Исполнение желаний - Тереза Ромейн

Луиза пребывала в замешательстве. Она не могла оторвать от графа глаз – так славно смотрелся на нем черный сюртук и серый жилет, так шел ему белоснежный шейный платок и широкие сверху и зауженные книзу бриджи. Когда Хавьер шел, лавируя между штабелями книг, казалось, что он танцует контрданс.

Ммм.

Нет, друзья не думают «ммм», когда смотрят друг на друга.

– Можно я угадаю, – произнесла мисс Оливер, пытаясь привести в порядок мысли, – вы забыли здесь свой лорнет.

Хавьер нахмурился.

– Я его не забыл. – Он достал из жилетного кармана лорнет в серебряной оправе и рассеянно покрутил в руке.

– Вы могли бы повесить его на шею, – добавила Луиза. – Тогда бы он всегда был у вас под рукой.

Хавьер насупился.

– Я предпочитаю не пользоваться лорнетом постоянно. Кроме того, в собственном доме я неплохо ориентируюсь. До сих пор мне удавалось перемещаться, не наталкиваясь на мебель.

Луиза пожала плечами. Скорее всего, граф просто считал очки старомодными.

– Боюсь, что вам придется мириться с разгромом в библиотеке еще несколько дней. Для того, чтобы переставить книги, потребуется некоторое время.

– Вы находите в них потенциал? – вежливо поинтересовался Хавьер. – Я имею в виду книги. Некая юная леди, отличающаяся блестящим умом, как-то сказала мне, что я не могу рассчитывать на бо́льшую похвалу, чем эта.

Луиза понимала, что он всего лишь дразнит ее, и все же приятно слышать, когда о тебе так высоко отзываются.

– Я действительно нашла несколько весьма занимательных экземпляров, – сказала Луиза. – Поскольку я не могла работать над зашифрованной книгой по причине ее отсутствия, пришлось найти себе другое занятие.

– Ах, да. По поводу книги. – Хавьер сделал шаг в сторону и чуть было не свалил очередную книжную башню – О, черт. Простите. Мне не следовало при вас поминать черта.

Башня опасно накренилась и обрушилась. Граф сделал глубокий вдох, раздувая ноздри, и выдохнул сквозь стиснутые зубы.

Луиза едва сдерживала смех.

– Не беспокойтесь. Моя тетя обладает весьма колоритным и богатым запасом слов. Вы не хотите присесть?

– Пожалуй. Не то я тут все разнесу. А я еще что-то про Джейн говорил.

Хавьер сел на кушетку. Ту самую.

– О! – вырвалось у Луизы. Она густо покраснела, осознав, что выдала себя с головой.

Граф смотрел ей в глаза.

– О? – Он и не думал улыбаться. В его серых глаз плясали искры.

Луиза не смогла выдержать его взгляда и отвела глаза.

– Вы собирались что-то сказать о книге? – спросила она.

Граф долго не отвечал, и за все время затянувшейся паузы Луиза ни разу не посмела встретиться с ним взглядом, словно боялась, что расплавленная сталь прожжет ее насквозь.

– Да, – наконец ответил он. – Локвуд забрал книгу у меня со стола, а заодно и алфавитный код. Я не придал этому особого значения, поскольку предки у нас по большей части общие, но я постараюсь вернуть книгу себе.

Он глубоко вздохнул, и этот вздох заставил Луизу поднять на него глаза. На лице графа она увидела искреннее страдание.

– Локвуд… неисправим. – Каждое слово давалось ему с трудом. – Мне жаль, что вам пришлось терпеть его домогательства. Простите. Этого больше не повторится.

По рукам Луизы побежали мурашки.

– Да. Этого больше не повторится. Я об этом позаботилась.

Она наблюдала за тем, как меняется выражение лица: страдание уступает сочувствию. И вновь не увидела ни грамма фальши.

– Я попросил его уехать, – тихо произнес Хавьер, – но он отказался. Боюсь, что мне не удастся его выпроводить без скандала.

– Я понимаю, – ответила Луиза. – Гостеприимный хозяин должен учитывать желания всех своих гостей.

Мисс Оливер действительно его понимала. Граф, как и подобает джентльмену, указал Локвуду на дверь. Если маркиз не захочет уезжать по-хорошему, и Хавьер решит прогнать его любой ценой, между родственниками начнется война. Из-за нее, Луизы. Ей этого совсем не хотелось. Грязная волна скандала накроет ее с головой, и тогда ей уже никогда не отмыться. Луизу передернуло от отвращения при одной мысли об этом.

– Луиза, – нерешительно проговорил граф, – может, вам лучше уехать. Ради вашей же репутации.

Более чем разумное предложение. Но если она уедет, Хавьер проиграет пари Локвуду.

С тех пор, как мисс Оливер узнала об этом споре на десять фунтов, прошло время. И за это время она успела кое-что узнать о Хавьере, а потому не была к нему в претензии. Луиза легко представила, как все произошло: граф находился в образе лорда Хавьера и проглотил услужливо подсунутую ему наживку. Лорд Хавьер считал, что постоянно должен что-то кому-то доказывать.

Пусть так, пусть этот спор не имеет никакого значения ни для нее, ни для него, но Локвуд был настроен более чем серьезно. С первого дня, не стесняясь в средствах, он делал все, чтобы вынудить Луизу покинуть этот дом.

Она не могла позволить Локвуду выиграть пари. Маркиз имел влияние на Хавьера, манипулировал им, и давать Локвуду новые козыри было бы безнравственно.

– Меня есть, кому защитить. Я имею в виду леди Ирвинг, мою тетю, и вас, хозяина дома. И за мою репутацию можно не переживать. Моей скромной персоной высшее общество едва ли заинтересуется, даже если кто-то очень постарается ради этого.

– Пусть так, но Локвуд вас в покое не оставит. – Хавьер медленно провел ладонью по лицу. – А я хочу, чтобы пребывание в моем доме оставило у вас только приятные воспоминания.

Луиза непроизвольно скользнула взглядом по кушетке. Воспоминания ей обеспечены. Да еще какие!

– Вы опасаетесь, что я не смогу держать себя в рамках, общаясь с вами? – спросила она.

Граф хрипло рассмеялся.

– Чтобы вы вышли за рамки? Нет, этого я точно не боюсь. Но в этом доме для вас нет ни одного безопасного места.

– Я не ищу безопасности.

– А следовало бы. – Он снова провел рукой по волосам.

Мисс Оливер пожала плечами и, словно случайно, поддела туфелькой упавшую книгу. Если следовать примеру графа, лучший способ выхода из затруднительного положения – сменить тему.

Томик в сафьяновом переплете раскрылся, и она увидела живопись на переднем обрезе.

Эту технику рисования, которая позволяла увидеть картину только тогда, когда страницы книги раскрывают веером, Луиза всегда воспринимала как чудо. А сейчас это чудесное изобретение мастеров книгопечатания предоставило ей возможность вывести разговор из опасного русла.

Луиза наклонилась, чтобы лучше разглядеть картину. Так и есть: если книгу закрыть, изображение пропадает, так как на края страниц нанесено золотое напыление.