Брачная ловушка - Дженнифер Пробст

Мэгги уставилась на священника так, словно он явился проводить обряд изгнания дьявола. В комнате воцарилась мертвая тишина. Карина явно была обеспокоена тем, что они не проявляют ни малейшего восторга. В другое время и в другом месте все это вполне могло бы показаться Мэгги забавным. Почти как в любимых ею комических шоу, где нелепые ситуации возникали на экране телевизора, стоящего в гостиной.

Исключено. Венчаться с Майклом Конте она не станет!

На губах Мэгги закипал безумный смешок. Нет уж, поиграли — и хватит! Она ждала, когда Майкл выложит окружающим всю правду. Ясно же, что ничего у него не выйдет. Черт, да Мэгги — воплощение всех его кошмаров, пускай даже у них был потрясающий секс и Майкл нашептывал ей всякие нежные словечки. В отрезвляющем свете дня он в ней живо разочаруется и продолжит искать себе подходящую жену. Такую, которая наилучшим образом устроит самого Майкла и его родню. Такую, как Алекса.

— Эй… ребята, что с вами? — наконец подала голос Карина. — Вы не рады? У нас будет свадьба!

Поскольку лжесупруг потерял дар речи и явно не собирался его искать, Мэгги решила взять роль голоса разума на себя. И сделала глубокий вдох.

— Послушайте, мы должны рассказать вам кое-что очень важное. Видите ли, мы с Майклом…

— Стой! — взревел Майкл, оборвав ее на полуслове. У Мэгги глаза полезли на лоб, когда он как ни в чем не бывало подошел к ней, взял за руку и повернулся к своим родным. — Мэгги хочет сказать вот что: мы не рассчитывали, что венчание может состояться так скоро. Она мечтала созвать на свадьбу всех наших двоюродных и троюродных родственников. — Майкл хохотнул, но смешок прозвучал неестественно и глухо. — Как вышло, что нам так быстро дали разрешение венчаться? То есть я думал, отец Ричард, что нам с Мэгги нужно еще получить какие-то наставления, прежде чем вы благословите наш союз.

Отец Ричард, будучи ангелом во плоти, не почуял ничего дурного и благожелательно улыбнулся:

— Безусловно, Майкл, такова обычная практика. Известно, что церковь, как правило, не спешит с одобрением брака, но ведь ты пребывал на моем попечении с малых лет. Едва только твоя мать узнала, что ты возвращаешься домой, она обратилась ко мне, и мы ускорили оформление документов. Ты все-таки граф, а представителям аристократии полагаются определенные преимущества.

Матушка Конте с видимым усилием села. Отпив глоток воды, отдала стакан отцу Ричарду. Затем она заговорила, и в голосе ее отчетливо слышалась слабость. Что было странно, поскольку мать Майкла, даже сильно устав, чеканила слова с уверенной силой, которая совершенно не вязалась с ее хрупким обликом. Господи, ей, должно быть, и вправду очень, очень плохо.

— Сын мой, я все понимаю. И не хочу вставать на пути ваших желаний, но, боюсь, сейчас я так слаба, что не выдержу большого приема. Доктор обещал вернуться завтра, и он сказал, что, если мое самочувствие не улучшится, он, возможно, решит отправить меня в больницу на обследование. — В ее карих глазах блеснула решимость. — Я прошу вас обоих: сделайте это для меня. Произнесите свои брачные обеты на внутренней террасе нашей виллы, дабы я могла быть уверена, что ваш союз окончательно скреплен.

Карину объяснения Майкла явно успокоили, и она снова затараторила без передышки:

— Вот видите, волноваться не о чем! Ясное дело, нам всем хотелось бы устроить свадьбу с размахом, но раз уж вы на следующей неделе улетаете, мама решила, что куда важнее устроить венчание прямо сейчас. — Карина захлопала в ладоши. — Мэгги, я купила для тебя платье! Надеюсь, оно тебе понравится; я тайком пошарила у тебя в шкафу и выяснила твои размеры, а платье сейчас у меня в комнате. Пойдем, я помогу тебе одеться! Венеция и Джульетта будут с минуты на минуту. Майкл, ты должен надеть тот шикарный смокинг, который оставил тут в прошлый приезд. «Ла дольче фамилиа» прислала на церемонию шоколадные канноли с кремом, а я поставила охладиться пару бутылок шампанского. Будет так здорово!

Мир перед глазами Мэгги помутнел и расплылся. Ее бросило в пот, а сердце забилось с пугающей частотой. Воздух застрял в горле тугим комком и не желал покидать легкие. Мэгги попыталась применить обычную тактику борьбы с приступом, но в глубине души понимала, что уже поздно. Сопротивление рушилось на глазах, и вот-вот наступит конфуз, которого с ней никогда не бывало.

Внезапно Майкл впился взглядом в ее лицо. Будто почуяв приближение катастрофы, он пробормотал извинение и выволок Мэгги из комнаты. Мэгги трясло, волны паники захлестывали ее с головой, сметая остатки рассудка. Они вбежали в спальню, Майкл усадил ее на кровать и заставил пригнуться, засунув ее голову между коленями. Инстинкт толкал Мэгги бороться со страхом окончательно потерять власть над собой, и от этого становилось только хуже. Стискивая кулаки, она отчаянно хватала ртом воздух. Она уже готова была завизжать от беспомощности, когда сильные руки Майкла обхватили ее и сквозь пелену паники прорвался его повелительный голос:

— Слушай меня, Мэгги. Дыши. Медленно и ровно. Все будет хорошо. Я здесь, я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Не пытайся взять себя в руки, расслабься.

Говоря это, Майкл ласково гладил ее по спине, затем пальцы его в ободряющем жесте сплелись с пальцами Мэгги. Она сосредоточила внимание на голосе Майкла, проникаясь надежной весомостью его слов. Расслабляясь, она целиком отдалась во власть бурлящих в ней эмоций и наконец-то смогла сделать вдох. Размеренно тикали часы, и сердцебиение Мэгги понемногу замедлилось, возвращая ей способность дышать. Все это время Майкл безостановочно говорил с ней, нашептывал какие-то пустяки, и голос его приносил успокоение, с каждым словом все дальше отодвигая Мэгги от края бездны. Наконец она подняла голову.

Майкл прижался лбом к ее лбу и ладонями обхватил ее лицо:

— Тебе легче, cara?

В неотрывном взгляде бездонно-черных глаз Майкла была тревога… и еще какое-то, более глубокое чувство, которого Мэгги не могла распознать.

Она кивнула. Странное чувство охватило ее — нежность, к которой удивительным образом примешивалась не испытанная доселе потребность. Боясь произнести хоть слово, Мэгги молча наслаждалась тем, как Майкл гладит ладонью ее щеку, как его теплое дыхание касается ее губ.

— Давай я принесу тебе воды. Побудь тут и ни о чем не беспокойся. Мы все уладим.

Майкл вышел из комнаты и, вернувшись, поднес к ее губам стакан. Она пила мелкими глотками, и холодная вода освежала иссохшее горло. Мэгги охватил безмерный покой. Необъяснимо, непостижимо, но она доверяла Майклу. Вначале всем телом… а теперь и всем сердцем.