Милая заложница - Конни Мейсон

— Нет, когда я буду предлагать им мир, меня должны видеть как недруги, так и мои люди, — ответил Роб.

На самом деле его интересовал лишь один человек, который в эти минуты наблюдал за ним. Роб знал, что с зубчатой стены Кэстил Даб на него сейчас смотрит Элспет, хоть он и запретил себе оборачиваться в ее сторону. Она должна была убедиться в том, что он действительно пытается решить эту трудную задачу и помириться с ее отцом.

Но будь он проклят, если станет мириться с ее бывшим женихом!

— Не может быть. Это какая-то уловка, — пробормотал Лахлан, прищурив глаза и вглядываясь в приближающихся к ним всадников. Цвета попоны одной из лошадей указывали на то, что на ней едет сам Роб Мак-Ларен. — Когда мы на прошлой неделе вели переговоры, Безумного Роба еще не было в крепости. И с тех пор ни одна живая душа туда не проникала.

— Как бы то ни было, но они едут под парламентерским флагом, — отозвался Стюарт, натягивая тяжелые перчатки.

Тем временем парламентеры остановились вне зоны досягаемости стрел неприятеля, но под прикрытием собственных лучников.

— Это жест доброй воли. Кто бы ни ехал на этой лошади, он может, по крайней мере, что-то знать об Элспет. Я хочу услышать, что они желают нам сказать. — Стюарт обернулся и холодно посмотрел на Драммонда. — Ты можешь поехать со мной или остаться. Это уж как тебе будет угодно. Меня это не интересует.

Из-за ссор, которые то и дело возникали между их вассалами за ту неделю, что они провели под стенами Кэстил Даб, отношения между лэрдами напряглись. Драммонд смотрел вслед своему союзнику, к которому уже вели лошадь. Если дочь Стюарта умерла, их союз был весьма шатким. Драммонд понимал, что должен как можно скорее восстановить дружеские отношения с отцом своей невесты. Лахлан махнул рукой конюху, подавая сигнал привести и его коня.

Но он не спешил. Вести переговоры хотели посланцы из крепости, а не он. Он вообще был бы счастлив вскочить на лошадь и ускакать обратно, в свою крепость, с тем чтобы уже не покидать ее до окончания зимы.

Оказавшись в безопасности, Драммонд смог бы беспрепятственно разработать коварный план. К примеру, разыскать кого-нибудь из обитателей Кэстил Даб, кто затаил бы на своего лэрда обиду. Притом эта обида должна быть достаточно глубокой, чтобы, когда наступит весна, тот, кто ее вынашивает, согласился взять деньги и открыть Лахлану ворота Кэстил Даб. Темный Замок еще никогда не удавалось захватить снаружи. Но никто не пробовал овладеть им изнутри. Драммонд мечтал стать первым в этом списке.

Но Стюарт не желал откладывать решение этого вопроса. Если бы Драммонд мог оставить своего несостоявшегося тестя здесь, в этой грязи, при этом сохранив все договоренности, он бы сделал это, не раздумывая ни секунды.

Когда Алистер увидел, что Лахлан собирается к нему присоединиться, он натянул поводья и остановился возле лучников. Лахлан чувствовал прикованные к ним взгляды всех без исключения воинов. Он догнал Стюарта и рядом с ним поехал навстречу парламентерам из крепости.

Драммонд выпрямился и держался в седле очень прямо. Он знал, что люди уважают силу, и всегда старался демонстрировать ее в отношениях с окружающими.

Но его люди также ценили хитрость. В конце концов, коварство тоже было своего рода силой. Лахлан не собирался их разочаровывать.

— Итак, Робби, — подал голос Хэмиш, глядя на Стюарта и Драммонда, лошади которых приближались к ним мелкой рысью, — твое желание вот-вот исполнится. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Роб поднял руку, приветствуя парламентеров неприятеля, а также показывая им, что он не вооружен.

Стюарт и Драммонд были уже совсем близко. Алистер узнал Роба, и в его глазах вспыхнуло удивление. Лахлан перевел взгляд с лица Мак-Ларена на темные стены замка, размышляя о том, что кроме очевидных способов попасть в крепость существуют и другие, менее явные.

— Где моя дочь?! — воскликнул Стюарт.

— Сразу к делу. Такой подход я уважаю, — одобрительно кивнул Роб. — Ваша дочь цела и невредима.

— Вы меня, разумеется, поймете, если я скажу, что мы не склонны верить безумцу на слово, — вставил Лахлан.

Роб потянулся к седельной сумке. Руки его противников тут же опустились на эфесы мечей. В отличие от Роба, они прибыли на переговоры с оружием.

— Подождите одну минуту, и вы сами сможете в этом убедиться, — пообещал Роб, обращаясь к отцу Элспет.

Он извлек два стеклянных диска и вставил их в противоположные концы кожаного цилиндра. Это странное оптическое устройство дедушка Роба привез из Крестового похода. Оно до сих пор входило в число предметов, которыми Роб дорожил больше всего на свете. Он называл прибор не иначе как «глаз предка». Роб подал прибор Стюарту.

— Посмотрите на крайнюю башню справа и увидите Элспет.

Лорд Стюарт приблизил трубу к глазу и несколько мгновений скользил взглядом по крепостной стене. Вдруг он расплылся в улыбке.

— Я хочу с ней поговорить.

— Этого я позволить вам не могу, — отозвался Роб. — Но вы можете поверить мне на слово, что с леди Элспет обращаются очень хорошо. Пока она находится под моей защитой, ей ничто не угрожает.

— Значит, ты не убьешь ее, как обещал, — презрительно фыркнул Лахлан.

Не обращая на него внимания, Роб снова обратился к отцу Элспет:

— Меня вашей дочери опасаться не стоит.

Стюарт покосился на Драммонда.

— Мне сказали, что она ранена.

— Да, она была ранена. Но ранил ее не я.

— Все это пустые разговоры, — снова вмешался Драммонд. — Мы понапрасну теряем время. Тебе ведь известны наши требования?

— Конечно, — спокойно кивнул Роб. — Вы желаете, чтобы я вернул вам Элспет Стюарт, и я готов рассмотреть эту просьбу. Вести переговоры относительно своей головы я отказываюсь.

— Все, что мне нужно, это моя дочь, — заявил Стюарт.

— В таком случае мы с вами сможем договориться, — ответил Роб. Он уже успел решить, что ему нравится отец Элспет. — Я готов вернуть вам упомянутую леди, лорд Стюарт, при условии, что ее помолвка с Лахланом Драммондом будет немедленно расторгнута.

— Это невозможно! — взревел Лахлан. — Мы заключили договор. Я заплатил деньги.

— Договор необходимо расторгнуть, а деньги вернуть, — пожал плечами Роб. — Я не освобожу леди Элспет до тех пор, пока будет существовать хотя бы малейшая возможность того, что ее вынудят вступить с тобой в брак. Вы можете осаждать Кэстил Даб до Второго Пришествия Иисуса, но я не уступлю. Это я вам торжественно обещаю.

Стюарт молчал, но Роб видел, что заставил отца Элспет задуматься. Он всерьез рассматривал его предложение.

— И как только она будет свободна, лорд Стюарт, — продолжал Роб, — я прошу вашего позволения ухаживать за ней и жениться на ней.