Обманутые сердца - Шэрил Биггз

Белль стояла в галерее и наблюдала за аукционами, проходящими в вестибюле отеля. Те уже заканчивались, потому что день близился к вечеру, и у каждого аукциониста оставалось для продажи по одной-две вещи.

– Прошу прощения, мисс Боннвайвер, – Энтони ДеБрассе слегка прикоснулся к ее плечу.

Белль обернулась и сразу же узнала его по смуглой коже и акценту.

– Мистер ДеБрассе, – отозвалась она. – Или вы предпочитаете, чтобы я называла вас Маркони?

Он смущенно улыбнулся.

– Вы раскрыли мою ложь.

– Да, но не понимаю, зачем вы это сделали, – девушка осмотрелась по сторонам, чтобы еще раз убедиться, что магазины закрылись и в галерее никого нет. – Вам ведь отлично известно, что среди бумаг из шкатулки мистера Браггетта нет ничего на имя Маркони.

– Но мне необходимо было выяснить, станете ли вы вообще просматривать их, если согласитесь мне помочь.

– Понятно, – Белль повернулась к перилам и посмотрела вниз, в вестибюль. – Ладно, я не нашла никаких бумаг на имя мистера Маркони, но нашла ваши, мистер ДеБрассе. Вы ведь нелегально находитесь в этой стране, а мистер Браггетт угрожал раскрыть правду, верно?

– Да. У меня, как бы это выразиться, не все в порядке со здоровьем. По этой причине официальные власти Нью-Йорка отказали в виде на жительство и отправили назад в Италию. Но…

– Но вам удалось найти способ вернуться.

– Да, но только благодаря помощи моего народа. Моя болезнь не заразна – больное сердце. У меня осталось мало времени, сеньорита Боннвайвер, и слишком много нужно сделать для моего народа. Прошу вас, вы мне поможете?

– Возможно.

– Отдадите бумаги?

– Да, мистер ДеБрассе, но мне нужно кое-что взамен.

– Я не богат, сеньорита Боннвайвер.

– Деньги мне не нужны. Вы прожили в Новом Орлеане несколько лет?

Тот кивнул. Белль продолжила:

– Мне нужна информация. Особенно меня интересует Эдвард Мурден и Харкорт Проскауд. Для начала, – с улыбкой добавила она.

Итальянец подошел и встал рядом с девушкой. Ни один из них не смотрел на другого.

– Одно время оба были богатыми людьми, пока Томас Браггетт путем различных махинаций не лишил их состояния.

– Обчистил? – переспросила Белль. – Значит, они ненавидели Браггетта?

– Полагаю, да.

– Что еще?

ДеБрассе пожал плечами.

– Я слышал, они являются членами тайного общества.

Белль вся напряглась в ожидании и повернулась к собеседнику.

– «Рыцари Золотого Круга»?

– Да, – он быстро осмотрелся по сторонам, словно испугался, что их могут подслушать, и не продолжил разговор, пока не убедился – поблизости никого нет. – Многие обладающие властью мужчины Нового Орлеана являются членами «Рыцарей», сеньорита Боннвайвер, однако эту тему лучше не обсуждать.

– Браггетт тоже входил в это общество?

– Я слышал, что да. Сеньор Мурден – генерал. На счет сеньора Проскауда не уверен. Браггетт занимал высокий пост, – он снова пожал плечами, – генерал или полковник, не знаю.

– И оба, Мурден и Проскауд, жаждали мести Томасу Браггетту?

– А разве остальные – нет? – заметил ДеБрассе. Ответ звучал скорее утвердительно, чем вопросительно.

– А вы, мистер ДеБрассе?

Тот улыбнулся.

– Не могу сказать, что очень сожалею о его смерти, но я не убивал его.

– А вы знаете, кто это сделал? – Белль играла в опасную игру и понимала это, но другого выхода нет. ДеБрассе – либо убийца, либо источник информации, которая могла привести к убийце. В любом случае, нужно продолжать.

ДеБрассе покачал головой.

– Нет, а если бы и знал, сеньорита Боннвайвер, то сразу же забыл бы об этом. Сеньор был опасным человеком, но тот, кто его убил, вероятно, еще опаснее.

Белль скосила глаза в его сторону. Это угроза?

* * *

Линн возилась с жакетом своей амазонки, расправляла его на груди, дергала за манжеты, завязывала и развязывала шелковые тесемки на шее. Во время утренней прогулки с Трейсом хотелось выглядеть особенно элегантно, поэтому она встала очень рано, чтобы тщательно продумать туалет. Амазонка была сшита из легкой ткани небесно-голубого цвета, жакет в стиле «болеро» едва доходил до талии, которую обхватывал темно-синий бархатный пояс. Из-под жакета выглядывала шелковая кремовая блузка, а завитые волосы были высоко заколоты на затылке. В животе словно порхали бабочки. Сегодня Линн не до завтрака.

Решив не надевать шляпку в тон платью, Линн вышла из спальни и спустилась по лестнице. Из холла доносился аромат кофе с цикорием.

Трейс встретил ее у входа в столовую.

– Белль, я уже позавтракал, но вы не спешите. Я подожду вас в конюшне.

– О нет, – возразила Линн. – Я, пожалуй, не стану завтракать, мне не хочется есть, – она взяла его под руку и они вышли из дома. Меньше всего ей хотелось столкнуться в столовой с Трекстоном или Тревисом. Она тихо стояла в тени конюшни, наблюдая, как Трейс с конюхом седлают лошадей.

Когда Трейс взял ее за руку, чтобы помочь сесть на лошадь, Линн почувствовала, как по телу разливается приятное тепло.

Они скакали бок о бок, Трейс сидел верхом на огромном сером в яблоках жеребце, а Линн на грациозной красивой рыжей кобыле, пушистая грива и хвост которой были почти такого же оттенка, что и волосы девушки.

Трейс направил лошадей через хлопковые поля. Бескрайние просторы цветущих растений на первый взгляд напоминали нетронутую снежную долину, хотя кое-где виднелись работники. Плантации табака уже почти были готовы к сбору урожая, высокие копьевидные стебли растений тянулись к небу, густые заросли превратились в непроходимый лес.