Звезды в моем сердце - Барбара Картленд

Он посмотрел ей в глаза и обнял. Гизела невольно попыталась вырваться, но тут же замерла в крепких объятиях, чувствуя близость его губ. Все ее существо наполнилось восторгом от его прикосновения.

– С того вечера, когда я поцеловал твои волосы и ты в испуге убежала, я ни о чем не мог думать, только о тебе, – продолжал лорд Куэнби. – Мне кажется, я тогда догадался, что ты не та, за кого себя выдаешь.

Я полюбил тебя и жаждал всеми фибрами своей души, и не способен был здраво размышлять, даже вообще размышлять. В Лондоне я оказался потому, что на завтра мне назначили аудиенцию в Букингемском дворце, не пойти на которую невозможно. Но после нее я собирался покинуть Лондон и отправиться прямо в Истон Нестон. Мне нужно было знать правду.

– Не я вам нужна, – прошептала Гизела, – а императрица.

– Мне нужна женщина, которую я поцеловал, – возразил лорд Куэнби. – Женщина, к чьим волосам я прижался лицом, чьи глаза смотрели в мои, и я увидел в них пламя, которое вторило огню, бушевавшему в моей груди. Вот эта женщина мне и нужна. И неважно, кто она – королева или нищенка.

– Она нищенка, – всхлипнув, пролепетала Гизела.

– А это даже лучше, – сказал лорд Куэнби. – Потому что тогда она будет вся моя, моя навсегда. Ты слышишь, Гизела? Однажды ты попыталась от меня убежать, но во второй раз тебе это не удастся.

Его губы были совсем близко от ее губ, руки все крепче обнимали девушку.

– Очень скоро мы поженимся, – говорил он. – Потому что я боюсь тебя потерять. Я искал тебя всю жизнь и начал даже думать, что ты просто мне пригрезилась.

Он поцеловал ее, от прикосновения его губ Гизела что-то неразборчиво прошептала и отдалась на милость восторженного трепета, охватившего все ее тело. Она чувствовала его поцелуи – долгие, страстные, сильные – и понимала, что ничего не нужно говорить, объяснять, все и так понятно без слов. Они созданы друг для друга. Они – одно целое. Мужчина и женщина, которых нельзя разлучить, потому что у них одна любовь на двоих.

– Я люблю тебя! – прошептал он низким, глубоким голосом.

– Я… люблю тебя! – услышала Гизела свой ответ, слабый и взволнованный.

Он все еще не выпускал ее из своих рук.

– Я уже тебе говорил как-то, – напомнил он, – что ты зажгла звезды в моем сердце. А теперь скажу, дорогая, что ты сама стала для меня звездой – звездой, за которой я последую куда угодно.

Он снова поцеловал Гизелу. Их губы слились, ее тело все напряглось, а потом она почувствовала его руки в своих волосах: он вынимал шпильки, роняя их на пол, пока длинные шелковые пряди цвета меди не окутали пышным покрывалом ее плечи и не упали ему на грудь.