Его тайные желания - Дженнифер Сент-Джайлз

– Нет, я рвусь к Стивену. Он в моем сердце, и я счастлива, что он приехал с такой большой и дружной семьей.

– Боюсь, девять персон – это многовато для того, чтобы всех нас сразу принять.

Я улыбнулась.

– Вы все очень славные!

– Мы представляем собой слишком шумную и довольно разношерстную группу, но ты слишком деликатна, чтобы сказать это.

– В таком случае – удивительно живую и веселую группу, – сказала я.

Две недели назад семья Стивена приехала из Сан-Франциско, и «Красавица» наполнилась шумом и суетой. Я сразу оказалась в атмосфере любви и веселого смеха. Практичная по своей натуре Энн старалась держать все в своих руках. И какие бы проблемы ни возникали, она улаживала их, а Бенедикт, брат Стивена, помогал ей сдерживать сыновей Жустена и Роберта, когда те слишком бурно проявляли свой темперамент. Андре, Жустен и Роберт начали строительство дома на дереве, что потребовало экспертного совета всех мужчин. Стивен и Бенедикт, похоже, получали от этого наслаждение не меньше детей.

Со двора донеслись божественные звуки музыки – Жинетт заиграла на арфе. На сей раз в этой красивой мелодии не ощущалось печали, а голос сестры звучал сильно и радостно. Утром, когда упадет свежая роса на землю, неся миру свежесть и обновление, она выйдет замуж за капитана ее сердца. А сегодня лунный свет принадлежал мне.

– Пора, – сказала Энн.

Взяв протянутый ею букет, я вышла на галерею и подошла, как и было запланировано, к перилам. Стивен стоял возле фонтана Святой Катерины, глядя в мою сторону. Он был невероятно красив при лунном свете. Я должна была сойти вниз, как только он протянет мне розу. Я ожидала, что он сделает это сразу же, но вместо этого он вдруг кивнул головой в сторону.

Я увидела Андре со скрипкой, он негромко заиграл удивительно красивую мелодию. Рядом с ним стояла Миньон, оказывая ему молчаливую поддержку. Мое сердце переполнилось любовью к ним обоим.

Когда Андре закончил, Стивен протянул мне розу. Затем папаша Джон помог мне спуститься по ступенькам вниз, где стояла, обливаясь слезами, мамаша Луиза.

– Да хранит вас Бог! – просто сказала она. Подошли с поздравлениями Жинетт и Миньон в прелестных нарядах по случаю торжества.

– Жюльет, ты выглядишь потрясающе! – сказала Жинетт.

– Это до наступления зари. А после этого ты затмишь солнечный свет!

Во дворе ожидали моего появления море людей, которых я только начинала узнавать ближе. Сестра Стивена Кэтрин Симонс, ее муж Энтони, их дочь малышка Титания, Бенедикт, Жустен, Роберт, малышка Энн и наконец – мать Стивена Розалинда Тревельян.

Я подошла к Стивену, который стоял у фонтана, рядом находился Бенедикт, далее – капитан Дженнисон, человек, которому мы со Стивеном были обязаны жизнью. Я отдала Жинетт букет, положила ладонь на его руку, а он протянул мне единственную розу.

– Я люблю тебя, – сказала я тихо.

– И я люблю тебя.

Со сплетенными руками мы опустились на колени перед святой Катериной. Священник начал службу, а я, стоя на коленях перед статуей, вспомнила слова из дневника Жан-Клода о том, что он положил все, что добыто с таким трудом, к ногам святой Катерины. И тогда я поняла, что он имел в виду.

– Стивен, я знаю, где находится золото, – шепотом сказала я, оглянувшись на священника, который в этот момент говорил об обязанностях мужа и жены.

– Где? – так же шепотом спросил он.

– Мы стоим на нем на коленях. Золото у ног святой Катерины.

– О Боже! – воскликнул он, вызвав волнение и шум среди присутствующих.

Я засмеялась. Брат Стивена наклонился к нему:

– Есть какие-то проблемы, Стивен?

Озорные огоньки заплясали в глазах Стивена. Он посмотрел на священника, который неодобрительно нахмурился, и спросил:

– Мы еще не перешли к стадии поцелуев?

– Нет, – увещевающим тоном проговорил священник.

Стивен улыбнулся обезоруживающей улыбкой.

– В таком случае, пусть будет две таких стадии, потому что я больше не имею сил ждать. – Наклонившись, он поцеловал меня, и сердце мое запело.

Когда церемония закончилась и Стивен заключил меня в объятия, я поняла, что начинается новая эра. «Красавица Юга», дом моего сердца, станет отныне домом двух сердец – Стивена и моего. Наши самые дорогие и памятные воспоминания будут связаны с ним, со звонким веселым смехом, пока будут подрастать наши дети. Он заключит нас в свои нежные объятия, а сила и понимание наших предков будут служить нам опорой, когда мы будем совершать переход из сумрачного прошлого к новому и ясному будущему.