Награда за риск - Лайза Эндрюс

Луис лежал ничком, раскинув руки, и на спине его поблескивала испарина. Ему как будто недостало сил откатиться от нее достаточно далеко, и одной ногой он цеплялся за ее ногу. Судя по тяжести его ноги, Луис тоже полностью расслабился. Эмму переполняло счастье при мысли, что она сумела дать наслаждение, равное тому, которое сама получила.

Как она любила этого человека! Его нагота доставляла ей ни с чем не сравнимое наслаждение. Прекрасно было путешествие по всем частям этого совершенного, точно отлитого в бронзе тела. Но дольше всего взгляд задерживался на его лице. Сердце ее расширялось, давая пристанище новой волне любви, когда она видела Луиса таким, каким немногие могли его видеть, — уязвимым, без необходимой на публике маски, но столь милым без нее.

Эмма нежно провела рукой по его спине. Больше никогда он не причинит ей обиды. Теперь она была убеждена в этом. Она ведь ему необходима. Как и он ей.

— Эмма! Ни у кого и ни над кем не было такой власти, как у тебя — надо мной.

— Обратись ко мне еще раз! — потребовала она.

Он понял, о чем она ведет речь. Их мысли были приведены любовью в почти полное созвучие, они понимали друг друга с полуслова.

— Опять на колени?

— Разумеется!

Положим, это ритуал, тот самый прозаический момент любви, о котором рассказывают маленьким детям и внукам… Но вряд ли дон Луис усладит слух внуков историей о том, как он, совершенно голый, делал их бабушке предложение. Уже после того, как они уже совершили самое фантастическое любовное действо, какое только могло совершиться на земле.

Счастье Эммы граничило с экстазом, но от ее острого ума не ускользнул все же комизм ситуации.

— Эмма, любимая. Выходи за меня. Сделай меня счастливейшим из людей.

Она жаждала этих слов, чтобы окончательно убедиться, что под внешней оболочкой собранности и жесткости бьется воистину романтическое сердце. Надо проникнуть глубоко в толщу земли за этим сокровищем, но кропотливая выемка грунта окупается чистейшим золотом.

— Ну вот, теперь все в порядке. — С этими словами Эмма скользнула обратно в постель. Тень смущения пробежала по лицу Луиса.