Я говорил, что ты нужна мне? - Эстель Маскей

Я, конечно, хотела бы не обращать внимания, но попробуй тут справься, если это уже на инстинктах. В животе все скрутило. Я смекнула, что если ничего не буду заказывать, то Рейчел нахмурится, а Тиффани злорадно ухмыльнется, и чтобы не рассиживаться в ожидании официантки, я решила уйти.

– Простите, – пробормотала я, и Эмили тут же вскочила с места, чтобы выпустить меня из закутка. Рейчел сдвинула брови и окинула меня вопросительным взглядом, а я быстро добавила: – Мне в туалет, – и устремилась на поиски оного.

Туалет находился в дальней части зала. Торопливо проскользнув меж дверей, я увидела, как в нем тесно. Два унитаза да пара раковин. Хорошо, посетителей не было. Прислонившись к стене возле сушилок для рук, я перевела дух.

Зависнуть бы здесь подольше! Возвращаться не хотелось. Вот бы смыться отсюда, побыть с Тайлером, и тогда все стало бы прекрасно. Я попыталась представить себе схему расположения туалетов и зала и прикинуть, как незаметно пробраться к выходу. А потом вспомнила про Эмили. Она сидела одна с совершенно чужими девчонками, с одной из которых уже наметилась скрытая вражда. Тиффани, скорее всего, вознамерилась высмеять ее с тем же упорством, с каким пыталась высмеять и меня. Жаль, что я не додумалась пригласить с собой Эмили в туалет. Не стоило там ее оставлять. Видимо, исключительно ради нее мне придется покинуть убежище. Только чуть позже, я еще не созрела морально. А пока оставалось лишь уповать на заступничество Рейчел, если Тиффани вновь начнет доставать Эмили своими гаденькими замечаниями.

Впрочем, прохлаждаться в туалете мне была не судьба. Через пять минут дверь распахнулась, и вошел тот самый человек, от которого я искала спасения.

– Что ты так долго возишься? – спросила Тиффани, шагнув в мою сторону. Я рванулась к двери, старательно избегая ее взгляда. – Стой…

– Что тебе надо? – огрызнулась я, развернувшись на сто восемьдесят градусов.

– Что-то мне вчера не спалось. Я лежала и думала. – Уперев руки в боки, Тиффани начала вышагивать по уборной между мной и сушилками на дальней стене. Как водится, разыгрывала сцену. Ну я-то воробей стреляный, меня не проведешь. – Вчера вечером, пока ты гуляла с Дином, мне удалось побеседовать с Тайлером. Я извинилась за ошибки прошлого, и он с достоинством принял мои извинения. – Не знаю, правду она мне сказала или нет. По крайней мере, Тайлер не обмолвился ни словом ни о вчерашнем разговоре, ни о своем «достойном» поведении. – Полагаю, мы могли бы дать друг другу второй шанс, – добавила она, внезапно остановившись передо мной и поймав мой взгляд. – Естественно, если ты не будешь стоять на пути.

Я моментально просекла, на что она намекает, и мне стало смешно.

– Ты думаешь, что он готов порвать со мной ради того, чтобы вернуться к тебе? – Какая нелепость! Девица явно не в себе. Единственная черта Тиффани, которая не повергала в дрожь, – это ее «уникальные» стратегии. И с возрастом она лишь прогрессировала. – Ну, ты крепко оторвана от реальности.

– Да что ты. Конечно же, нет, – с садистской медлительностью произнесла она. Ее рот начал медленно растягиваться в улыбке. – Я прекрасно знаю, что он на это не пойдет. Вот поэтому мне нужна твоя помощь.

– Повтори-ка, – сказала я. Мне было уже не до смеха. – Чего ты хочешь?

– Чтобы ты прекратила всю эту возню и порвала с Тайлером, – рубанула Тиффани. Она уставилась на меня, нетерпеливо постукивая ножкой по кафельному полу.

– Обойдешься, – решительно заявила я.

– Видимо, тогда придется сделать один телефонный звоночек. – Порывшись в сумке, Тиффани выудила из нее телефон. Что-то там потыкала на экране и через пару секунд подняла на меня довольные глаза. Я застыла от ужаса. Тиффани поднесла ко мне телефон, и я увидела имя Дина на экране: пошел дозвон.

– Ладно! – взвизгнула я. Мне не оставили выбора. Руки тряслись, сердце сковала тяжесть.

Оттолкнув меня на шаг, Тиффани дала отбой, пока Дин не взял трубку. Я просто оцепенела, не зная, то ли радоваться, то ли горевать.

– Поняла теперь, как это будет? – Она улыбалась своей гаденькой ухмылочкой, а меня уже тошнило. – Причем сегодня же. Вешай ему, что хочешь, главное – чтобы Тайлер понял: на ваших отношениях стоит жирный крест. А потом переедешь жить в наш отель.

– Что? – Мой голос сорвался на убогий мышиный писк. О силе и строгости мне оставалось лишь мечтать. Разгром по всем фронтам.

– Да, для пущей убедительности. – Ее рот растянулся еще шире. Не знаю, как можно улыбаться при виде измученного человека, выжатого без остатка. Она, видно, садист. – И не считай меня глупой, – добавила Тиффани, беспечно пожав плечами. – Если ты расскажешь Тайлеру о нашем разговоре, то, поверь, я заставлю тебя локти кусать, что ты вовремя не убралась к своему Дину. У меня все продумано. Если ты решишь меня опередить и сама раскаешься перед Дином – наверное, до такого ты в состоянии додуматься, – то лучше не утруждайся. Я тогда просто позвоню твоим мамочке с папочкой и все им поведаю без утайки, а ты черта с два осмелишься говорить с ними об этом по телефону.

Внезапно до меня дошло, как сильно я ее недооценивала, и адский план перестал казаться мне смешным. Меня вынудили выбирать, кем из близких я решу поступиться: Дином, Тайлером или родителями. Бестия загнала меня в угол.

– Это что, шантаж?

– Нет. – Ухмылка сползла с ее лица. – Я лишь просто продемонстрировала, что случится, если ты не выполнишь пустяковую просьбу.

– Зря ты думаешь, что у тебя получится, – пробормотала я, сглотнув подступающий к горлу ком. – Тайлер к тебе все равно не вернется.

– Иден, я тебя умоляю! – с усмешкой проговорила Тиффани. Отступила на шаг и добавила, усмехнувшись: – Нам обеим прекрасно известно, как наш глупыш падок на отвлечения. Вот я и возникну в его поле зрения, чтобы он смог отвлечься и позабыть про тебя.

Я уже разинула было рот, чтобы ответить, но тут туалетная дверь распахнулась, и нашим взглядам предстала Эмили. Она с подозрением окинула взглядом нас с Тиффани и произнесла:

– Чем вы тут занимаетесь?

– Заключаем пакт, – ответила Тиффани. Она шагнула вперед, закинула руку мне на плечо и прильнула ко мне всем телом. Наши щеки соприкоснулись, и я почувствовала, что ее губы расплылись в широченной улыбке. А я словно остолбенела: не могла ни улыбнуться, чтобы Эмили не тревожилась, ни нахмуриться – мне просто не хватало воздуха. Я стояла, уставившись в раковину, и ничегошеньки не соображала.