но он предлагает взять его друга, рекомендации хорошие…Что? Ах, как зовут? Сейчас. погоди…

И на этом месте бабуля еще раз уставилась в резюме возможного преемника Сергея, а потом и вовсе надела на нос очки и подошла к окну, пристально рассматривая что-то в предоставленных распечатках.

— Да здесь я, Даниил, не ори…его зовут… Ринат Алексеевич Косяков, последние пять лет работал частным водителем-охранником в «Титане»…Что ты говоришь? Ага, поняла. Все, Даниил, до свидания.

— И каков вердикт? — подал голос Сергей.

Но бабуля только подошла к столу и кинула распечатки с данными Косякова на стол. А я тут же их заграбастала, пытаясь рассмотреть того, кто будет отныне возить меня на процедуры.

— Ну и где твой друг? — спросила бабуля у водителя.

— За воротами в машине ждет, — нервно облизнулся Токов.

— Ну, зови своего Косякова, коль не шутишь, на посту скажи, что я дала добро, — благосклонно кивнула ему Фаина Моисеевна и Сергей тут же выдохнул и радостно заулыбался.

— Спасибо!

— Да пока не за что, — кивнула бабушка, — и удачи тебе в Москве, мой мальчик.

— Удача мне не помешает, — залихватски взлохматил волосы мужчина, низко нам поклонился, улыбнулся и был таков.

И в кухне моментально воцарилась тишина, а я все же решила заметить.

— Ба, тут написано, что кандидата зовут Роман.

— Я знаю, — кивнула та.

— А ты сказала брату, что он Ринат.

— Да неужели? — сняла очки бабуля и округлила глаза.

— Ага.

— Тебе послышалась, — улыбнулась мне старушка, а потом и вовсе подмигнула.

— Ба, я же что спросить хотела, — встрепенулась я и отвлеклась от нового водителя, — мне сон приснился, что я занималась танцами на полотнах.

— А, да? Ну, да!

— Это правда? — задохнулась я душевным возбуждением.

— Правда, Сонька, только отец не разрешит тебе пока опять порхать на своих тряпках.

— Почему? — расстроено выдохнула я и улыбка моя вмиг завяла.

— Опасно же, — пожала та плечами и накрыла своими морщинистыми ладонями мои.

А я только недовольно фыркнула, потому что…черт возьми, жизнь вообще опасная штука. Вот я — села за руль и все, приехала, на свою голову. В прямом смысле этого слова.

Но не успела я начать возражать по поводу вечных запретов и табу, как в помещение торопливо вошел Сергей, ведя нового водителя. Я же рассматривать преемника не стала, а только нахмурилась и сосредоточилась на своих думах и том, как бы так уговорить бабулю дать мне хотя бы один шанс попробовать свои силы и вновь начать тренировки.

А между тем бабушка уже болтала с новым парнем. Задавала тучу вопросов, выспрашивая все вдоль и поперек, а потом и меня окликнула, заставляя поднять на Косякова взгляд.

И я подняла.

А потом и врезалась в его зеленые глаза.