Властное желание - Мишель Маркос

— Свадьба? — Солтер удивленно сдвинул брови. — Какая свадьба?

— О, извини, Минна, — сказала Селеста с невинным видом. — Кажется, я испортила твой сюрприз. Видишь ли, дорогой, когда мы познакомились, Минна рассказала мне о своем женихе.

— В самом деле? — сказал Солтер с веселым оттенком в голосе.

У Минны возникло желание прикрыть свое покрасневшее лицо салфеткой.

— Я об этом ничего не слышал, — продолжил он. — Кто же этот счастливчик?

Минна опустила голову, глядя на свой суп.

— Ты его не знаешь. Это один мой знакомый.

— Ясно. Как его имя?

Минна взглянула на него. Он понял, что она лжет, и хотел в отместку уличить ее в этом. А ей хотелось влепить ему пощечину, чтобы стереть эту широкую улыбку с его лица.

— Родерик, — ответила она.

Солтер усмехнулся.

— Родерик? Уж не Родерик ли Прескотт, помощник лорд-мэра? Мне неприятно говорить тебе об этом, Минна, но он умер.

— Нет, это вовсе не Родерик Прескотт, помощник лорд-мэра.

— Тогда другое дело. Мне не хотелось бы видеть тебя вдовой еще до того, как ты стала новобрачной.

— Будем надеяться, что твоя Селеста не окажется в таком положении, — произнесла Минна сквозь стиснутые зубы.

Солтер рассмеялся, и, несмотря на раздражение, ей было приятно видеть его таким. Он становился еще красивее, когда улыбался.

— То, что случилось с Прескоттом, — просто скандал, — сказал лорд Солтайр, разрезая большой кусок говядины. — Я подумал, отдаст ли лорд Бенсонхерст должные почести Прескотту завтра вечером на праздничном пасхальном обеде.

Селеста обратилась к Солтеру:

— Там будет довольно весело. Лорд-мэр ежегодно устраивает празднество для дипломатического корпуса. Папа обычно присутствует на таком обеде, так как является посланником в Индии. Поскольку ты здесь, ты мог бы сопровождать меня. Ты хочешь этого, дорогой?

Солтер с сожалением посмотрел на Минну:

— Конечно.

Лорд Солтайр кашлянул.

— Как я уже говорил, Прескотт и я не были близкими друзьями, но мы все ощущаем утрату. Что-нибудь стало известно относительно негодяя, который убил Прескотта?

— Хотя я не имею права обсуждать подробности расследования, сэр, могу сказать, что мы очень близки к раскрытию этого преступления.

— Браво. Я знал, что ты лучше всех способен справиться с этим делом. Прескотт был хорошим человеком и заслуживает, чтобы свершилось правосудие.

— Ха! — воскликнула Минна, возмущенная этим ошибочным представлением, так как ее отец пострадал из-за Прескотта.

Лорд Солтайр положил свою вилку:

— Прошу прощения?

— О, извините, — сказала Минна простодушно. — Неужели я произнесла это вслух?

Лорд Солтайр нахмурился:

— Разве вы не хотели своим восклицанием дать понять, что вы другого мнения об этом человеке?

— Фактически да. Мне случайно стало известно кое-что весьма скандальное о лорде Прескотте.

— Минна имеет в виду, — глухо произнес Солтер с явным предупреждением в голосе, — что у лорда Прескотта были некоторые дурные привычки, такие, например, как чрезмерное увлечение азартными играми, что, безусловно, говорит о слабости характера. Но у кого из нас нет вредных привычек?

— Я имела в виду, — сказала Минна, вызывающе глядя на Солтера, — что этот человек, ради которого вы жаждете правосудия, — распутный извращенец, любивший хлестать женщин плеткой, чтобы добиться их повиновения.

Солтер пристально посмотрел на Минну:

— Сейчас я определенно понял, почему он поступал так.

Минна не обратила внимания на его реплику.

— И это не самая ужасная из его так называемых дурных привычек.

— Моя дорогая, — сказал лорд Солтайр, — о покойном не принято плохо отзываться.

— Вы должны простить ее, — вмешался Солтер. — Она не понимает: то, что мужчина делает за закрытыми дверьми, является его частным делом. Минна слишком педантично относится к подобным вещам.

Ее рот раскрылся от удивления.

— Педантично?

— Да, педантично.

— Что ж, лучше быть педантом, чем свиньей.

Селеста ухватилась за руку Солтера:

— Дорогой, как ты можешь терпеть такое от своей служанки?

— Я уже говорила вам, я не его служанка.

— Тогда какое отношение он имеет к тебе?

— Никакого. — Гнев Минны сменился болью в сердце от такого ответа. — И я не хочу иметь с ним никакого дела.

Солтер посмотрел на нее как бык, готовый атаковать:

— Минна, перестань вести себя по-детски.

— По-детски! Сначала — педантично, теперь — по-детски. Ты считаешь, что такие слова подходят к девушке моей профессии?

— Минна… — угрожающе произнес Солтер.

— Профессии? — переспросил лорд Солтайр. — О какой профессии идет речь?

— Я работаю, лорд Солтайр, в «Империи страсти».

Леди Солтайр смущенно посмотрела на мужа:

— Что это такое?

— Бордель, моя дорогая, — мрачно ответил тот.

Селеста хихикнула:

— Ты хочешь сказать, что ты — куртизанка? И сколько же мужчин готовы позариться на такую, как ты?

— Селеста! — одернула ее леди Солтайр.

— Вы действительно хотите знать, скольких мужчин я способна привлечь?

Селеста не ответила и лишь вопросительно выгнула брови.

— Как правило, всех. — Минна заметила, что тщеславие Селесты было поколеблено, и победно сузила глаза. — Я делаю такие приглашения, что ни один мужчина не может отказаться. Именно я соблазнила Солтера прийти туда. Он и многие другие откликаются на мои приглашения. Я пишу мужчинам письма, в которых подробно излагаю, какие удовольствия их ждут, когда они переступят порог «Империи страсти». Я пробуждаю фантазии у мужчин, и, когда они приходят к нам, они желают меня. Когда я зову их, Селеста, никто не в силах отказать мне.

Если бы Минна ударила Селесту по щеке, это не выглядело бы большим оскорблением, чем ее слова.

— Понятно, — сказал лорд Солтайр. — Вы вроде сирены. Заманиваете мужчин, чтобы погубить их.

Минна улыбнулась. Она чувствовала себя властной женщиной, способной привлечь мужчину.

— Это верно. Поэтому берегитесь, если я в следующий раз обращу внимание на вас.

— Ну хватит! — прорычал Солтер, вставая со своего места. — Милорд, прошу прощения за поведение Минны. Она обычно не такая. Я не представляю, что на нее нашло. Миледи, Селеста, наше присутствие здесь, вероятно, шокирует вас, и я прошу прощения у вас тоже. Мы больше не будем вам досаждать.