Ее первая любовь - Дженнифер Эшли

– Я слышал, что дом Макгрегора превратился в руины. Очень рад, что слухи оказались неверными.

– Нам пришлось тут изрядно поработать, после того как мы переехали сюда. Уж это точно. Если вам нужен мой муж, то вы наверняка найдете его на реке с лордом Йеном. Они ловят рыбу. Времяпрепровождение, которое нравится им обоим, как мне кажется.

– Благодарю вас. – Мистер Феллоуз коротко поклонился. – Я найду их сам.

Он ретировался без лишних слов. Да, очень вежлив, подумала Джулиана, но жесток. И заставляет себя не забывать быть вежливым.

Она вернулась к другим гостям и текущим заботам.

Эллиот считал лорда Йена Маккензи самым приятным среди тех, с кем он когда-либо встречался.

Из всей их семьи он более или менее близко общался только с мужем сестры, Камероном, но при этом понимал, что они слишком разные, чтобы дружить. С зятем можно было поговорить о лошадях. Однако Камерон выступал на скачках на дорогих чемпионах, а Эллиот ограничивался тем, что держал лошадей для хозяйственных нужд. Они оба объехали весь свет. Только Камерон всегда селился в апартаментах самых лучших отелей, тогда как Эллиоту с его армейским жалованьем приходилось жить в номерах, которые он делил с пресмыкающимися и насекомыми.

С Йеном Маккензи было по-другому. Он был легок в общении, и, главное, с ним не требовалось поддерживать разговор.

Йен понимал толк в рыбалке. Человек просто занимает место на берегу, закидывает удочку, потом молча ждет. Может в чем-то помочь своему приятелю, такому же рыбаку. И снова вернется к своей удочке, когда помощь больше не требуется.

Всем остальным, кого знал Эллиот, было нужно, чтобы с ними хоть немного болтали. Даже Макферсон с Макгрегором, исключительно добрые люди, ждали, как он ответит на вопрос, и смотрели на него с удивлением, не дождавшись ни слова.

В отличие от них Йен просто ловил рыбу. И стоял заткнувшись.

Они не сказали друг другу и слова после того, как этим утром Эллиот увидел его в заднем холле замка, разглядывавшего рыболовные снасти.

– Увлекаешься рыбалкой? – Йен кивнул головой и провел рукой по действительно хорошему удилищу. – Тогда пошли, – сказал Эллиот.

Они выбрали удочки и снасти и отправились на реку, где с того самого момента и пребывали в молчании. Эллиот выбросил из головы мысли о Стейси и о толпе людей, готовой заполонить его дом. Для него перестало существовать все вокруг, кроме тихого шлепка крючка о воду, слабого жужжания мух и ряби на воде, когда рыба готовилась кинуться на наживку.

Ему удалось поймать две рыбины, Йену – три, когда на тропе, ведущей к берегу реки, появилась фигура, одетая в темный костюм, более уместный на загаженных улицах Лондона, чем на просторах Шотландии.

– Мистер Макбрайд. – Человек протянул ему руку. Эллиот вытер свою перемазанную рыбьей чешуей пятерню о килт и поздоровался с пришедшим. Тот кивнул Йену, который в ответ лишь мельком глянул на него и снова уставился на воду. – Я инспектор Феллоуз.

– Я так и подумал, – признался Эллиот.

– Я ознакомился с материалами, о которых вы просили, – начал Феллоуз. – Мы будем говорить здесь или… – Он кивнул в сторону замка Макгрегоров, чьи шпили торчали из-за деревьев.

– Здесь, если вы не возражаете, – сказал Эллиот. – В доме нас наверняка заставят собирать вещи для благотворительной распродажи.

Соглашаясь, Феллоуз усмехнулся.

– Вон у него могут быть другие мысли на этот счет, – сказал он и снова посмотрел на Йена, но того река интересовала больше, чем их разговор.

– Арчибальд Стейси, – начал Феллоуз, – поступил в ваш полк в 1874 году и отправился в Индию младшим офицером.

– Он был на два года младше меня, – вставил Эллиот. – К тому времени я дослужился до лейтенанта. Стейси с самого начала проявил себя отличным стрелком, поэтому мне поручили подтянуть его до уровня снайпера. Он учился очень быстро.

– Ушел из полка через четыре года, решив попытать счастья в Индии. Но это вам тоже известно.

– Мне не составило труда помочь старому другу.

Выражение лица Феллоуза не изменилось. Этот человек знал свое дело. Он был экспертом, перерабатывавшим солидные массивы информации. Однако Эллиот почувствовал выражение любопытства, промелькнувшее в карих глазах собеседника, которое свидетельствовало о том, что он способен делать некие выводы, а не просто излагать факты.

– Мистера Стейси объявили погибшим в Лахоре во время землетрясения, которое, к несчастью, унесло много жизней, – продолжил Феллоуз. – Незадолго до вашего возвращения на родину.

– Он исчез из своего дома до того, как это случилось, – заметил Эллиот. – Я вернулся к себе на плантацию после освобождения в октябре того же года. Стейси уже не было. Мне об этом доложил мой слуга. Я сам мало что помню из того времени.

– Интересно, что Стейси отправился в Лахор, – сказал Феллоуз. – Ваши плантации располагались ближе к Патханкоту, в штате Чамба. Это восточнее, ведь так? Я сверился с картой, – сухо добавил Феллоуз.

Эллиот удивился, так как большинству англичан Индия представлялась одной территорией, где было все равно, в какую сторону ехать. Они ничего толком не знали об огромных различиях в климате и погоде, о том, какое огромное количество растений произрастало там, какие разные животные населяли те земли, не говоря уж о различиях между людьми, живущими в той стране. Англичане до сих пор испытывали культурный шок при переезде, например, из Бенгали в северный Пенджаб.

– Если вы спросите меня, почему он поехал в Лахор, – сказал Эллиот, – я вам не отвечу, потому что понятия не имею. У него были какие-то деловые связи в Равалпинди и никаких в Лахоре, насколько мне это известно. Я уже говорил, что плохо помню то время, когда вернулся. А отсутствовал до этого почти год.

Феллоуз подтвердил кивком головы, что учитывает это. Он не стал лезть со своими сочувствиями по поводу времени, проведенного Эллиотом в плену, за что заслужил его признательность.

– Разумеется, после исчезновения Стейси, было проведено расследование, – отметил Феллоуз, – местными британскими властями. Его видели вполне здоровым перед землетрясением, после – нет. Тела, которые извлекли из-под развалин, не поддавались идентификации, а свидетели утверждали, что Стейси находился в тот день в том месте. Было выдано свидетельство о смерти, и дело закрыли.

– Насколько тщательным было расследование?

Феллоуз пожал плечами.

– Судя по отчету, который я прочитал, и ответам, полученным по телеграфу, не особенно тщательное. Но их нельзя винить. Все осуществлялось в обстановки хаоса. Однако Стейси не откликнулся и не заявил о том, что остался жив.

– Человек мог специально притвориться, что мертв, – заметил Йен, опять забрасывая лесу в воду. – Если ему захотелось, чтобы все подумали именно так.

Феллоуз удивленно посмотрел на него: