Опьяненные страстью - Джилл Шелвис

Когда она осталась в одном лифчике от купальника, а соски превратились в две бусины, Ти Джей повторил:

– Скажи это вслух.

Она молчала, а он, запустив пальцы за пояс ее шортов, озорно поинтересовался:

– Если ты не можешь сказать, чего хочешь, как мы сможем это сделать?

– Не знаю, как правильно сказать…

Она почувствовала, что лифчик немного ослаб, а потом и вовсе исчез, и у нее перехватило дыхание.

– Сказать «заняться любовью»… это так банально, учитывая обстоятельства. Ну а все остальное кажется несколько… грубым.

– Секс? Или это слово слишком грубое?

– Нет… то есть я не думала.

Подняв взгляд от груди, он посмотрел ей в глаза, и у нее снова перехватило дыхание.

– Ты хочешь, чтобы я…

– Был во мне, – произнесла Харли одними губами. – Возьми меня…

Ти Джей приподнял ее за талию и усадил верхом к себе на колени. Большие мозолистые руки пустились в путешествие по ее телу, сжимая бедра, лаская и поглаживая груди, пощипывая соски. Когда он расстегнул молнию на шортах, Харли вильнула бедрами, давая ему больше простора. Трусики-бикини не представляли собой преграды, и его пальцы легко скользнули под них.

Когда он коснулся ее, она едва не потеряла сознание и раздвинула бедра шире, чтобы чувствовать его твердый член, и прижалась лицом к его шее. От него пахло мылом и… мужчиной. Вот его пальцы раскрыли ее, и из горла вырвался стон, а руки вцепились ему в волосы.

– Боже, Харли, какая ты мокрая.

Она крепче вцепилась в него, кусая и царапая, вонзаясь ногтями в кожу, пока не услышала его тихое шипение, не ощутила, как он тяжело шевельнул бедрами.

Он продолжал дразнить ее пальцами, и она стонала, беспомощно извиваясь, и была так возбуждена, что то и дело повторяла:

– Пожалуйста… пожалуйста… ну пожалуйста!..

Наконец он резко поднял ее, сорвал шорты и трусики, но прежде чем они упали на землю, глубоко проник в нее пальцами, а другой рукой сжал грудь. Большой палец растирал ей сосок в том же ритме, что и двигались пальцы.

Она потеряла рассудок, она задыхалась и тихо молила, она кричала, но он лишь покачал головой:

– Я знаю: ты хочешь, чтобы было по-быстрому, как много лет назад. Ни за что! То, что есть между нами, – это больше, чем просто секс!

Ей было все равно, как это называется, главное – чтобы вывел ее из этого лихорадочного состояния и наполнил.

– Сейчас, Ти Джей!

– Сейчас… Взгляни на меня, Харли.

Она не сразу смогла открыть глаза, чтобы встретить его взгляд.

А он с жадностью терзал ее рот. Язык двигался в едином ритме с пальцами внутри ее тела. Когда же пальцы касались самого ее центра, она откидывала голову, царапала ногтями его плечи, налегая на его руку, не в силах сдержаться. Взрываясь, она выкрикнула его имя, и он не оставлял ее, пока не улеглись последние конвульсии.

Но ей этого было мало. Она принялась возиться с пуговицами его джинсов, но он остановил ее:

– Харли, у меня нет презерватива.

Тогда она пошарила по земле в поисках своих шортов и, вынув презерватив из кармана, смущенно протянула ему.

– Я была герл-скаутом, – объяснила она в ответ на его тихий благодарный смех. – Но на будущее знай: я кристально чиста и сижу на таблетках…

– В отношении кристальной чистоты можешь не сомневаться во мне, – заверил он, когда ее руки проникли к нему в джинсы и принялись ласкать.

И все же этого недостаточно!

– Помоги мне, – прошептала Харли, и он снова поднял ее, на этот раз так, чтобы она смогла освободить его и надеть презерватив. И как только это было сделано, насадила себя на него, дюйм за восхитительным дюймом.

– О, Харли! – выдохнул он, сжимая ее бедра, раздвигая еще шире, прижимая к себе. Давая время привыкнуть к нему, он старался удержать ее на месте, а когда она шевельнулась, зарычал:

– Умоляю, не двигайся!

Не в силах совладать с собой, она раскачивала бедрами, и он грубо приказал, прижимаясь лбом к ее лбу, заглатывая воздух, как умирающий:

– Ни единой мышцей! Иначе я сейчас кончу.

Да, именно этого она и хотела, поэтому прикусила его нижнюю губу, потерлась сосками о его грудь.

Дрожь сотрясла его и прошла сквозь нее.

– Пожалуйста, – снова прошептала Харли и шевельнула бедрами.

Он со стоном впился ей в губы и начал наконец двигаться, но как и на реке, дал ей волю, позволяя раскачиваться, подниматься и опускаться. Начал он с великолепных, агонизирующе медленных выпадов, но ни он, ни она не смогли продержаться так долго теперь, когда наконец соединились. Она впервые испытывала такие ощущения, поэтому закрыла глаза, чтобы насладиться ими в полной мере.

Ее голова была опущена, а он продолжал мощно вонзаться в нее. Наконец, со стоном прижавшись к ней бедрами, он просунул пальцы к тому месту, где они были соединены, и она с криком взорвалась, унося его с собой.

Обессиленные, они рухнули на землю, а когда пришли в себя – то ли пять минут, то ли пять часов спустя, – Харли вздохнула:

– Ооо, это было великолепно, просто бесподобно!

При мягком свете луны Ти Джей улыбнулся и наклонился над ней, касаясь мягкими пальцами подбородка, век, кончика носа, губ.

Наконец, он глубоко вздохнул и лег на спину.

– Господи, я совсем без сил.

– Да. Вот что происходит, когда ночью превращаешься в сексуального маньяка!

Он широко улыбнулся.

– Это не моя вина. Ты смотришь на меня такими глазами… Глазами, в которых так и светится: «Пожалуйста, возьми меня!» Это очень отвлекает.

– Так мне что, носить темные очки или, еще лучше, ходить с закрытыми глазами?

– Возможно, но тогда меня позовет другая часть твоего тела.

– Например?

– Например, попка. У тебя классная попка, Харли.

– Моя попка взывает к тебе?

– Ты и понятия не имеешь как.

– А если бы я носила…

– Позволь сэкономить время. – Он понизил голос, и улыбка превратилась из дразнящей в ошеломляющую: – Все в тебе взывает ко мне.

Ее сердце действительно перевернулось, и в этот момент она поняла, в какую беду попала.

Если срочно что-то не предпринять, будет слишком поздно.