Укрощенная горцем - Пола Куин

Обычно Мейри не пила пива, но сегодня была готова одолеть самую большую кружку. Она провела беспокойную ночь: отчасти из-за брата, но в основном из-за воспоминаний о поцелуях Коннора, объятиях, нежных словах. Он говорил, что любит ее, а потом еще и показал. Видит Бог, у этого мужчины есть темперамент! Вчерашний день словно явился из ее снов. Какой дом! Коннор построил его для нее, и от этой мысли сердце девушки таяло, а на глаза набегали слезы. Может, они давно были бы вместе, если бы Мейри знала о доме? Останется ли она с ним сейчас, если Коннор ее попросит? Здесь у католиков столько врагов, что ей хватит дел на три жизни. Но теперь, когда враги постоянно окружали ее со всех сторон, Мейри чувствовала, что опасность ее больше не заботит, — наверное, потому, что теперь здесь будет ее брат.

Колин останется в Англии. Когда Мейри впервые об этом услышала, ей захотелось как следует дать ему по голове. И как только отец согласился отпустить его? А как Роб решился жениться на дочери короля? От всех этих известий у Мейри до сих пор голова шла кругом. Она встала с постели еще более разбитой, чем легла. Ее брат, тот, кого она любила больше других, остается в Англии, чтобы сражаться с врагами короля. Видит Бог, их немало. Что, если Колина убьют?

Входя в таверну, Мейри с благодарностью взглянула на Коннора — он сделает все, чтобы Колин вернулся из Англии живым. Но ведь это значит, что Коннор тоже останется здесь, он еще ничего не сказал о возвращении в Кэмлохлин. И теперь, когда у него есть собственный дом, скорее всего не вернется. Сможет ли она ради него оставить горы? Этот вопрос она задавала себе уже сотню раз и даже думать не хотела, что Коннор может его не задать.

Пройдя внутрь вслед за мужчинами, Мейри с интересом огляделась. Прежде она никогда не бывала в тавернах: в Шотландии их не было, во всяком случае, в горах. Дома готовили собственное виски, чтобы не мерзнуть морозными зимами. Мейри чутко ловила звуки и запахи «Трубадура» и всем своим существом чувствовала опасность. А как же иначе, если в одном помещении теснится так много пьяных мужчин? Она поняла, почему Коннор часто сюда заходит. Таверна напоминала большой зал Кэмлохлина, а во дворце не было ничего подобного. Что он станет делать, если начнется драка? Сколько носов он разбил в подобных местах?

Все удобно расселись на стульях. Каждый тут же вошел в привычную роль. Мейри решила, что так здесь происходит всегда — Драммонд потребовал выпивку, Эдвард посидел недолго и отошел к другому столу поздороваться с друзьями. Мейри радовалась, что Коннор позвал ее с собой. Надо было отвлечься от мрачных мыслей. Ей вообще мужчины нравились больше, чем женщины. В Кэмлохлине женщины были тверже, чем напудренные пустышки в Уайтхолле, но даже они не разделяли ее интереса к политике и оружию. С ними не обсудишь нужный наклон кисти, при котором клинок звенит в руке как струна.

— Добрый вечер, капитан. Чем вас порадовать сегодня?

Мейри подняла глаза на хорошенькую светловолосую служанку, которая склонилась над Коннором с многозначительной усмешкой на пухлых губках.

— Три виски, Вики, — сказал Коннор и, прочистив горло, добавил: — И кружку эля для Мейри.

Вики окинула Мейри удивленным взглядом, словно узнала ее или слышала о ней раньше, и натянуто улыбнулась.

— Рада с вами познакомиться, Мейри.

Неужели Коннор рассказывал о ней этой девушке? Мейри метнула на него острый взгляд. Может быть, Вики одна из его любовниц? Сколько их здесь еще? Мейри не хотелось думать об этом.

— Четыре виски, пожалуйста, Вики.