Великолепный - Джилл Барнет

Клио провела два лишних бесконечных года в монастыре, и это глубоко ее задело. Но, подобно своему отцу, она не нарушила бы данного ею слова, даже если бы ее жених умер. Тогда бы она сделалась монашкой и находила утешение в том, что обладает отцовским чувством чести.

Она совершенно убедила себя в том, что обещание, данное отцу, было единственной причиной, по которой она согласилась «по своей воле» выйти замуж за графа Меррика де Бокура. И совершенно никакого значения не имело то, что теперь Меррик оказывал ей постоянные знаки внимания. Впрочем, как и то, что он спас ей жизнь и что его поцелуи стали для нее настолько желанными, что она напрочь забыла о своей гордости. И, разумеется, ее согласие выйти замуж не имело никакого отношения к тому, как много Меррик значил для нее.

Клио повернулась, чтобы еще раз взглянуть на своего жениха, – и встретилась с ясным взглядом все понимающих глаз. В нем не было и намека на сонливость. Казалось, Меррик читает сейчас ее самые потаенные и глубоко запрятанные мысли и желания. А ведь именно этим он когда-то поразил ее прямо в сердце. Но сейчас Клио думала о другом. Она смотрела в его глаза, видела его губы и вспоминала о его поцелуях...

– Если вы и дальше будете на меня так смотреть, миледи, долго оставаться в девушках вам не придется.

– Убирайтесь прочь, вы чурбан!

Она отпихнула его ногами, вне себя от того, что он опять угадал ее желания.

Однако Меррик снова притянул ее к себе, крепко поцеловал в губы, и Клио на мгновение замерла. Потом он стал целовать ее еще и еще. Его страшная борода совсем не кололась и не царапалась, а, напротив, была очень мягкой и приятно щекотала ей лицо. А поцелуи становились все настойчивее и проникновеннее.

От Меррика исходил запах тимьяна и мускусной эссенции. Клио уже протянула руки, чтобы обнять его за шею, как вдруг этот болван поднял свою здоровенную башку и усмехнулся ей прямо в лицо. – Вам хотелось именно этого?

Клио оттолкнула его и принялась вырываться, пихаясь ногами и руками.

– Пустите меня! Вы сделали мне больно! Уберите свои грубые руки и костлявые колени!

Но Меррик только хохотал, а затем перекатился на край постели и одним изящным движением набросил на них обоих одеяло. Мелькнул рыжий хвост, и воздух огласил истошный кошачий вопль – это ошалевший со сна Циклоп вцепился когтями в одеяло и повис на нем.

– Силы небесные!

Меррик рванулся к мечу, но пальцы его нащупали только кусок материи, обмотанный вокруг пояса. К тому времени, пока Меррик сообразил, что к чему, Циклоп был уже под кроватью в полной безопасности.

Граф пробормотал проклятие и выбрался из постели, а Клио следила за ним, не в силах оторвать взгляд.

Было что-то завораживающее в облике Меррика, в материи, облегавшей его чресла, короче, во всем том, что притягивало и волновало Клио. Очень многое в этом человеке нравилось ей и отталкивало одновременно. У нее на губах еще не остыл вкус его поцелуев, а к запаху ее кожи прибавился и его запах – чистого и сильного мужского тела.

В дальнем углу комнаты стоял высокий сундук, которого – Клио могла в этом поклясться – прежде там не было. Меррик откинул его тяжелую крышку и надел рабочую льняную рубаху, после чего натянул и зашнуровал штаны из мягкой коричневой кожи. Костюм дополнили простой солдатский кожаный колет без рукавов и пара мягких сапог. Закончив одеваться, Меррик через плечо посмотрел на Клио.

– Вы собираетесь пролежать в кровати весь день?

– А вам хотелось бы водить меня за собой на цепочке, как обезьянку?

Он ответил ей долгим искушающим взглядом.

– Может быть, мне следует вернуться к вам в постель, и мы завершим то, что начали?

Удар попал в цель: она мгновенно отбросила одеяло и вскочила с кровати.

– У меня есть дела и поважнее!

– Например?

– Варить эль из привезенной воды. – Клио многозначительно помолчала. – Свадебный эль.

– Надо же, как бывает в жизни! Вы провели со мной в постели только одну ночь и уже торопите свадьбу?

Клио сжала кулачки.

– Убирайтесь отсюда! Меня тошнит от вас, от ваших глупых шуток, грубых ручищ и костлявых коленей. Мне надо одеться, да и вообще побыть одной.

Меррик отвесил шутливый поклон и направился к двери.

Ему вслед полетела зеленая туника.

– Это вам, чтобы я не замечала вас, когда вы будете скакать по поросшему травой склону! – Клио просто не могла не оставить за собой последнего слова.

Меррик молча пожал плечами и вышел на лестницу, даже не закрыв за собой дверь.

– Де Клер! – тут же раздался его рев. – Где тебя черти носят?!

В следующую секунду послышался топот – это вверх по лестнице неслись наперегонки Тобин и Долби.

– Я здесь, милорд! – Тобин вытянулся перед Мерриком, а Долби, копируя каждое движение оруженосца, выпятил свою тощую грудь, задрал подбородок и придал себе высокомерный и залихватский вид.

Меррик огляделся вокруг.

– А где Долгонос?

– Кто? – спросили одновременно Тобин и Долби.

– Ну... тот... другой.

– Я уже здесь, милорд. Лечу! Двадцать один... двадцать два ... – Долги медленно взбирался вверх по лестнице.

Приняв в свои ряды Долговяза, парни выстроились перед дверью в покои Клио. Меррик бросил мрачный взгляд на дверь и обратился к мальчишкам:

– Отныне вашей первейшей обязанностью будет охрана леди Клио. Она не должна покидать замок, и вы обязаны неотлучно находиться при ней. – Граф снова обернулся на дверь, заметил, что Клио наблюдает за ним, и многозначительно добавил: – В стенах замка Камроуз леди Клио должна находиться в полнейшей безопасности.

У Клио перехватило дыхание. Вот оно, значит, как – он приставил к ней охранников! Перед ней открылась еще одна – неизвестная доселе и не лучшая – сторона натуры ее жениха...

Заметив, что граф начал спускаться по лестнице, Клио бросила ему вслед, отчаянно делая вид, будто ничего не произошло:

– А я и не думала сегодня покидать замок. Я собиралась целый день провести в пивоварне. – Она помолчала и, не сдержавшись, добавила: – Где не будет никаких костлявых коленей.

Меррик бросил на нее взгляд, ясно говоривший, что он прекрасно понял, на что она намекает, и вышел из покоев.

Клио глубоко вздохнула. В ее душе боролись самые противоречивые чувства – от невероятного облегчения до желания догнать Меррика и отвесить ему хорошую затрещину. В этот момент в дверь спальни постучали.

– Кто там?

Меррик просунул в дверь свою отвратительную, тупую башку.

– Совсем забыл сказать вам одну вещь.