Волшебство любви - Ханна Хауэлл

Шотландия,

1385 год

– Так что же, очередная злосчастная девка пристроена?

Тейт Престон остановилась и потянулась к замку на двери отцовской спальни. Его низкий голос проникал даже сквозь толстую дубовую дверь, но она разобрала не все, что он говорил. Однако оскорбляло его обычное обращение к дочерям – «злосчастным девкам», по его мнению. Это всегда отзывалось болью. Малком Престон, лэрд Престонмура, вечно жаловался на то обстоятельство, что из пятнадцати его детей тринадцать уродились девочками. Тон, которым он сказал «пристроена», звучал зловеще, и Тейт прижалась к двери, стараясь – и боясь – услышать больше.

– Уверен, что они не будут жаловаться? – спросил еще более низкий и грубый голос. Тейт узнала голос Йена, одного из старших братьев. – Ведь не все девчонки так покорны, как Маргарет и Элизабет.

– Эти две сидят у колыбелей – как им и полагается, – ответил Малком. – Не так уж трудно пристроить нескольких девчонок. Но почти невозможно что-либо сделать, когда ты проклят чертовой дюжиной дочерей.

Замужество?.. Тейт почувствовала, как все ее тело сковало холодом страха. В свои девятнадцать она редко задумывалась о замужестве. С ранних лет сестры понимали, что приданого за ними не дадут. Две старшие уже успели забрать те жалкие сбережения и клочки земли, которые предполагалось выделить дочерям. В отличие от своих сестер Бекки и Изабел, которые в двадцать три и двадцать один год были несчастными старыми девами, Тейт считала, что ее положение совсем неплохое. Поскольку она не имела ни денег, ни земель, ни связей, можно было не сомневаться в искренности чувств будущего жениха, если таковой найдется. Она даже надеялась, что получит возможность сама выбрать себе пару. Но похоже, отец вознамерился выдать и ее…

– Мне не нравится, что их приходится продавать, – пробормотал ее второй брат Дуглас. – Что это за мужчина, если он вынужден покупать себе жену?

– Прости, если оскорбляю твои нежные чувства, парень, – съязвил Малком. – Но именно таким способом обычно все и делается. Деньги и земли перешли из рук в руки, когда обеих твоих сестер выдавали замуж. Да, нам тогда пришлось кое-что отдать. Но теперь можно получить хоть какую-то пользу от очередного брака. И не думай, что человек, который платит за невесту, останется в накладе. Пусть он не получит приданого, зато в его постели окажется молодая девственница хорошего рода, которая будет вести хозяйство и рожать ему детей. Клянусь, что поступаю вполне справедливо.

– И это уж точно поможет набить наши пустые карманы, – добавил Йен.

– Да, такова грустная правда, – согласился Дуглас. – Хотелось бы только, чтобы мужчины не были такими жалкими и никчемными. Мне казалось, что наши девушки заслуживают лучшего.

– У них ничего нет и ничего не предвидится, – отрезал Малком.

– Тогда не ожидай, что они будут улыбаться и благодарить тебя. Конечно, Бекки и Изабел промолчат, потому что очень боятся остаться старыми девами, но Тейт не будет такой послушной, когда обнаружит, что ее купил стареющий распутник.

– Сэр Раналд Маклин богат и владеет прекрасными землями к северу отсюда, – заявил отец.

Тейт в ужасе содрогнулась. Она знала сэра Раналда. Последнее время он часто приезжал к ним. У нее на заднице до сих пор не прошли синяки, оставшиеся после его последнего визита, когда она оказалась чересчур медлительной и не сумела избежать его щипков. Ему было не менее пятидесяти. Мерзкая физиономия, повадки развратника, а тело оплывшее – как у избалованной раскормленной женщины. Успев похоронить трех жен, он имел всего лишь одного кривоногого уродливого сына. Брак с этим человеком станет настоящим адом.

Убравшись подальше от двери, Тейт сбежала по ступеньками в ткацкую, где собрались сестры. Нужно было предупредить их о планах отца.

Ворвавшись в комнату, она увидела, что сестры уставились на нее сначала с удивлением, а потом – с досадой и даже с некоторой брезгливостью. И Тейт поняла, что вряд ли они станут осуждать отца. Это очень ее печалило, хотя была надежда, что шесть младших сестер возрастом от девяти до пятнадцати все же выкажут гордость и стойкость. Увы, остальные смирились с тиранией отца, постоянно твердившего, что дочери для него – всего лишь тяжкое бремя. Тем не менее она обязана была предупредить сестер.

– Тебе не мешало бы усвоить хорошие манеры, Тейт, – заметила Изабел.

Несколько минут Тейт решала: не оставить ли Изабел в блаженном неведении? Наконец, подавив раздражение, она сообщила:

– Отец нас продает.

– Ты о чем? Что за очередная глупость?

– Вы ведь знаете, что у нас нет приданого?

Сестры закивали. Причем старшие были особенно расстроены этим обстоятельством.

– Так вот, отец нашел решение этой проблемы.

– Он отыскал способ дать нам приданое?

– Нет, Изабел. Он решил, что мужчины будут платить ему, чтобы взять нас в жены. Отец продаст нас тем, кто больше даст.

– И есть мужчины, готовые согласиться на такое? – в восторге спросила Изабел.

Тейт невольно вздохнула. Неужели сестры не понимали, что это означало?

– Наш отец продает нас как коров, Изабел.

– Но ведь он дает нам мужей…

Тейт оглядела сестер и поняла, что они согласны с Изабел.

– Но что это за мужчина, если он покупает себе жену? Вы подумали об этом?