Путь на эшафот - Виктория Холт

Он стоял в нерешительности, но она заставила его идти.

– Я знаю, – сказала она, – что это ложь, но пока лорд Нортамберленд не подтвердит это, люди будут сомневаться, и я не смогу выйти за тебя замуж. Он должен сказать, что нет и капли правды в его словах.

Она следила за ним, сощурив глаза. Она видела, что к нему возвращаются сомнения, что он боится потерять ее. Он всегда был готов согласиться с ней и думать, что ее трудно заполучить. Было бы глупо расплакаться, сказать ему, что Нортамберленд солгал, что они не были обручены, что стать королевой – не его желание, а ее. Пока он верил, что она может в любое время вернуться в Хивер, что она хочет стать его женой только потому, что желает удовлетворить его желание, для чего пожертвовала своей честью и достоинством, он будет за нее бороться. Она должна заставить его поверить, что радость, которую она может ему доставить, стоит значительно больше, чем любые почести, которыми он может ее осыпать.

И он верил ей. Он выбежал из комнаты, заставил Нортамберленда предстать перед архиепископом, признаться, что не был обручен с Анной Болейн. Все это доказало, что он является законным мужем дочери Шрюсбери, а Анна может выйти замуж за короля.

Анна поняла, что это дело увенчалось успехом. Правда, само по себе оно незначительно.

Что же касается неприятностей с Саффолком, тут все обстояло сложнее.

Саффолк, завистливый и честолюбивый, стремящийся помешать ей выйти замуж за короля, был готов на все, чтобы опорочить Анну, если, конечно, это не будет стоить ему головы.

Он распустил сплетни, будто у Анны была любовная связь с Томасом Уайаттом, когда король уже ухаживал за ней. Это оказались очень опасные сплетни – ведь при дворе не было такого человека, который бы не замечал, с какой любовью Томас относился к Анне. Все видели, что они много времени проводили вместе. Возможно, что и ее нежность по отношению к Томасу была замечена.

Анна, не подумав, решила, что сплетни есть сплетни, и пустила в ход слышанные ею слухи, порочащие Саффолка. Она не побоялась повторить вслух о том, что Саффолк любит свою дочь Фрэнсис Брэндон отнюдь не отцовской любовью, что его отношения с ней – это кровосмешение. Причем говорила она это среди людей, которые, и она это знала, тут же рассказали обо всем Саффолку. Саффолк был возмущен подобными обвинениями. Он встретился с Анной, и они поругались. В результате этой ссоры Анна настояла на том, чтобы он временно был удален от двора.

Это была открытая война с человеком, который, возможно, за исключением Норфолка, был самым могущественным человеком в Англии и к тому же зятем короля. Саффолк удалился, охваченный тайным гневом. Анна знала, что он не оставит ее обвинение без ответа, что отплатит ей по заслугам, и боялась этого.

Запершись в своей комнате, Анна впала в тоску. Она плакала, но недолго. Она позвала Анну Савиль и сказала, чтобы к ней никого не впускали. Даже короля. Потому что ее здесь нет.

Она лежала на постели и глядела в лепной потолок, откуда из каждого завитка смотрели злые глаза Саффолка. Она представила себе, как он обсуждает ее высокомерное поведение со своими друзьями. И все, что они там говорят, моментально становится известно королю. Моментально! Какое страшное слово. Влияние, чье бы оно ни было, со временем кончается. О, если бы я была королевой, думала она. Если бы я была королевой, я жила бы счастливой жизнью. Я стала такой из-за этого бесконечного ожидания, бесконечных отсрочек. Папа никогда не уступит. Он боится императора Карла. И как я могу стать королевой, пока Катарина жива!

В дверь тихонько постучали, и появилась голова Анны Савиль.

– Я же сказала тебе, что никого не хочу видеть! – закричала на нее Анна. – Никого! Даже самого короля.

– Это не король. Это лорд Рочфорд. Я подумала, что вы его примете.

– Впусти его.

Вошел Джордж. На его красивом лице светилась улыбка, но она хорошо его знала и не могла не заметить – брат обеспокоен.

– Я с трудом добрался до тебя, Анна. Это стоило мне больших усилий.

– Я никого не хотела видеть.

Он сел на край кровати и посмотрел ей в лицо.

– Я слышал о Саффолке, Анна, – сказал он, и ее охватила дрожь. – Жаль, что так получилось.

– Думаю, ты прав.

– Ведь он зять короля.

– Ну и что из этого? А я буду женой короля!

– У тебя слишком много врагов, Анна. И ты увеличиваешь их число постоянно.

– Я увеличиваю их число? Боюсь, они множатся сами по себе.

– Чем выше ты поднимаешься, сестренка, тем больше становится людей, которые готовы сбросить тебя вниз.

– Я все это прекрасно понимаю, Джордж.

Он наклонился к ней.

– Когда я увидел Саффолка, когда услышал, что он говорит, я испугался, Анна. Ты должна вести себя более разумно.

– А ты слышал, что он говорил обо мне? Он сказал, что мы с Уайаттом любовники или, по крайней мере, были ими.

– Я понимаю твое желание отомстить ему, но не такими же методами.

– Я сказала, что его отлучат от двора, так и получилось. Стоит мне пожелать изгнать кого-либо, и это случается.

– Анна, король искренне и глубоко любит тебя, но ты должна быть разумной. Королеве потребуется больше друзей, чем Анне Рочфорд, а их мало даже у Анны Рочфорд.

– Да, мой благоразумный брат. Я поступила глупо и знаю это.

– Он этого так не оставит, Анна. Он сделает все, чтобы отомстить тебе.

– Многие хотят мне зла, Джордж.

– Глупо приобретать врагов!

– Джордж, иногда мне кажется, что я устала находиться при дворе.

– Это ты только так говоришь, Анна. Если бы тебя сослали в Хивер, ты умерла бы там от скуки.

– Согласна, Джордж.

– Если бы ты спросила себя, чего ты хочешь на самом деле, и честно ответила бы на этот вопрос, то сказала бы: «Самое мое большое желание – это твердо сидеть на троне Англии». Я прав?

– Джордж, ты знаешь меня лучше, чем я сама. Это прекрасная цель. Я взмываюсь ввысь и лечу, это так великолепно, так увлекательно. Но иногда я смотрю вниз, и у меня кружится голова. Мне становится страшно. – Она протянула ему руку, и он взял ее. – Иногда я говорю себе: я не верю никому, только Джорджу.

Он поцеловал ее руку.

– Джорджу ты можешь верить. И другим тоже. Но Джорджу верь всегда! – Он вдруг утратил присущую ему сдержанность и стал говорить так же свободно, как и она: – Анна, знаешь, иногда я тоже боюсь. Куда мы идем, ты и я? Мы были простыми людьми, а стали высокопоставленной знатью. И все же, все же… Помнишь, как мы осуждали бедную Марию? И тем не менее… Анна, что мы делаем, куда идем? Ты счастлива, Анна? А я счастлив? Я женился на самой мстительной женщине в мире. Ты же собираешься выйти замуж за самого опасного человека. Анна, Анна, мы должны действовать очень осторожно.