Главная роль - Анна Пудова

Йога начала менять ее отношение к устройству мира.

Всего за несколько месяцев она стала вегетарианкой — перестала употреблять любые продукты, которые связаны с насилием и убийством животных; перестала носить одежду из кожи и меха зверей.

Сотрудники в офисе говорили об Андреа Каммингc: «Дамочка с причудами!» — ничего не зная о ее новом взгляде на мир. И если бы кто-то показал нынешнюю Андреа прежней Мелани — женщину, которая ищет в супермаркете сапожки из искусственной кожи, примеряет шубку из искусственного меха, — Мелани Сандерс сказала бы, что эта женщина не в себе.

Но теперь ей казалось ненормальным то, как она жила раньше и как привыкли жить люди. Привыкли жить, убивая… Не являясь хищниками по своей природе.

Не защищаться, а убивать, потому что так принято, потому что это в порядке вещей…

Раньше Андреа очень любила баранину с кровью. Сейчас вид этого блюда не вызывал у нее ничего, кроме безумной жалости.

Она прочитала гору литературы о вреде вегетарианства, наслушалась врачей, твердивших, что мясо и рыба необходимы для жизни.

Потом поняла, какое же все это вранье. Все, абсолютно все нужные витамины, минералы, микроэлементы человек получает при полноценном вегетарианском питании. Она сама развеяла любимый врачами миф о том, что вегетарианцам не хватает белка.

Разнообразно и полезно питаться можно и без поедания трупов! Естественно, если есть одни овощи и зелень, можно нарушить обменный баланс организма. Но мир растительной еды оказался таким разнообразным и интересным…

Андреа узнала всю правду о вегетарианстве.

И она, в свете своего нового мировоззрения, решила организовать небольшой бизнес, связанный с производством экомебели: без использования кожи животных, их меха и костей. Она уже начала откладывать деньги на учебу — хотела изучить все тонкости ведения малого бизнеса.

Она не изучала экономику раньше, но чувствовала, что у нее есть к этому способности. Андреа нашла удобную учебную программу, наполовину заочную. Она решила, что по ее окончании одолжит денег у Шона и Джессики и откроет свое небольшое дело.

Шон и Джессика, кстати, поддерживали ее в этом. Хотя Джессика, в отличие от Андреа, не поняла йогу и не увлеклась ею.

И Андреа думала так: «Поработаю у Грегори еще немножко, подкоплю еще чуть-чуть денег, а потом уволюсь».

Но пока это были только планы.

А сейчас Грегори стоял внизу на ресепшене и ждал Андреа, чтобы поехать с нею на ужин. Она спустилась. Медленно, в свете ярких софитов холла отеля шла к нему.

Он оторвал глаза от журнала, который разглядывал, и оценивающе посмотрел на нее.

— Прекрасно выглядишь, Андреа.

— Спасибо.

Андреа опять заметила огонь неприкрытого желания в его глазах. Она уже привыкла игнорировать этот взгляд и была благодарна Грегори уже за то, что он не пытался пойти дальше страстного взгляда.

Вечер в ресторане прошел в дружественной и веселой атмосфере.

Они свободно и весело болтали, ели вкусные фирменные австрийские блюда. Когда Грегори и Андреа вернулись в отель, было уже поздно.

— Я бы выпил чаю на ресепшене. Составь мне компанию. Пожалуйста.

Вид у Грегори был веселый, ничего плохого не предвещающий.

«Всего лишь чай. Вкусный венский чай с апельсиновой цедрой!»

— Уже поздно. Я, наверное, лучше пойду.

— Пожалуйста, Андреа. Мне хочется поговорить. И не с кем.

«Боже мой! Он меня просит… Властный Маккалан — просит…»

— Хорошо.

Он прихлебывал горячий чай и рассказывал ей, как переживает за сына.

Нет, он не был пьян. За ужином они пили немного. Так, выпили по бокалу хорошего мозельского.

Андреа смотрела на него и не чувствовала в себе страха и желания отгородиться. Грегори нынче вечером был не похож на себя: мягкий, искренний, доверительно говорящий о важных для него самого вещах. О том, что и вправду наболело.

У Грегори совсем не было близких людей. Только его родители, которые жили где-то далеко и были уже совсем старенькие. Оливия — нет, разве может женщина без сердца быть родной и близкой! Друзей у него не было, одни лишь компаньоны.

Да у него и не было такой потребности — изливать душу.

Но сейчас ему захотелось поговорить откровенно.

И он чувствовал, что Андреа его поймет.

Не потому, что работает у него и на него.

Грегори чувствовал: этой женщине можно доверять. Андреа действительно с интересом выслушала его и даже дала пару дельных советов.

Они пожелали друг другу спокойной ночи в гостиничном коридоре: тепло, ласково, уже как давние и близкие друзья.

После этого разговора за чаем Андреа начала смотреть на Грегори по-другому. Этот вечно оптимистичный, сильный и волевой мужчина стал казаться ей ранимым, как дитя, и очень одиноким.

Следующие два дня прошли примерно так же.

Днем они ездили на встречи в офисы. А вечером пили чай в баре отеля и разговаривали.

В последний вечер в Вене они перешли на «ты».

Когда они вернулись в Лос-Анджелес, то смотрели друг на друга немного иначе.

За эту поездку они стали друг другу ближе.

И Андреа еще не знала, хорошо это или плохо.