Безоглядная страсть - Марша Кэнхем

После короткого объяснения с лакеем, что ему безотлагательно нужно увидеть леди Драммур, Дуглас был препровожден в комнату на втором этаже. Десять минут ожидания показались ему вечностью. Наконец, заслышав в коридоре шуршание юбок, Дуглас нетерпеливо обернулся. Черный берет и суровое выражение лица придавали вдове какой-то торжественно-траурный вид.

— Надеюсь, молодой человек, — без формальностей начала она, — вы не зря прервали мой ужин! Моя кухарка будет недовольна, когда я велю ей по новой разогревать судака!

— Простите за вторжение, леди Драммур, но я просто не знал, что делать… Вы кажетесь мне единственным человеком, который может помочь…

— Господи, — взгляд леди Драммур смягчился, — да что случилось, приятель, ты весь дрожишь… Садись же… нет, сюда, поближе к огню! Эгги, — обратилась она к служанке, — принеси нам вина.

Исполнив приказ, девушка удалилась.

— Так что произошло, приятель? — повторила вдова свой вопрос.

Отпив несколько глотков, Дуглас начал излагать ей суть дела.

— Дядя обещал лорду Макинтошу обеспечить безопасность леди Энни, — закончил молодой человек свой сбивчивый рассказ, — но, похоже, лишь до тех пор, пока тот ему служит. Как только ваш сын вернется с войны, он будет больше не нужен дяде и…

— Ваш дядя обещал Ангусу безопасность? — Леди Драммур удивленно вскинула бровь.

— В письменной форме, с государственной печатью… Я сам видел!

Леди Драммур, отвернувшись, посмотрела в окно.

— Что ж, — проговорила она после недолгой паузы, — теперь мне многое стало ясным! Что же он молчал, идиот…

— Умоляю вас, леди Драммур, скажите, чем я могу вам помочь? Я покинул дом дяди… и я полностью в вашем распоряжении.

С минуту вдова пристально изучала его лицо, очевидно, решая, стоит ли доверять племяннику Форбса. Наконец, позвонив в колокольчик, она потребовала от явившейся служанки перо и бумагу. После того как их принесли, вдова написала две записки — одной из них предстояло отправиться с курьером в Данмагласс, другую леди Драммур вручила Дугласу.

— С этим пропуском, — произнесла она, — тебя должны пустить к леди Энни. Скажи ей, что я известила Макгиливрея, и, если только он не в Клунасе, он сразу приедет к ней. — Старая леди на минуту задумалась. — Нет, не надо, скажи лишь, что я известила его. Езжай через болото — не такое уж оно топкое, выдержит. Главное, чтобы ты успел раньше этого проклятого Блэкни. И будь осторожен, приятель, тебя могли запросто пристрелить по пути сюда. — Она похлопала парня по плечу. — Удачи тебе, сынок, да хранит тебя Бог!

Энни сидела в гостиной, когда два суровых великана охранника ввели раскрасневшегося от мороза и от быстрой езды, потерявшего по пути шляпу Дугласа. На столе перед ней лежал целый арсенал пистолей и мушкетов, которые она заряжала. Не отрываясь отдела, Энни пробежала глазами записку от леди Драммур.

— Спасибо, приятель, — все так же не отрываясь, обратилась она к Дугласу, — но ты опоздал на двадцать минуг. Деревенский мальчишка заметил приближающихся солдат, прибежал к нам, мы подняли принца с постели, и Харди отвел его и женщин в одно безопасное место в горах. Ты умеешь заряжать пистолеты?

— Я? Д-да, к-конечно…

— Боюсь, правда, — усмехнулась она, — что у нас тут больше пистолетов, чем людей, но на всякий случай…

— Вы действительно уверены, леди Энни, что надежно защищены? — насторожился молодой человек.

— Мои кузены, Робби и Джеми с дюжиной человек ушли сейчас на разведку. В доме человек двенадцать больных и раненых, которые не в силах дойти со своими отрядами до Лохабера и остались здесь, чтобы предложить помощь. Кое-кто из моих слуг умеет обращаться с оружием, а у двоих служанок отцы — контрабандисты.

Дуглас невольно залюбовался ловкими, умелыми движениями молодой женщины. В отблесках свечи волосы Энни, колыхавшиеся при малейшем движении, казались языками фантастического пламени.

— Что вы смотрите на меня, мистер Форбс? — улыбнулась она.

— Простите, мэм, — смутился молодой человек. — Я все-таки не пойму, как так получилось, что принц остался почти без охраны? Какой идиот послал его армию в Лохабер?

— Этот идиот — сам его высочество. Что меня удивляет, Дуглас, так это почему вы вдруг решили перейти на сторону бунтовщиков?

— Прошу поверить мне, мэм, это решение не было скоропалительным: мое сердце всегда с теми, кто борется за свободу и независимость. Об одном лишь жалею — что принял его так поздно.

— Что ж, — улыбнулась она, — лучше поздно, чем никогда…

Зарядив последний пистолет, Энни приказала всем спуститься вместе с ней во двор, где на перевернутой корзине сидел Ферчар Фаркарсон, отдававший приказания суетившимся вокруг него мужчинам и женщинам.

— Так сколько у нас человек, дедушка? — спросила его Энни.

— Двенадцать отправились в разведку с Джеми и Робби. Еще человек десять — в засадах вокруг дома. С десяток в доме и на крыше. Из них всего лишь половина умеют как следует стрелять, ..

— Шел бы ты в дом, дед, — проворчала Энни, — там все-таки безопаснее…

— Ха! Мне ли бояться красных мундиров? Да мимо меня ни одному из них не проскочить!

— Знаю, — фыркнула Энни, — даже если он на нашей стороне. Питерса ты уже чуть было не пристрелил!

— Было темно, я принял его за англичанина. Этот Питерс у нас недавно, я еще не успел к нему привыкнуть…

— Он и есть англичанин, но он на нашей стороне.

— Подождите… — напрягся вдруг Дуглас. — О каком Питерсе вы говорите? Полковник Джеффри Питерс?

— Он самый. Ты его знаешь? — удивилась Энни.

— Нет, но Блэкни говорил, что у него есть шпион в лагере принца, очень близкий к его высочеству. Некий полковник Джеффри Питерс.

— Ну, что, — горячо воскликнул Ферчар, — кто оказался прав? Чуяло мое сердце, что этот Питерс — малый опасный! Неспроста этот гад всегда смотрит на жену Камерона так, словно готов с нее шкуру спустить? Где он? Где эта сволочь? Придушу собственными руками!

Энни похолодела.

— Он там, — прошептала она, глядя в направлении, в котором ушел принц. — Там, с ними…

— Ну так не стой столбом! — прикрикнул на нее Ферчар. — Бери людей, седлай лошадей…

Слова старика были прерваны выстрелами, послышавшимися из долины, сначала единичными, затем все более частыми, сливавшимися в сплошной оружейный треск…

— Матерь Божия! — одними губами прошептала Энни. — Англичане!.. Они здесь!..