Милая обманщица - Валери Боумен

– Мать отречется от меня, если узнает, что я уехала без грума, – тихо произнесла Касс.

– Не говоря уже о том, что уехала ты со мной. – Джулиан ехал чуть впереди, а Касс следовала за ним. – Ей это совсем не понравится.

– Да, но лишь потому, что у тебя… – Касс осеклась и посмотрела на собственные руки.

– Что? – оглянулся через плечо Джулиан.

– Ничего. – Касс покачала головой.

Джулиан отвернулся, но до слуха Касс все равно донесся его голос:

– Ты хотела сказать, что у меня нет титула, верно?

Касс потянула перчатки за кончики пальцев и заерзала в седле.

– Мать всегда настаивала на том, что я должна выйти замуж за мужчину с титулом.

Голос Джулиана звучал спокойно и размеренно:

– За такого, как Дерек?

– Да. Она была вне себя, когда я ему отказала.

– Или за такого, как Апплтон?

Касс кивнула, хотя Джулиан и не видел этого.

Он остановился и подождал, пока Касс поравняется с ним.

– Тебе много раз делали предложение, Кэсси. Я знаю это из твоих писем. Почему же ты отказала всем этим мужчинам?

Кэсси. Он снова назвал ее этим особым именем. Сердце Касс сдавило болью.

– Я ответила отказом, потому что не любила ни одного из них.

Брови Джулиана взметнулись вверх.

– Что такое? – спросила Касс. – Тебя это удивило?

– Вообще-то, да.

– Разве я не говорила тебе этого прежде? – спросила Касс, сосредоточившись на том, чтобы объехать поваленное дерево.

– Не такими словами. – Джулиан дернул за поводья, и его конь перепрыгнул через дерево.

– А почему, ты думаешь, я отказала всем претендентам на мою руку?

Джулиан еле заметно улыбнулся.

– Я предположил, что ни один из них не был для тебя достаточно хорош.

Касс рассмеялась.

– Даже Дерек? Герцог?

– И ты даже не испытывала соблазна? – тихо засмеявшись, спросил Джулиан.

Касс посерьезнела.

– Если бы ты видел их с Люси вместе, ты бы сразу понял, что эти двое созданы друг для друга. Мы с Джейн знали это с самого начала.

Джулиан кивнул.

– Не сомневаюсь. Как поживает ее светлость?

Касс вздернула подбородок.

– Не знаю. Я не разговариваю с Люси.

Джулиан вновь вскинул брови.

– Ты не разговариваешь со своей ближайшей подругой?

Касс отвела глаза.

– Она… она дала мне плохой совет.

– Именно Люси сказала, что тебя зовут Пэйшенс, – многозначительно произнес Джулиан.

– Да.

– Но ты легко могла это исправить.

– Знаю.

– И все же винишь ее?

Они подъехали к озеру. Джулиан остановился, спешился и привязал своего коня к дереву. После этого он подошел к Касс и, взяв ее за талию, помог спуститься на землю. От этого прикосновения кожу Кассандры закололо словно мириадами иголок.

Но едва только ноги Касс коснулись усыпанной листьями земли, Джулиан тотчас же убрал руки. Касс отвернулась и откашлялась, и они медленно направились к кромке воды.

Касс тряхнула головой. О чем они говорили до того, как Джулиан к ней прикоснулся? Ах, да. О Люси.

– Нужно знать Люси. Она уже не в первый раз втягивает меня в неприятности. «Будь смелее!» – всегда повторяет она. Ну и куда завела меня эта смелость?

Губы Джулиана изогнулись в улыбке.

– На прогулку с бесполезным вторым сыном.

Касс остановилась и заглянула Джулиану в глаза.

– Джулиан, прошу, не говори мне, что действительно веришь в собственную бесполезность.

Джулиан наклонился, поднял с земли камешек и бросил его в воду.

– Но я действительно в это верю.

Горло Касс сдавило болью, и она сжала его рукой.

– Ты никогда не рассказывал мне об этом.

Джулиан поднял еще один камень, не сводя глаз с воды.

– Полагаю, о таких вещах не пишут в письмах. Даже друзьям.

– О каких?

Джулиан устремил взгляд на горизонт.

– Однажды, когда мне было четырнадцать лет, отец сказал, что я бесполезен.

Касс судорожно втянула носом воздух.

– Нет, этого не может быть!

– Впрочем, это не важно.

Касс коснулась руки Джулиана, но он не посмотрел на нее.

– Важно. Очень. Для меня, – произнесла она. – Прошу тебя, скажи, что он не говорил этого.

Джулиан подкинул камень в руке.

– Он употребил именно это слово. Бесполезный. К тому времени, как мне исполнилось четырнадцать лет, Дональд был совсем большим. Смерть от какой-нибудь детской болезни ему уже не грозила. Так что в один прекрасный день титул достался бы ему. Поэтому я был больше не нужен.

Касс прижала руку к отчаянно колотящемуся сердцу.

– Что за монстр мог сказать такое ребенку?

Джулиан посмотрел на нее.

– А что за монстр сказал девочке, что она нужна лишь для того, чтобы добыть для семьи титул?

– Мама сказала мне такое однажды, – пробормотала Касс. – Да, она сказала следующее: «Не имеет значения, какие чувства испытывает к тебе мужчина, важно лишь то, женится он на тебе или нет». И тогда я вознамерилась стать идеальной женой, чтобы завоевать расположение и любовь родителей. – Касс вздохнула. – Но родители меня не любят. Я для них всего лишь козырная карта.

Голос Джулиана звучал мягко:

– Знаю. Ты рассказывала мне об этом в одном из своих писем. Мне очень жаль, Кэсси.

– Рассказывала? – Касс принялась всматриваться в землю в поисках камня, отчаянно силясь найти способ перевести разговор на другую тему.

– Да.

– Забавно. Я помню наизусть все, что ты писал мне, – тихо произнесла она. – Но совершенно не помню, что я писала тебе.

Джулиан резко вкинул голову, и его лицо приобрело какое-то странное выражение.

– Ты помнишь наизусть мои письма?

Вспыхнув до корней волос, Касс присела на корточки в поисках камня и даже раздвинула листья руками.

– Я знаю, что у тебя на подбородке есть шрам, потому что твоя первая лошадь сбросила тебя на землю, когда тебе было шесть лет.

Джулиан потер подбородок.

– Было больно. Я поцарапался о валун.

Касс подняла с земли камень и осторожно двинулась к воде.