Страсть по объявлению - Линси Сэндс

Выглянув из машины, Элви увидела, что Виктор спешит по тротуару в их направлении. Она вздохнула, открыла дверцу и, прежде чем ступить на дорожку, потянулась к Тедди и поцеловала его в щеку.

— Где?.. — начал Виктор, увидев ее.

Но Элви не дала ему договорить.

— Извини, мне пришлось задержаться. Надо было предупредить тебя, что уйду. Но я вдруг неожиданно вспомнила, что должна кое о чем рассказать Мейбл, — весело соврала она. Обойдя его на тротуаре, Элви направилась к дому.

Сердито насупившись, Виктор развернулся и пошел за ней.

— Ты...

— Боже, нет никаких сил! Я едва стою на ногах от голода. Хочешь пакет крови? Или кусок мяса, или чего-нибудь в этом роде? Могу раскочегарить барбекю.

Уверенная, что он идет следом, Элви продолжала оживленно болтать. Так они оказались на кухне, где Элви принялась шарить по полкам, заглядывать в холодильник. Главное, не дать ему сейчас задавать вопросы или начать разговор, о котором потом они оба пожалеют. Она не готова выяснять отношения. Ей сначала нужно все обдумать и усвоить все услышанное.

Со стороны Тедди было весьма любезно предложить ей ничего не бояться, но Элви не могла прыгнуть в неизвестность. Они были знакомы с Виктором всего ничего, какую-то пару дней. Слишком мало, чтобы полюбить его. Ей не удастся уговорить себя ни на что, пока она не ощутит внутреннюю готовность.

Когда они уселись за стол, вернулись мужчины и стали потчевать их впечатлениями от представления. В принципе им понравилось все, несмотря на то что это был любительский спектакль. Публика им тоже понравилась. Они даже поздравили Элви с тем, что у нее такие «цивильные и любезные соседи». Для таких мужчин это была высокая оценка.

— Мы решили развести огонь, когда вернемся назад, — доложил Харпер, устроившись за столом и ухватив немного салата с тарелки Элви. — Но кажется, начинается дождь.

Она посмотрела за окно. Действительно, Харпер оказался прав. Возник вопрос, чем занять мужчин. Она уже решила предложить снова схлестнуться в покер, но Виктор опередил ее.

— Я еще не закончил лекцию о наших законах. Мы с Элви выпьем кофе в лоджии и продолжим разговор.

Мужчины повернулись к ней. Элви в ответ пожала плечами. Виктор сказал правду. Сегодня ей удалось узнать еще только об одном законе, а она не сомневалась, что их куда как больше. И лучше знать их все, чтобы невзначай не нарушить какой-нибудь еще.

— В шкафу в гостиной есть несколько фильмов. Если хотите, можете посмотреть, — предложила она, когда Виктор встал и отправился на кухню с пустой тарелкой в руках. — Я не думаю, что мы оставим вас надолго.

В ней говорил оптимизм, Элви понимала это. На самом-то деле, не может же у них быть немыслимо много законов. Поэтому если не отвлекаться, можно быстренько пройтись по всем до конца. Элви отнесла на кухню свою опустевшую тарелку и приготовила две чашки кофе.

Сначала мужчины замолкли, но когда она с кофе в руках вышла из комнаты в сопровождении Виктора, снова принялись обсуждать представление.

Выйдя с Виктором на лоджию, она открыла два окна, чтобы впустить свежий ночной воздух. Виктор устроился в плетеном кресле, а она — рядом, на плетеном диванчике, и выжидающе подняла брови.

— Итак, нельзя кусать, один ребенок каждые сто лет, и?..

— И в течение жизни можно обратить только одного смертного, — сказал Виктор. — Это три основных закона.

— Можно обратить только одного? — переспросила она и очень удивилась.

— Я же говорил, что мы не заинтересованы в росте наших рядов.

— Да-да, — подтвердила она.

— Большинство бессмертных стараются приберечь эту возможность на всякий случай — для своих спутников жизни.

— Понятное дело, — согласилась Элви, потом нахмурилась. — Интересно, кто тогда обратил меня, и почему он ради меня использовал свой единственный шанс?

— Мы с Ди-Джеем уже думали об этом, — признался Виктор. Отставив кофе, он наклонился к ней вперед, упершись локтями в колени. — Элви, расскажи подробно, что ты помнишь про свое обращение. Может, начнем разбираться с того самого момента.

— Попытаюсь, — сказала она с несчастным видом. — Но все такое расплывчатое, как в тумане.

— Просто закрой глаза, расслабься и мысленно вернись туда, — посоветовал он.

Элви неуверенно улыбнулась:

— Ты говоришь как гипнотизер.

— Хорошо бы, — признался Виктор и добавил: — Тогда бы я сам вытащил нужные воспоминания, но... — Он помолчал. — Ди-Джей сумеет. Может, дождемся его и...

— Нет, — быстро остановила его Элви. Ей совершенно не хотелось, чтобы кто-то копался у нее в мозгах. Кроме того, если никто не может прочесть ее, что, если и Ди-Джею это не удастся? Таких осложнений ей не надо, в особенности с Мейбл, которая явно потеряла голову из-за Ди-Джея.

— О'кей, тогда придется потрудиться, — криво усмехнулся он. — Откинься на спину, закрой глаза, расслабься и просто вспомни тот день. Ты говорила, вы приехали в Мексику...

— Да, — шепотом сказала Элви. — Мы с Мейбл собрались на курорт. Когда добрались туда, оказалось, что у них какие-то проблемы с водопроводом. Всех отдыхающих развозили по другим местам. Нам тоже предложили переехать на другой курорт. Получилось так, что мы вылезли из такси, чтобы тут же пересесть в микроавтобус.

— В нем кто-нибудь уже сидел? — спросил Виктор.

Элви кивнула:

— Три пары и четверо поодиночке.

— Как они выглядели?

— Две пары были нашего возраста. — Брови у Элви сошлись на переносице, когда она попыталась вспомнить вид людей из автобуса. — Они сидели спереди. Третья парочка была моложе. Примерно лет сорока, как мне показалось. Эти сидели сразу за водителем.

— А те четверо? — подсказал Виктор, когда она замолчала.

— Из них три — девушки. Я подумала, студентки, — ответила она, потом поморщилась. — Они сидели позади и все возмущались, как в этом месте мало развлечений. Рассчитывали, что на другом курорте им повезет больше. — В ее голосе послышалось удивление. Она напрочь забыла про этот эпизод. Собственно, удивляться было нечему — большую часть из прошедших пяти лет она старалась выкинуть из памяти ту поездку.

— Кто был четвертым? — спросил Виктор.

Элви крепко зажмурила глаза, напрягая память. Странным образом облик мужчины ускользал от нее.

— Он сидел от нас с Мейбл сбоку, через проход, — медленно заговорила она. — Нет, не могу... Какое-то смутное воспоминание, что на нем были джинсы и белая сорочка. Ничем не примечательный на вид. Сидел тихо. Все переговаривались между собой, а он держался особняком.

— Сколько ему было, как ты думаешь? — напрягшись, спросил Виктор.

— От двадцати пяти до тридцати, — ответила она и вдруг широко открыла глаза, сообразив, что все пятеро мужчин в ее доме выглядят на этот возраст. И она, кстати, — тоже.