Его личная швея - Лора Вайс

— Хорошо, я поняла.

— Вам вызвать психолога? — доктор заметила ее подавленное состояние, как и отрешенный взгляд, расконцентрированное внимание.

— Нет, не нужно, — и посмотрела на телефон.

Хоть Алиса и знала, что Игорь сейчас вне зоны доступа, но все равно ждала его звонка или смс.

— Уверены?

— Да, — попыталась собраться. — Просто напряженная выдалась неделя. Зато теперь здесь отдохну, — натянуто улыбнулась.

— Ладно. Ах да, вам сейчас надо побольше свежих овощей и фруктов. Витамины-то мы вам капать будем, но пока сезон, желательно получать их из природы.

— А мне можно будет выходить на улицу?

— Да, но только когда боли пройдут, и мы стабилизируем ваше состояние.

— Ясно.

Когда врач покинула палату, Алиса поспешила лечь. И снова уставилась в телефон. Понимала, что не позвонит, но не получалось не ждать.

Игорь же в это время находился в изоляторе временного содержания. Сегодня ему снова разрешили встречу с матерью, чему Волков был несказанно рад. Хотелось уже услышать, как там Алиса, все ли в порядке у нее, у ребенка.

Наталья Николаевна прибыла точно в указанное время.

— Привет, родной, — скорее обняла сына. — Ох, зарос-то как, — коснулась густой щетины. — У тебя все хорошо? Адвокат справляется? Слышала, следовать здешний тот еще.

— Все хорошо. Каким бы следователь ни был, а факты в мою пользу.

— Ну, дай-то бог.

— Сама как?

— Я ничего. Держусь, хоть и давление скачет.

— Как Алиса? Ты перевела деньги ей на счет?

А она сразу поджала губы, взгляд стал холодный:

— Перевела, — сцепила руки в замок. — И по сей день возмущена такой непомерно крупной суммой.

— Как у Алисы дела? — повторил вопрос уже жестче.

— Сынок, я хочу тебе сказать, что решила все твои проблемы.

— Не понял?

— Эта Алиса тебе не пара. Ты только посмотри, до чего она тебя довела? Ты сидишь в изоляторе. До этого лежал в больнице с простреленным плечом. А Лаврова твоя на всем готовеньком и при деньгах.

С каждым словом Волков закипал все сильнее, но пока еще держался.

— В общем, я ей указала на дверь. Твоих денег ей хватит на роды и содержание ребенка, если конечно, не будет тратить направо и налево.

— Ты сделала что? — а глаза точно кровью налились, в зобу аж дыхание сперло.

— Нельзя быть таким наивным, сын. Ты своим здоровьем, своей жизнью рисковал, решая ее проблемы. А она прикинулась невинной овечкой и пользуется твоей добротой. Правду говорят, простота хуже воровства. Достаточно уже нянчиться с ней. Да и ребенок родится явно с проблемами. Одно мучение. А тебе надо спокойно работать, наслаждаться жизнью. Встретишь еще, — но Игорь ее прервал резким ударом руки по столу, отчего Наталья Николаевна так и подпрыгнула на месте.

— Значит так! — подался вперед. — Ты немедленно свяжешься с ней, извинишься и попросишь вернуться. Понятно?

— Да как ты смеешь…

— Смею! Я-то как раз смею, а вот ты не смела прогонять ее из дома! Из моего дома!

— Игорь, ты ведешь себя неправильно. Я твоя мать и желаю тебе счастья.

— Н-да? Счастья мне желаешь? Да ты только что крест поставила на моем счастье. Что до пользования моей добротой и решения ее проблем, то позволь-ка напомнить отца. Он разве не впрягался за тебя, м-м? Не решал твои проблемы, когда к тебе в девяносто седьмом пришли бандосы отжимать фирму? Кто в экстренном порядке перевел все дела на себя? Кто поехал на стрелку? Кто потом каждый день возвращался домой в страхе быть пристреленным у подъезда? Ты? Нет, не ты. Отец. А ты у нас, что делала в это время? Находилась на излечении в клинике в Венгрии, да позванивала оттуда раз в недельку.

— Это совсем другое. Мы были мужем и женой, а твой отец как порядочный…

— Он и до брака таскался с тобой везде и всюду. От любой покупки, заканчивая подачей документов в институт. Мать твоя мне много чего поведала. Так что не надо тут строить из себя независимую бизнес-леди. Потому-то сердце у отца и не выдержало.

— Ты меня хочешь обвинить в его смерти?

— Нет. Я хочу сказать, что для начала себя вспомни, а потом лезь ко мне со своими ценными советами. Мне они не упали, мама. Как-то жил без них все тридцать пять лет и дальше буду жить.

— Неблагодарный нахал! — а глаза заблестели от слез.

Но эти крокодиловы слезы не тронули Игоря, знал он их причину и цели.

— Короче говоря. Если Алиса не вернется домой, можешь забыть о том, что у тебя есть сын. И фирмочка твоя останется без моих финансовых вливаний. А то что-то больно рьяно ты взялась мои деньги считать.

— Да, — покачала головой. — Гены никуда не денешь. Думала, будет мне поддержка на старости лет, внуков буду нянчить, а что в итоге? Родной сын разговаривает со мной хуже, чем с любым чужим человеком.

— Достаточно, — поднялся из-за стола. — Я тебе все сказал, делай выводы. Если пойдешь на принципы, я тоже пойду. И если тебе плевать на отношения со мной, то хотя бы побеспокойся о своем бизнесе.

Как же ему сейчас было погано. Игорь вернулся в камеру и сразу запросил встречу с адвокатом. Долго его еще собираются здесь мариновать? Получили уже и записи с камер до их отключения. Там все видно. И как Никитин убил охранников, и как потом держал на прицеле Алису будучи в доме. Адвокат со знакомым снова отыскали того зека бывшего, что помог Алисе, а он рассказал о планировании похищения, о рукоприкладстве. По запросу из Перми пришли все данные на Никитина. Какого хрена им еще надо? А главный вопрос, где сейчас Алиса? Ей ведь скоро рожать. Лишь бы только не решилась на бегство.

Однако Алиса не собиралась сбегать. Зачем? Так и так одна осталась.

Дни в больнице тянулись неспешно. Неделя показалась долгой как никогда. К тому моменту и Галю выписали. Конечно же, она немедленно навестила свою новою постоялицу. Наготовила столько, что Алиса забила контейнерами весь маленький холодильник.

— Ну вот, то вы ко мне, то я к вам. Из больницы в больницу, — расплылась улыбкой Галя. — Как дела, Алиса?

— Сейчас уже лучше, — заварила им чая. — Спасибо вам огромное. Я заплачу за все.

— Еще чего, — замотала головой. — Даже не вздумайте. Мне достаточно того, что Волков платит. Кстати, от него пока так и нет вестей?

— Нет.

— Да уж. В нашем царстве-государстве еще доказать надо, что ты не верблюд. Как себя чувствует волчок младший?

— Хорошо, — погладила живот. — Растет, толстеет. Говорят, в последний месяц они именно накапливают жирок.

— Моя бабушка, царствие ей небесное, всегда говорила, загривочек есть, значит, прозимует. Думали, как назвать?