Любовь творит чудеса - Кэйтлин Битнер Рот

– Семь капель или всего пять? – Жозетта стояла в лаборатории, пытаясь вспомнить, какое именно количество гречишного экстракта она добавила в средство для редеющих волос мадам Олимпии. – Проклятие, неужели я испортила еще одну порцию?

Не в силах выбросить из головы образ обнаженного Кэмерона и унять дрожь, возникающую в теле всякий раз, когда она о нем думала, Жозетта никак не могла сосредоточиться. После утреннего визита Бастьена она должна была злиться на Кэмерона. И все же нечестивые мысли вертелись в ее голове подобно похотливым чертям, отчего низ живота обдавало жаром, а грудь начинала ныть от желания.

Обессилевшая после бессонной ночи и пребывающая в эйфории после занятий любовью, от которых болели мышцы, Жозетта хотела отложить дела. Но заказ мадам Олимпии, как и несколько других, должен быть готов к сегодняшнему дню, поэтому она вновь заставила себя сосредоточиться на работе.

Так ли важны две капли? Жозетта измученно вздохнула. Мысль о том, чтобы хоть один раз махнуть рукой на точные пропорции, вызывала отвращение. Именно внимание к деталям и точность дарили ее посетительницам гладкую кожу без морщин и пышные здоровые волосы. Клиентки приезжали даже из Батон-Ружа.

Жозетте нравилось тонкое искусство приготовления снадобий. Каждый пузырек или бутылочка, покидающие ее магазин, содержали средство, приготовленное специально для купившей его клиентки. Последнее время она начала понемногу экспериментировать с духами. Превращенная в жидкость цветочная пыльца, смешиваясь с запахом женской кожи, порождала порой невероятные, сводящие с ума ароматы. Во время своих экспериментов Жозетта зачастую теряла счет времени. Но это было приятное забытье. Она научилась создавать свой индивидуальный аромат для каждой посетительницы. Мало у кого получалось подобное. Поэтому как бы она ни устала, она ни за что себя не скомпрометирует. Только определенное количество капель: ни больше ни меньше.

Жозетту вновь захватили мысли о Кэмероне. Скомпрометировала ли она себя прошлой ночью? На ее губах заиграла еле заметная улыбка. Ничего подобного. Этот мужчина наверняка изучил «Камасутру» от корки до корки. Сердце Жозетты сладко замерло в груди, а потом забилось точно птица в клетке. Даже пальцы ее ног были обласканы его умелыми руками и… языком.

Вот уже который раз Жозетте пришлось гнать прочь мысли о Кэмероне. Нужно сосредоточиться. Ну и что теперь делать? Драгоценной настойки осталось совсем мало, а для приготовления новой порции потребуется время. Жозетта ужасно не хотела прибегать к методам, которым обучила ее мать, но все же достала из ящика с пустыми мензурками и пузырьками маленький шелковый мешочек.

Держа за цепочку золотой маятник, выполненный в форме груши, Жозетта поместила его над бутылочкой с лосьоном. Очистив свое сознание от прочих мыслей, она сосредоточилась на количестве капель гречишной настойки. Через несколько секунд маятник вдруг потяжелел, как если бы лосьон тянул его к себе, а потом начал медленно двигаться по часовой стрелке и описал ровно пять кругов.

Облегченно вздохнув, Жозетта добавила в смесь еще две капли настойки и принялась собирать со стола склянки с недобросовестно приготовленным средством.

Этот маятник был единственным подарком матери. Жозетта получила его на свой четырнадцатый день рождения. Только тогда она еще не знала, что было на уме у матери, когда та дарила ей прибор, способный измерить глубину колодца, а также помочь в приготовлении лечебных снадобий. После смерти Соланж мать вознамерилась обучить вторую дочь колдовским методам вуду. Но Жозетта отказалась, не желая иметь ничего общего с этой стороной деятельности матери.

Раздался тихий стук в дверь. Наверняка ее главная помощница.

– Entrez vous.

В лабораторию вошла Элиза. Притворив за собой дверь, она прижалась к ней спиной. Ее лицо покрывали красные пятна.

– Господи, что случилось?

– Прошу прощения, мадам. Там месье Веннар. Он прошел в ваш кабинет без разрешения. Я сказала, что вас нет, но он обозвал меня лгуньей и оттолкнул в сторону. Я не смогла его остановить.

– Ты ни в чем не виновата. Он просто высокомерный хам. – Жозетта сняла с себя фартук, защищающий зеленое шелковое платье, и подала Элизе бутылочку с лосьоном. – Будь так любезна, наклей на нее этикетку с именем мадам Олимпии и отошли ей. А я разберусь с месье Веннаром.

Выйдя из лаборатории, Жозетта остановилась перед закрытой дверью своего кабинета и набрала в грудь воздуха. Она сможет остановить этого негодяя, пытающегося растоптать ее, подобно взбесившейся лошади. Мысль о его попытках купить «Созвездие красоты», прикрываемых нелепыми угрозами, день ото дня становилась все смехотворнее. Если же ситуация усугубится, ей придется поговорить с братьями. Но это самая крайняя мера. А пока она попытается найти другое решение.

Распахнув дверь, Жозетта прошла к своему столу и опустилась на стул. Не удостоив незваного гостя взглядом, она достала из ящика пистолет вместе с мешочком, в котором позвякивали пули. Высыпав его содержимое на стол, Жозетта неторопливо зарядила пистолет.