Ночи большого города - Натали Гарр

* * *

С Джимом Феррана я познакомился в Вегасе десять лет назад, в свой двадцать первый день рождения. Молодой, горячий и, безусловно, глупый, я жаждал оторваться как следует, и вот мы с друзьями приезжаем в город развлечений и тут же заваливаемся в казино. Я не приверженец крупных ставок, да и неоправданного риска в целом, и потому быстро угас, спустив несколько сотен в автоматах. Феррана возник буквально из ниоткуда. Заманил нас троих в лобби-бар, поведал поучительную историю о том, как на самом деле обстоят дела с игорной «кухней», а вскоре я случайно оказался в номере люкс с обдолбанной несовершеннолетней проституткой, будучи обк уренным и крепко пьяным. После той злополучной ночи я провел в его подпольном клубе еще несколько дней, где было абсолютно все: кокаин, девки, выпивка, а главное – огромные ставки. Он втянул меня в это дерьмо, и я попался точно гребаный Майк, поскольку не понимал, что влечет за собой подобное знакомство. Так я повязался с этим ублюдком. Разузнав, чей я сын, он пригрозил мне, что в случае разглашения информации сольет на меня некий компромат и испоганит мою репутацию. В конечном итоге мы распрощались, правда, потом я долго вздрагивал от любого телефонного звонка, опасаясь подставы.

Захлопнув крышку ноутбука, я задумчиво барабаню пальцами по столу и вижу показавшуюся из приемной лысину Кейна.

– Занят?

– Не очень, а что?

– Я привел к тебе кое-кого.

Опускаю глаза на уровень плинтуса и, узрев маленького, топающего по полу белокурого мальчишку, едва не матерюсь.

– Брюс… – шокированный, я даже встаю.

– Спокойно, дружище, не паникуй! Я знаю, ты не ладишь с детьми, не выносишь беспорядок, но этот малыш не доставит тебе особых хлопот, – тараторит Кейн, пока «малыш» придирчиво осматривает местность, не обращая на нас никакого внимания.

– И что ты прикажешь с ним делать?

– Можешь побыть с ним двадцать минут? Я бы с радостью поручил это Аманде, но она заболела. А Элисон отвечает на твои звонки.

Побыть? Он что, спятил?

– Брюс, я не нянька. У меня нет времени возиться с незваной детворой, – на этих словах мальчишка бросает на меня заинтересованный взгляд и становится по стойке «смирно».

Черт подери, что задумало это взрывоопасное существо? Мне страшно.

– Пожалуйста, Роберт! Я уже пробежался по твоему расписанию, ты свободен до половины четвертого.

– Так, так, – я скрещиваю руки на груди. – С каких это пор ты роешься в моем расписании, м-м?

Он отмахивается.

– Просто проверил.

– А почему бы тебе самому не заняться… этим? – я киваю на низкорослого, нагло рассматривающего меня инопланетянина и настораживаюсь.

– Мне срочно нужно переговорить с Райаном, он улетает в Финикс в четыре.

– В чем проблема? Говори при… – киваю на пол.

– Это невозможно, он мешает. Роберт, прошу тебя. Всего двадцать минут! Я и так зашиваюсь, моя младшая сестра сегодня ни с того ни с сего обрушила на меня это счастье!

Дерьмо, почему я должен выслушивать чужие жалобы? Меня не касаются его братья, сестры и прочие надоедливые родственники.

– Роберт.

– Ладно, о’кей. Двадцать минут, Брюс. Но учти, если ты опоздаешь хотя бы на долю секунды, я выставлю это в коридор.

Он смеется.

– Конечно, нет проблем. – Брюс треплет мальчишку по волосам, – побудешь с дядей Робертом, хорошо? Я скоро вернусь и заберу тебя.

Ребенок испуганно хлопает ресницами, будто его заперли в клетке с тигром, и тут до меня вдруг доходит, что он тоже нервничает.

Дерьмо, он вообще разговаривает? Кто водит его в туалет? Не успеваю спросить об этом Кейна – тот пулей вылетает в приемную, свалив на меня всю ответственность.

В кабинете воцаряется молчание. Я смотрю на пришельца – он на меня, и никто из нас не осмеливается разорвать тишину.

– Ну, – я глубоко вздыхаю. – Как тебя зовут?

– Пейтон.

Пейтон? Так себе имечко.

– Сколько тебе лет?

Он протягивает мне ладошку и показывает четыре пальчика, зажав между ними большой.

А он ничего, соображает.

– Хочешь чего-нибудь? Печенье, сок?

– Печенье и сок. Сладкий, – добавляет ребенок.

Дотянувшись до телефона, я звоню секретарше и диктую ей меню.

– Ты здесь главный? – любопытствует он, когда я кладу трубку и сажусь на диван.

– Ага.

– У тебя много места.

Я улыбаюсь.

– А что у тебя тут? – Пейтон подбегает к моему письменному столу и указывает на рамку, до которой ему, к счастью, не достать.

– Это фотография.

– А кто на ней?

Я поднимаюсь, беру рамку и показываю ему.

– Это моя девушка, Кэтрин.

– У вас есть дети?

От неожиданности я беззвучно разеваю рот. Никто никогда не задавал мне столько личных вопросов. Неужто у детей напрочь отсутствует деликатность? Кошмар.

– Нет, у нас еще нет детей.

Еще? Я сказал «еще»?

Это наталкивает меня на определенные мысли. Стало быть, на подсознательном уровне я все-таки планирую завести детей с Кэтрин.

– Почему? – не унимается мальчуган.

Я возвращаю рамку на стол и сую руки в карманы.

– Потому что мы не женаты.

– А почему вы не женаты?

Господи Иисусе, откуда я знаю?!

– Понятия не имею, парень, – расплывчато отвечаю я.

– А сколько ей лет?

– Скоро исполнится двадцать, – говорю я, прикинув, что мальчик, вероятно, еще не умеет считать до двадцати.

Углубившись в свои размышления, я не сразу замечаю появившуюся на пороге гостью.