Любовный пасьянс - Саманта Фостер

Стив надеялся, что Элли простит ему его невольную ложь. Он честно собирался сдержать свое слово и покинуть территорию штата, и даже пошел в конюшню седлать лошадь, пока жена спала, так как опасался, что не сможет спокойно распрощаться с нею. И вдруг среди припасов, которыми были набиты его дорожные сумки, он случайно наткнулся на долгожданное, невесть откуда взявшееся письмо от Алена.

У Стива до сих пор комок подступал к горлу, когда он вспоминал слова, написанные ему Аленом. Сын Дженни Перрол, конечно же, ни на минуту не поверил в то, что это Стив убил его мать. Более того, он немедленно начал вести собственное расследование, чтобы восстановить справедливость. Вскоре он узнал, что у его матери было письмо и новости для Стива. Ему удалось обнаружить это письмо, которое Дженни спрятала в их доме. Письмо было удивительным. Его написал душеприказчик, представлявший интересы некоего лорда Эндрю Нокса и следившего за исполнением завещания этого самого лорда. И самое замечательное было в том, что этот лорд оказывается отец Стива.

Не доверяя почте, Ален снял копию с этого письма, которую и послал Стиву. Недоверчиво читал Стив эту копию. Если верить тому, что в ней написано, он является законным сыном графа Нокса. Более того, он должен унаследовать его титул и состояние, размеры которого изумляли Стива даже сейчас, по прошествии нескольких часов. В приписке, сделанной Аленом, говорилось, что он узнал о двоюродном брате Стива Эйвери Ноксе, проживающем в Лондоне. Этот братец, оказывается, должен был унаследовать все состояние сэра Нокса, но при условии, если Стив умрет или окажется осужденным за какое-либо преступление. Эйвери Нокс, как сообщал Ален, известен в Лондоне своими долгами, а также тем, что напропалую обещал своим кредиторам, что вскоре унаследует дядюшкино богатство и тогда уж щедро расплатится с ними. Алчность Эйвери Нокса вызвала у Алена подозрение, и он решил узнать о нем поподробнее. И вскоре выяснилась интересная деталь. Оказывается, у Нокса был любимец, которого он специально нанял для выполнения разных грязных поручений. Этот презренный малый не гнушался никакими средствами для достижения своих целей. Знавшие этого типа люди, описывали его так: огненно-рыжие волосы и такая же огненно-рыжая борода.

— Сьюард! — громко сказал Стив…

* * *

Луна уже легла на отдаленные вершины аризонских гор, когда Стив вновь въехал в Мидлчерч. Спасительная темнота стала его союзницей, его покровом, его домом. Он попытался отыскать Кармен Белл, надеясь, что ее любовь к Люсьену поможет ему осуществить его месть. Прикрыв лицо полями низко надвинутой шляпы, Такер попросил какого-то полупьяного бродягу отнести записку Кармен.

Стив надеялся, что женщина не выдаст его, и поэтому назначил место свидания в темной аллее. Вскоре он увидел, как из дверей «Медного колокола» выскользнула женская фигура, и тут же услышал ее приглушенный встревоженный голос.

— Я знала, знала, что это вы! — прошептала она. — Как только ваш посыльный произнес имя Люсьена, я сразу же подумала, что это вы!

Она взяла его за руку своей маленькой ручкой и потянула туда, откуда только пришла сама: в маленькую уединенную комнатку при салуне.

— Вы, должно быть, сумасшедший, раз появились здесь! Лен Блэлок уже отправил за вами погоню!

Стив встревожился.

— Они не знают, кто меня…

— Кто вас вытащил из тюрьмы? Нет, не знают. И не говорите мне об этом! — Кармен налила ему стакан виски, и он медленно, устало выпил его.

Дождавшись, пока он поставит стакан, Кармен спросила:

— Зачем вы вернулись сюда?

— Я пришел за Сьюардом — убийцей Люсьена!

Кармен замолчала и сидела так несколько мгновений. Затем, она низко опустила голову и всхлипнула, но, совладав с душившими ее рыданиями, сказала: