Сразу и навсегда - Джилл Шелвис

Он сделал вид, что давится собственным языком. Выпучил глаза, захрипел и картинно свалился с табурета на пол. Там он раза два дернул ногой и «умер».

– Здорово! – восхитился Джош.

Тоби гордо улыбнулся и снова сел. Танк забрался к нему на колени и стал лизать лицо.

– Мы Танка не жалеем, – заметила Грейс. – Он свой десерт получил.

– Съел пакет сахарной пудры, – добавил Тоби.

Джош уставился на крохотного Танка.

– Когда вы говорите о пакете сахарной пудры…

– Весь пакет и с упаковкой, – покачала головой Грейс. – У него точно будет несварение.

Все уставились на Танка. Тот фыркнул и отрыгнул. Из пасти вырвалось белое облачко.

– Поешь с нами, па? – спросил Тоби. – У нас макароны с сыром.

– Мои любимые! – сухо воскликнул Джош.

– Нет, мои, – весело возразил Тоби.

Джош подумал о содержании калорий в закрытой коробке макарон на стойке, что, возможно, было так же полезно, как съесть саму коробку, и поморщился:

– Где Нина?

– Пошла на свидание! – доложил Тоби.

Теперь, когда он вновь овладел английским, очевидно, считал нужным говорить только восклицаниями.

– Поешь с нами, – предложила Грейс. Голос был грудным, низким, снова напомнившим о вчерашней ночи, когда он был глубоко в ней.

«О, пожалуйста, Джош»… – говорила она тем же тоном.

Совершенно уверенный в том, что сумел ей угодить, он откашлялся и снова глянул на коробку.

– Боишься? – спросила она.

– Да. За свои артерии.

Она показала на стойку, где лежал только наполовину опустошенный пакет с крохотными морковками.

– Мы объединяем макароны с овощами.

– Тоби не ест морковь.

– Ем! – закричал Тоби и потряс Джоша до глубины души, взяв морковку. Конечно, окунул ее в миску с чем-то вроде заправки для салата, так что морковки и видно не было, но потом сунул в рот целиком, капая заправкой на себя и стол.

Джош шумно вздохнул.

Грейс весело смотрела на него.

– Это обезжиренный ванильный йогурт.

Джоша передернуло от такого сочетания. Но кто он такой, чтобы возражать?

– Где Анна?

Улыбка Грейс немного померкла.

– Уехала. Непонятно куда. Как работа сегодня?

В прошлом ответ на это был бы «безумие». Но сегодня этот термин неприменим.

– Нормально.

– Ты, кажется, удивлен? Доктор Макгинли не справляется?

– Еще как справляется.

Так здорово, что Джош до сих пор был сбит с толку, осознав, как легко мир существует и без него.

Глянул на коробку с макаронами и понял, что просто не может ее видеть. Подошел к морозилке и вытащил пару бифштексов, а пока они размораживались в СВЧ, вышел на задний двор и разжег барбекю. Жаровня была новенькой, с иголочки, и огромной. Джош купил ее два года назад и ни разу не пустил в ход. Зато она зажглась сразу и с громким «пшш», почти как световой меч Тоби.

Грейс встала в дверях, наблюдая за ним.

– Чувствуешь себя настоящим мужчиной?

Он оглядел ее хорошенький сарафанчик с тонкими бретельками и крохотными пуговичками спереди, доходившими до середины бедра.

– Кое-что я несомненно чувствую.

Она улыбнулась.

– Ах эти мужчины и их большие игрушки, превращающие их в неандертальцев.

– Ключевое слово не «игрушки», а «большие». Мы любим все большое.

– Ну тебе в этом смысле волноваться не о чем.

Он бы не коснулся этой особы десятифутовой палкой. Или девятифутовой?

– Это мы так играем?

Она оглядела его с ног до головы и с головы до ног. Не впервые женщины раздевали Джоша взглядом, но мгновенная эрекция в ответ на это у него случилась впервые. И он знал, что ему нравится увиденное, потому что в ложбинке на шее заколотился пульс.

Это так понравилось, что он шагнул к ней, намереваясь показать все свои «неандертальские стороны».

– Тяф-тяф! – залаял Танк, вырываясь во двор. За ним спешил Тоби со световым мечом. Оба летели к Грейс на полной скорости.

Джош закрыл ее собой, чтобы уберечь от неминуемого столкновения, и, нагнувшись, схватил Танка как раз в тот момент, когда Тоби взмахнул мечом, случайно ударив Джоша по голове. Щенок взвизгнул, и Джош переступил с ноги на ногу. Но проклятый мопс вырвался и проскользнул между ног Джоша. Чтобы не убить щенка, Джош снова переступил с ноги на ногу. Но потерял равновесие и упал, с размаху ударившись головой о бетон. Из глаз посыпались искры, а потом…

Ничего.