Лизать сахар. Жизнь втроем - Оксана НеРобкая

– И что теперь делать?

– Менять колесо. Запаска есть. Придется повозиться.

Пока Андрей доставал инструмент, Софочка, облокотившись на капот, разглядывала возлюбленного. Сейчас на нем были джинсы и спортивная, обтягивающая грудь футболка, которую очень хотелось задрать. Впрочем, когда Немов надевал деловой костюм, у нее возникало аналогичное желание: расстегнуть пуговицы на его рубашке, схватить за галстук, словно за поводок, и потащить в укромное место.

Пикник затянулся допоздна. Волны лениво набегали на опустевший пляж, троица вышагивала вдоль берега, созерцая закат. В Калифорнии каждый вечер солнце садится по-новому, никогда не повторяясь. Подобно гениальному художнику смешивает краски и создает необычные оттенки цвета, всегда разные. Мэдди ощущала теплую ладонь мужа на своем плече, глядела на собиравшую мелкие камешки дочь и мурлыкала от удовольствия. Не хотелось уезжать. Но сгустившиеся над озером сумерки красноречиво намекали: пора домой.

Собрали вещи, покидали в багажник. Типа устроилась на заднем сиденье и запела веселую мелодию. Голос был тоненький, но сильный. Мамино наследство. Крайтон поцеловал жену в ухо, шепнул:

– Спасибо, родная. Это был идеальный день.

– Томми, надеюсь, завтра утром у меня будут причины сказать: «Спасибо, родной. Это была идеальная ночь». А?

– О нет, – обреченно простонал мужчина. И тут же получил оплеуху. Улыбаясь, завел двигатель. Вырулил на шоссе 1-5. Дорога была мало оживленной, но кто-то умудрился напороться на неприятности. На обочине стояла машина с горящими аварийными огнями. Томас проехал мимо, но почувствовал укол совести. Мало ли, вдруг человеку помощь нужна. Дал задний ход.

Мужчина сидел на корточках и орудовал домкратом, очевидно, намереваясь поменять колесо. Его юная спутница стояла рядом, скрестив руки на груди, и наблюдала за процессом.

Томас приблизился и вежливо поинтересовался:

– Добрый вечер! Могу я вам помочь?

– О, вы очень любезны, – Немов открутил гайку и повернул голову в сторону незнакомца.