Пируэты (не) для слабаков - Юлия Крынская

–Что попросишь взамен?– Виктор поднял глаза на полковника.

–Мне нужен человек, который сможет обосноваться в Югославии.

–Слушай…

* * *

Топор, сверкнув в воздухе, со скоростью молнии рассекал полено на ровные половинки. Дмитрий ловко ставил на колоду следующий чурбан и заносил топор над головой. Виктор долго бы переминался с ноги на ногу у калитки, наблюдая за бывшим другом, но собака залаяла и выдала его.

–Тайсон, фу!– Дмитрий воткнул топор в колоду.– Фу, я сказал.

Собака заткнулась. Дмитрий по заснеженной тропинке, подошёл к забору:

–Чем обязан?

Дмитрий за десять лет не изменился, лишь в чёрных волосах залегла седина. Под свитером крупной вязки прорисовывались крепкие мышцы, а горделивая осанка сохранилась со времени Димкиых боёв на ринге, когда после очередной победы он потрясал кулаками над головой. Виктор с детства восхищался приятелем. До тех пор пока в их жизни не появилась Марина.

–Поговорить нужно.

Виктор передёрнул плечами. Градусник с утра застыл на минус двадцати, и ядрёный загородный мороз уже забрался под дублёнку.

–Ба… Какие люди!– Дмитрий сунул руки в карманы ватных штанов и прищурился.– Больше не с кем, что ли? В такую даль припёрся.

Он вытянул шею и окинул взглядом «волгу».

–Это касается Алексея… И Артура,– выдохнул Виктор.

Дмитрий надул щёки и выдохнул. Отодвинув щеколду, открыл калитку:

–Глаза б мои тебя не видели. Ладно, заходи.– Он не торопясь пошёл к дому. Снег захрустел под его ногами в огромных валенках.

Выкрашенный зелёной краской, с резными белыми наличниками, домвыглядел как новый. На крыше в ложбинках шифера лежал снег. Из трубы струился дымок. У Виктора защемило в сердце. За всю жизнь, со всеми операциями и командировками, он не выматывался так, как за последние два дня. Деревенская неспешность и покой неожиданно показались ему заманчивой, но недоступной роскошью.

–У тебя и баня есть?– окинул он взглядом небольшой сруб со столом и скамейками подле него.

–Есть,– не оглядываясь, огрызнулся Дмитрий.– На попе шерсть. Короткая, но своя.

В натопленном доме пухлая женщина с толстой косой из темных волос, одетая в короткое платье с лиловыми цветами, возилась у сковородки.

–А мне малым-мало спалось, ох, да во сне привиделось!– выводила она звонким голосом.–А мневоснепривиделось,будто конь мой воронойразыгрался, расплясался…

–Любаша, у нас гости,– оборвал её пение Дмитрий.

Женщина обернулась, и Виктор цокнул языком. На вид ей оказалось не больше двадцати. Большие карие глаза распахнулись, щёки покраснели. Любаша схватила сковородку, и в глубоком вырезе халата колыхнулась большая грудь.

–Неудобно-то как!– Любаша с грохотом переставила сковородку подальше от огня и, опустив глаза, поспешила к лестнице, ведущей на второй этаж.– Я сейчас оденусь.

Босые ноги затопали по ступеням.

Виктор вдохнул аромат ландыша, шлейфом тянувшийся за молодой возлюбленной Дмитрия и расстегнул дублёнку:

–Если бы у меня была ещё одна жизнь, я бы провёл её в Простоквашино,– улыбнулся Виктор.– Хорошо у тебя.

Дмитрий вытащил с обувной полки войлочные тапки и кинул ему.

–Вить, давай без лишней брехни. Чай будешь?

–Буду.

–Мой руки и садись за стол.– Дмитрий подошёл к рукомойнику и намылил руки, позвякивая алюминиевым стержнем.– Что Алексей натворил? Вроде только пару недель назад всё ровно было. Приезжал с невестой.

–С невестой?– вскинулся Виктор.

–Да. Скоро дедом стану.

Дмитрий вытер руки вафельным полотенцем с ручной вышивкой и поставил эмалированный подкопчённый чайник на печку. Виктор вздохнул и вымыл руки. Стол, покрытый накрахмаленной скатертью с вышитыми красными маками добил его. Что с Татьяной, что с Мариной, Виктор вечно нёсся кого-то спасать. Быт всегда оставался на втором плане. Сейчас Виктору вдруг захотелось так же колоть по утрам дрова, и чтобы Танечка с утра пекла ему блины, а по вечерам, тихо напевая, вышивала крестиком.

Заскрипели ступени. Виктор обернулся. Любаша надела синюю блузку навыпуск и юбку. Они скрывали её пышные формы.

–Евсеич, я накрою,– она смотрела на Дмитрия, как на божество,– ты садись.

Дмитрий, проследив за взглядом Виктора, ухмыльнулся:

–Да, и я тоже скоро стану отцом.

Виктор оценил плохо скрываемый юбкойживотЛюбаши:

–Сильно! Хотя ты всегда был впереди планеты всей.

Любаша скинула со сковороды на блюдо румяный блин. Виктор с Дмитрием сели друг напротив друга, молча ожидая пока хозяйка накроет на стол. Любаша, несмотря на полнотелость, порхала невесомым мотыльком. Вскоре на столе красовалась тарелка с ароматными блинами, крынка сметаны, мисочки с медом, творогом, натертым сыром, солеными грибочками, печеночным паштетом. Любаша ловко нащипала листиков с пучков трав, висевших на стене. Она уложила их в заварочный белобокий чайник и залила кипятком. По кухне поплыл аромат летнего луга.

–Кушайте на здоровье!– Любаша приветливо посмотрела на Виктора и повернулась к Дмитрию.– Я до бабы Маруси добегу. Сегодня Искра отелиться должна.

–Иди ко мне.

Взгляд Дмитрия потеплел. Любаша густо покраснела и, подойдя к нему, наклонилась. Он взял её за кончик подбородка и чуть коснулся пухлых губ.

–Зоренька ты моя,– Дмитрий подарил ей еще поцелуй.– Оденься теплее.

Любаша ушла, а мужчины налегли на еду.

–Артур хочет убить Лёху,– Виктор отложил нож с вилкой и сцепил пальцы на животе.

–Во как… – Дмитрий вытер рот бумажной салфеткой и пожал плечами.– Хлопотно это. И что они не поделили? Твой тоже в братву подался?

–Нет.– Виктор отхлебнул чая из огромной кружки, разрисованной в красный горох.– Он по военной части.

–Странно,– Дмитрий встал и подкинул в печку березовое полено,– Лёха был у меня на Новый год и ни словом не обмолвился об Артуре. Он выпрямился и уставился на Виктора:– А Артурв курсе, что они братья?

–Нет, тут нужно хорошо подумать,– Виктор развёл руками.– Я сам только недавно это открыл. Видел тут Алексея на кладбище с Гелей. Он – копия ты. Потому и узнал.

Дмитрий потёр подбородок и уселся обратно за стол:

–Выкладывай, что знаешь.