Красив и очень опасен - Энн Стюарт

К городку Нитсфут они подкатили уже ближе к полудню. Салли с детьми занимала уютный домик на самой окраине, и хотя Кэссиди недоумевала, почему бы им не жить в Черринг-Кросс, спрашивать об этом она не стала, решив хотя бы сегодня не проявлять излишнего любопытства. В конце концов, самое главное она выяснит и без посторонней помощи, просто подмечая, что творится вокруг.

Сумев перебороть свою неоправданную ревность, Кэссиди убедилась, что отношения Ричарда и Салли носят чисто дружеский характер. По крайней мере, со стороны самого Ричарда. При встрече Ричард непринужденно поцеловал свою преданную подругу в щеку, что тем не менее больно задело Кэссиди. Да, она жаждала его любви и его страстных ласк. Но и искренней дружеской привязанности с его стороны ей тоже остро недоставало.

Детишки тут же облепили отца и утащили в дом, треща без умолку, как сорочата. Кэссиди, немного растерявшись, осталась у машины, но затем, обернувшись, встретилась с пристальным взглядом карих глаз Салли Нортон.

– Итак, вы вернулись, – промолвила Салли.

– Да.

Задумчиво посмотрев на нее, Салли кивнула.

– Пойдемте со мной, – сказала она. – Я хочу вам кое-что показать.

Никаких вопросов, напомнила себе Кэссиди, кивая в ответ. Пока не научишься спокойно воспринимать ответы.

Салли провела ее через дом, мимо гостиной, где стоял оживленный гомон, детский визг и заливистый смех, время от времени прерываемый спокойным голосом Ричарда. А все-таки он хороший отец, машинально отметила про себя Кэссиди. Спокойный, рассудительный, способный беззаветно отдаваться детям. И как она могла усомниться в этом, когда он и в самом деле собирается отдать за них жизнь? Сейчас Кэссиди уже с трудом это понимала.

Садик, в который провела ее Салли, был совсем небольшой, еще по-зимнему серый, лишь в одном месте расцвеченный яркими нарциссами. Метнув прощальный взгляд на домик, из которого доносились звуки веселой возни, Кэссиди уселась на скамейку рядом с Салли и приготовилась слушать.

– Вы не имеете права предать его! – с места в карьер заявила Салли.

Кэссиди недоуменно пожала плечами.

– Я и не собиралась, – ответила она.

– Это слова. Человек он сложный, и вас могут подстерегать любые неожиданности.

– Я знаю, – с достоинством ответила Кэссиди.

– Вы считаете, что уже так хорошо его изучили? – спросила Салли с едва различимой горечью.

– Да.

– И вы его любите? – вздохнув, спросила Салли. – Бедная глупышка.

С этим утверждением Кэссиди была полностью согласна.

– Скажите, что мне делать? – спросила она. – Как я могу помочь ему?

Салли покачала головой.

– Он ведь вас околдовал, да? Как в свое время околдовал и меня. Между прочим, он никогда даже не притворялся, что меня любит. В этом тоже его опасность. Он никогда не дает невыполнимых обещаний, так что вам не придется укорять его в обмане. Вы сами добровольно позволили заманить себя в ловушку, спрятали голову под крыло, чтобы не замечать правды.

– А в чем состоит эта правда? – не выдержала Кэссиди.

– В том, что он никогда не полюбит вас. Он, по-моему, просто на это не способен. О нет, в постели он дьявольски хорош, думаю, вы и сами уже в этом убедились. Но сердце его навсегда сковано льдом из-за этой гадины – Дианы, чтоб ей вечно гореть в аду! А ведь он просто обожал ее! Готов был пыль целовать под ее ногами. Как, впрочем, и все остальные. Милая, божественная Диана, сказочная принцесса. Все ее просто боготворили. Даже детишки почитали ее как фею, хотя и виделись с ней нечасто.

– Почему? – с недоумением осведомилась Кэссиди.

– Она была слишком нервической натурой, чтобы справляться с детьми. Поэтому ухаживала за детьми постоянно проживающая в семье нянька, а занимался с ними только Ричард. Маленькая Диана же только грелась в лучах всеобщего обожания, начисто позабыв о материнских заботах.

– А как вы к ним относитесь?

– О, я люблю этих детей, как своих собственных, и готова сделать для них все. И мне не хочется их бросать. Я уже говорила Ричарду, что с лечением можно повременить, но он и слышать об этом не хочет. Сама виновата, – с горечью добавила Салли. – Нужно было помалкивать о своей болезни.

– А зачем же вы ему рассказали? – спросила Кэссиди.

– Потому что в противном случае он, возможно, был бы уже мертв. Ричард ведь даже не пытался оспаривать вынесенный ему смертный приговор. Он был уверен, что обо всем уже договорился с Марком Беллингемом и со мной. Лишь узнав о моей болезни, он принял решение подать апелляцию и понял, что ему еще есть за что бороться.

– Но почему? – воскликнула Кэссиди, сердце которой просто разрывалось от сострадания. – Почему он отказался рассказать им правду, когда мы с вами точно знаем, что он не убивал свою жену?

Салли Нортон криво улыбнулась.

– Я не в счет, – сказала она. – Я знаю, что случилось. Ричард рассказал мне. Если тоже хотите знать, спросите его сами.

Кэссиди похолодела, сердце ее словно сжали ледяные пальцы страха.

– Он ее не убивал, – хрипло выдавила она, не узнавая собственного голоса.

Но Салли пропустила ее слова мимо ушей.

– Вы не посмеете нарушить своего обещания! – резко, почти свирепо сказала она. – Если я оставлю детей на вас, отступить вы уже не посмеете! Пусть Ричард и не сможет вам воспрепятствовать, но уж я-то вас не оставлю! Если вы хоть чем-то поставите детей под угрозу, я вас убью! Надеюсь, вы понимаете, что это не шутка?

У Кэссиди не было сомнений на ее счет.

– Я никогда не сделаю им ничего дурного, – пообещала она.

Салли встала со скамейки. Ярости ее как не бывало, и выглядела она, напротив, совсем бледной и даже немного растерянной.

– Хорошо, – безжизненно промолвила она. – Я верю вам. Бог свидетель, у меня нет другого выхода.

Она уже повернулась и направилась к дому, когда Кэссиди задала вопрос, после которого Салли остановилась как вкопанная.

– А вы его любите?

Салли замерла на месте, но оборачиваться не стала. У нее была узкая и очень прямая спина, отчего сама женщина казалась одновременно хрупкой и сильной.

– Когда-то любила, – ответила она. – Отчаянно, до беспамятства, граничащего с безумием. В этом Ричарду равных нет. Он умеет влюблять в себя женщин.

Кэссиди сделала вид, что выпад Салли к ней не относится.

– Но теперь вы его не любите?

На сей раз Салли обернулась. Глаза ее потемнели и казались совершенно мертвыми.

– Нет, – глухо промолвила она. – С тех пор, как узнала, что на самом деле случилось той ночью.

* * *

Если у Ричарда и оставались сомнения относительно опасности, которую таила для него Кэссиди, то после проведенного вместе дня они вконец развеялись. Мысли о ней упорно не шли у него из головы. Он вспоминал вкус ее нежной кожи, тонкий аромат, источаемый шеей, возбуждающие сосцы грудей. Словно влюбленный подросток, он почти постоянно пребывал в возбужденном состоянии. Пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы по дороге в Нитсфут не остановить «Воксхолл» у обочины и не наброситься на Кэссиди прямо в машине.