Ее заветное желание - Лесия Корнуолл

– Сделай их действительно большими, мой добрый друг.

– Как там Дилли? – тут же осведомился Себастьян.

– Я… Я думаю, хорошо, – собрался Николас. Что он мог еще сказать? «Твоя сестра спит с моим гостем. Пожалуйста, будь так добр, забери ее»? Николас вдруг понял, что не сможет предать Дельфину, даже Себастьяну, до тех пор пока не переговорит с ней сам.

– Ты почему-то думаешь, что ей там хорошо? А я уверен: ей до смерти надоела деревня.

Официант поставил на стол два стакана, и Себастьян усмехнулся, заметив, что виски было налито до краев.

– Отлично, – похвалил он, протягивая официанту монету. И отпил изрядно.

– По-моему, Дилли у нас нравится. Она составляет хорошую компанию Мэг. Обе опекают деревенских, посещают больных и так далее, – сказал Николас.

– Дилли? Леди Дельфина Сент-Джеймс, моя сестра?

– Именно, – кивнул Николас.

– А мне показалось, что там разворачивается какая-то любовная история, – приподнял бровь Себастьян.

Николас побагровел.

– Я бы это так не назвал… Она читает ему, гуляет с ним… – К этому больше нечего было добавить.

– Она читает Сиденхему? – удивился Себастьян. – Что, интересно, они штудируют: политические трактаты?

– Сиденхему? – Николас чуть не поперхнулся виски.

– У моей мамочки огромные надежды на брак между Дилли и сыном графа Холидона. – Взгляд его вдруг стал острым. – Что такое? Там есть еще кто-то? Верю, Дилли найдет с кем пофлиртовать даже в глубине Дербишира.

– Я имел в виду Айвза, – пробормотал Николас.

Себастьян с грохотом отставил бокал, выплеснув виски на стол и залив мозаичное изображение Посейдона на столешнице. – Айвз? Тот самый Стивен Айвз? – прошипел приятель. – Он живет у тебя в Темберлее?

Николас возмутился.

– Он был ранен в сражении при Ватерлоо. Ему надо вылечиться.

– Он трус! – воскликнул Себастьян, и Николас оглянулся по сторонам, не слышал ли кто. Клуб был почти пуст, и только три джентльмена, сидевшие возле окна, подняли головы.

– Он мой друг, – отрезал Николас. – И обвинения против него – бездоказательные.

– Ладно, надеюсь, Дельфину не заставляют терпеть его общество. Вязать детские чепчики – это одно дело, а женихаться с трусом – совсем другое.

Николас заерзал в кресле, представив себе, как именно Дельфина женихается со Стивеном.

– Я не думаю, что Дельфина может выдержать общение с ним, – продолжил Себастьян. – Она была в Брюсселе вместе с Элинор. До меня доходили слухи, что ей пришлось оказывать помощь раненым. Не думаю, что Элинор позволила ей стать свидетельницей чего-то отвратительного, конечно. Как благородная леди может выдержать присутствие труса? Она действительно проводит с ним время?

– Бывает, – признал Николас. Он почувствовал прилив жара.

– Значит, ей неизвестно? Я о том, что он собой представляет.

– Я не слежу за их разговорами, – резко произнес Николас. – Айвз… – Он поперхнулся на слове «джентльмен». – Айвз – благородный человек, – сказал он вместо этого и понадеялся, что окажется прав.

– Отправь ее домой, – потребовал Себастьян.

Николас вскинул голову. Ему претила мысль обойтись с Дельфиной как с нашкодившей девчонкой.

– Я пригласил твою сестру пожить в Темберлее ровно столько, сколько ей будет угодно. Дельфина и Мэг подруги. Она остроумна, энергична и милосердна, – добавил Николас, пытаясь убедить себя в том, что она не такая тупая и легкомысленная, как ее братец.

– Сестра не отвечает на мои письма, – пожаловался Себастьян.

– Ты сам ей писал? Или поручал кому-то?

– Не часто, но, надеюсь, увидеть ее на загородном приеме Эйнзли. Это настоящая оргия евнухов, глупых и чванливых. Они без конца толкуют о политических реформах и о высоких моральных принципах. Можешь представить что-нибудь более скучное? Все они за моим исключением объединяются для того, чтобы изрекать одну и ту же бессмыслицу. Я их просто терпеть не могу. И тут в гостиной появляется Дельфина и очаровывает политических сторонников отца, флиртует с этими старыми козлами, которые готовы есть из ее рук. Некоторые из них даже умудряются улыбнуться пару раз, прежде чем их хладнокровие даст трещину от немыслимого напряжения. Наблюдать за ней – фантастическое наслаждение. И как только они оказываются у нее в кулаке, я выскальзываю из комнаты, сажусь на коня и сломя голову мчусь в местный трактир, чтобы напиться. Она мне там просто необходима! – Себастьян усмехнулся. – Передай ей это, ладно? И отправь сестрицу мне на выручку.

– Я скажу ей, что видел тебя, – пообещал Николас.

Себастьян усмехнулся.

– И еще скажи, что у меня есть для нее сюрприз.

– Какой? – не удержался Николас и тут же пожалел об этом. – Не надо, не говори.

Себастьян хмыкнул.

– Ты должен знать, что эти ежегодные посиделки, помимо всего прочего, устраиваются еще и для того, чтобы продемонстрировать сестре ее потенциальных женихов. Она решительно отказывается выходить замуж. Не могу понять почему. Дилли хороша собой, богата, общительна. Подозреваю, что она отваживает поклонников, но не знаю как. Она всегда чертовски мила. В этом году у мамочки для нее набралась целая когорта подающих надежды джентльменов. Все просто кошмарные, честно тебе скажу. Дилли опять начнет улыбаться, флиртовать, рассуждать о политике как специалист и очарует их настолько, что они будут готовы выскочить из своих лаковых туфель, а потом даст им отставку.

– Звучит утомительно, – рискнул заметить Николас.

– Но только не в этом году. Один мой друг мечтает встретиться с Дилли. Недавно ему от брата перешел титул, и теперь его ожидает наследство в виде целого графства. Он молод, хорош собой, все зубы целы, никаких политических симпатий вообще, политике предпочитает вечеринки и хорошеньких девушек. Его отец настаивает, чтобы он женился, набил детскую отпрысками, а так как Дельфина годится для всего этого, то верю, что их брак будет заключен на небесах.

– Кто этот образчик идеального супруга? – спросил Николас.

– Виконт Питер Дерлинг. Вообще-то он был при Ватерлоо. Как ему кажется, сейчас совсем не осталось незанятых девушек вроде твоей Мэг, а так как ее сестры еще не вышли из детской, я подумал, что моя сестра подойдет ему как нельзя лучше.

– Это комплимент или предостережение? – поинтересовался Николас, вспомнив двух своячениц, еще совсем девчонок.

– Только между нами. Дилли больше нельзя тянуть с этим. Она уже выезжала два сезона. Перейдет в разряд старых дев, и никто к ней не посватается.

– Тебе не кажется, что это ханжество?

– Почему? – искренне удивился Себастьян.

Николас чуть не закатил глаза.