Дразнящий аромат - Мишель Жеро

– Эй, Бартон! Это пришел капитан миссис Стенхоп!

«Капитан миссис Стенхоп?»

Не успел Лукас поставить юного копа на место, как к ним вышел высокий худой мужчина, давно разменявший четвертый десяток. Лукас обратил внимание на редкие седые волосы, серые глаза и россыпь веснушек на худощавом лице.

– Детектив Джон Бартон. – Мужчина крепко и уверенно пожал Лукасу руку. – Городская полиция Милуоки, отдел расследований, группа по защите свидетелей.

Это звучало весьма внушительно.

– Где Ди?

– В ванной, наводит красоту, – отвечал Бартон. – Она немного расстроена.

– Она сказала, что получила еще одно письмо.

– Так точно. – Бартон откровенно разглядывал Лукаса, как будто старался проникнуть в его мысли. – Насколько я понимаю, она показала вам первые два.

– Совершенно верно. А о чем говорится в этом?

– Вон, читайте сами. – Детектив махнул рукой на рабочий стол Ди – наимоднейшую конструкцию из хромированного металла и стекла, – где лежал листок бумаги. – Мы бы предпочли не разглашать подробности, вы понимаете? Не говорите никому об этом письме. И не трогайте руками. Мы еще проверим его на отпечатки.

Лукас двинулся к столу, чувствуя себя неловко под строгим взглядом немолодого стража порядка. Наклонился, не смея прикоснуться к письму, и прочитал:

«О, тигрица, светло горящая![6]

Девять жизней у твоего кота?

Лев

Тигр

Кугуар

Р.И.П.

Вы готовы?»

– Стиль этого послания совсем другой, – хмуро заметил Лукас.

– А вам не откажешь в проницательности! – откровенно удивился Бартон. – И что же, по-вашему, изменилось?

– В нем упоминается о второй персоне. – Он покосился на детектива и добавил: – И я готов поспорить, что знаю, о чем вы меня хотите спросить!

– Коли вы такой сметливый парень, Холл, – сказал Бартон, внимательно глядя на Лукаса, – вас не обидит пара простых вопросов?

– Нисколько.

– На протяжении последних месяцев наши газеты только и делают, что печатают ваши изображения с Ди Стенхоп. На различных встречах, на благотворительных балах и прочее. Не говоря уже про телевидение. Каковы ваши отношения с этой леди?

– Она мой работодатель. Частью моих обязанностей в качестве капитана «Талисина» является присутствие на публике, когда дело касается рекламы моего корабля.

– И это все?

Лукас твердо выдержал взгляд Бартона и сказал:

– Я не состою с миссис Стенхоп в интимной связи, что бы вы обо мне ни слышали. Или вообразили.

Бартон потеребил подбородок, весело сверкнув глазами.

– Вы можете описать все, чем занимались вчера и сегодня утром, и привести свидетелей?

– Да, могу. – Лукас постарался не выдать охватившей его тревоги.

– Кто-то был с вами все это время?

Черт бы побрал эту ищейку!

– Я с удовольствием посвящу вас во все подробности. Только не здесь.

– Понял и принял к сведению. – На этот раз Бартон ухмылялся в открытую. Лукас все еще старался держаться спокойно, хотя его силы были уже на исходе.

– По-вашему, «твой кот» относится ко мне?

– Леди больше ни с кем не встречается – во всяком случае, публично. Местная пресса не скупится на намеки, когда речь идет о вас двоих. Письма приходят в этот дом. Стало быть – да, я так считаю.

– Других вариантов нет?

– Есть кое-какие зацепки. – Бартон сунул руки в карманы брюк. – Но пока я бы предпочел держать их при себе.

– Вот, милый, видишь, какой он нахал? Он и мне не сказал ни словечка! Одна сплошная чушь, как будто это не мне, а ему присылают письма с угрозами!

Лукас повернулся туда, откуда раздавался голос Ди. Она медленно шла навстречу. Даже недавно наложенный макияж не мог скрыть покрасневших от бессонницы глаз и морщин возле рта.

– Следите за собой, миссис Стенхоп. Я при исполнении, а вы только что обозвали меня нахалом! – заметил Бартон, хотя совершенно не казался обиженным.

– Я сказала то, что хотела сказать, детектив.

Лукас, с любопытством следивший за этой перепалкой, выдвинул кресло из-за стола, чтобы Ди могла сесть.

– Как вы себя чувствуете?

– На удивление хорошо, – рассмеялась она, но ее выдали истерические нотки, прозвучавшие в этом смехе. – Особенно если учесть, что меня изводит своими письмами какой-то взбесившийся псих, а вокруг собрались одни бесчувственные олухи!

Лукас снова взглянул на детектива, но тот лишь пожал плечами.

– Вы что-нибудь предприняли для ее безопасности?

– Мы усилили систему охраны здания и держим миссис Стенхоп под наблюдением все время, пока она находится в Милуоки, – отвечал Бартон. – До сих пор угрозы не поступали в ее офисы в других городах.

– Только в Милуоки? – тут же насторожился Лукас.

– Мы работаем над этим, – сдержанно заверил его Бартон.

Однако Лукас, похоже, догадался, о чем умалчивает дотошный детектив – так же, как и сама Ди. Он устало потер лоб.

Господи, как же ему хотелось вернуться к Тессе, чтобы успокоиться в ее горячих, любящих объятиях, услышать грудной воркующий голос и насладиться теплым, податливым телом!

Но ведь она уехала домой. Сказала, что хочет побыть одна. И напрасно Лукас твердил себе, что это вполне нормально. Он очень боялся, что это станет началом конца…

Черт побери, что же он сделал не так?

– Эта персона явно не блещет умом, – сказала Ди, и ее пронзительный голос вырвал Лукаса из задумчивости. Она хотела казаться спокойной, но это у нее плохо получалось. – Даже я могу разгадать смысл этих дурацких писем!

Лукас, сидевший на столе рядом с креслом Ди, ласково пожал ее руку, стараясь подбодрить. Не важно, как часто она выводила его из себя своими капризами – сейчас ему было больно видеть этот испуг. Да и сама Ди наверняка ненавидит себя за эту беспомощность.

– Вам и положено его угадать. Это психологическая подоплека манипуляций посредством страха. – Лукас обернулся к Бартону и спросил: – А как по-вашему?

Бартон снова пожал плечами.

– Кто-то старается ее запугать – это не вызывает сомнений. Этот кто-то может проникать в здание, оставаясь вне подозрений. И это мне очень и очень не нравится.