Чужак - Зоэ Арчер

Серьезность его тона, казалось, шокировала Элис. Но она все же кивнула.

– Мне будет чертовски неприятно, но я помолчу. Или даже… – Она содрогнулась. – Соглашусь с ними.

– Вот и хорошо, моя девушка!

Они в упор посмотрели друг на друга. Он сейчас говорил как шахтер, – говорил так, словно она – действительно его девушка. Но это же неправда! Они никогда не смогут быть вместе.

В дверь постучали. Саймон вскочил и открыл ее. У порога стояли коридорный и горничные в фартучках, с ведрами горячей воды. А за их спинами появился здоровяк в униформе, тащивший еще одну сидячую ванну.

– Вы заказали ванны через полчаса, мистер Шейл, – жизнерадостно объявил коридорный. – Тридцать минут прошло.

Саймон жестом пригласил слуг войти. Горничные стали выливать воду в ванны, предварительно поставив одну у камина. Потом Саймон наделил всех чаевыми, но одна женщина задержалась и вопросительно взглянула на Элис.

Сообразив, в чем дело, Элис встала и направилась в ванную комнату. Саймон же нервно барабанил пальцами по каминной полке – он представлял раздетую Элис. Вот ей отстегивают лиф и юбки скользят на пол… За ними следуют нижние юбки, турнюр и корсет, и Элис остается лишь в панталончиках, сорочке и чулках. Потом снимается и это, и он явственно слышит, как она опускается в воду и с удовлетворением вздыхает.

Из ванной вышла горничная с охапкой одежды Элис и, краснея, сложила все в сундук.

– Дерните за звонок, когда захотите, чтобы я одела миссис к вечеру, сэр, – прошептала горничная.

– Моя благодарность на комоде, – проворчал Саймон.

Девушка сунула в карман монету, присела и быстро ушла. Саймон закрыл за ней дверь.

Из ванной доносились блаженные стоны, и он тоже застонал, к счастью – мысленно. «Хорошо бы сейчас принять не горячую ванну, а холодную», – промелькнуло у него Элис вышла из ванной с разметавшимися по плечам влажными волосами, завернутая в длинный фланелевый халат. Опустив голову, она уставилась на свои розовые ноги, которые Саймон нашел весьма привлекательными.

Откашлявшись, он сказал:

– Я уже выкупался и оделся, так что не скромничай.

Он действительно надел брюки и рубашку, но этим и ограничился. До ужина оставалось несколько часов – и будь он проклят, если проведет это время полностью одетый. Вода все еще была горячей к тому времени, как он уселся в ванну, и теперь его веки и конечности наливались тяжестью. Саймон распростерся на шезлонге с книгой на коленях, но стоило Элис выйти из ванной, как он мгновенно забыл все, что успел прочитать.

– Я думаю не о своей скромности, – ответила она, краснея. – Работая на шахте, я каждый день встречала мужчин, выходящих из умывальной. Вряд ли я чего-то не успела увидеть.

– Что-то я не замечал, как шахтеры выбегали из умывальной с болтающимся напоказ достоинством.

Осознавала ли она, что ее взгляд немедленно устремился к его паху? Саймон вдруг вспомнил о книге у него на коленях и возблагодарил за нее Бога.

– Помнишь то озеро в пещере? Мальчишки купаются там летом. – Элис осторожно присела на край кровати. Струившийся сквозь шторы солнечный свет падал на ее лицо причудливым кружевным узором.

Саймон ухмыльнулся:

– Противная девчонка! Ты шпионила за ними!

– Конечно, шпионила.

Черт побери, как же она ему нравится!

– А у них была возможность отплатить тем же?

Он почти со страхом ждал ее ответа. При мысли о том, что слюнявые мальчишки видели то, что он, Саймон, страстно желал увидеть, ему делалось не по себе.

– Девочкам туда нельзя ходить.

Он с облегчением выдохнул.

– Но я прокрадывалась туда ночами, чтобы искупаться вместе с подружками.

И у него перехватило дыхание, а естество запульсировало. Перед ним вдруг возникло видение: Элис, стройная и обнаженная, резвится в чернильно-темной воде при свете фонаря. И делает все, что ей хочется, потому что не подчиняется ничьей воле, кроме своей собственной.

Дезмонд когда-то научил его специальным методикам, помогавшим обрести спокойствие, и он воспользовался ими сейчас. Либо это – либо наброситься на нее как животное.

И он намеренно выбросил из головы все мысли, наполняя ее звенящей пустотой.

– Саймон, ты не заболел?

Он в замешательстве моргнул.

– Нет, просто устал.

Она прикрыла рот ладонью и широко зевнула.

– Хм… Саймон, ты начинаешь двоиться у меня перед глазами.

Он взглянул на часы и сказал:

– У нас еще есть несколько часов. Тебе лучше поспать.

– Сомневаюсь, что смогу сомкнуть глаза. Слишком натянуты нервы. – Она снова зевнула.

– Солдаты знают, что если не отдохнут перед битвой, то могут допустить фатальную ошибку во время боя.

– Не слишком приятная колыбельная, сержант.

Сержант?.. Значит, Ева кое-что ей рассказала о его прошлом. Что ж, вот и хорошо! Так даже лучше. Он чувствовал себя самим собой.

– Ложись и закрой глаза, – посоветовал он. – Если заснешь – хорошо. Если нет – лежи и развлекайся мыслями о том, как мы наголову разобьем этих мерзавцев.

Элис с улыбкой кивнула. Не снимая халата, она откинула покрывало и легла. О, это зрелище – Элис в большой уютной кровати – стало одним из самых тяжких испытаний в его жизни. Так ему казалось, пока она вдруг не откинула покрывало.

– Иди сюда, сержант. Ты тоже нуждаешься в отдыхе.

Его тело моментально превратилось в камень, и он сжал спинку шезлонга, пока не побелели костяшки пальцев.

– Мне и здесь хорошо. – В этот момент ему почудилось, что шезлонг усыпан битым стеклом. – Если я лягу в эту постель, – процедил Саймон, – нам будет не до сна.

Ее веки опустились.

– Значит, мы не будем спать.

Боже, какое искушение! Какое ужасное искушение!

– Нет, – бросил он.

– Но я…

– Только не спорь со мной, черт побери! Хотя бы один из нас должен принять верное решение!

Она ответила вызывающим взглядом. «Сейчас спрыгнет с кровати и потащит меня в постель», – промелькнуло у Саймона. И он почти желал этого. Но она молча отвернулась.

– Я пытаюсь быть благоразумным, – мягко сказал он. – Я хочу тебя, но мы… просто не можем.

Длительное молчание.

– Ты прав, – сказала она наконец, но не обернулась. – И мне очень неприятно это сознавать.

– Мне тоже.

А затем воцарилось молчание. Через несколько минут дыхание Элис стало глубоким и ровным.

Саймон с облегчением выдохнул. Лучше, когда она спит. Он никогда не пытался взять спящую женщину – подобное для негодяев и гнусных соблазнителей. И если он действительно собирается заняться любовью с Элис, то она должна бодрствовать и жаждать его прикосновений.