Тринадцать свадеб - Пейдж Тун

То ли здоровье пошатнулось, то ли на меня так повлияли события, произошедшие в выходные, но в понедельник утром я просто не могу подняться. Ощущения непонятные, но, кажется, я вымоталась. Чувствую такую усталость, что складывается впечатление, будто она пробирает до самых костей.

Я отпрашиваюсь с работы и провожу в постели все утро, пытаясь лишний раз не прокручивать в голове случившееся со мной на свадьбе. Скучаю по Австралии и по той незамысловатой жизни, которую я вела в Сиднее, когда я была обычным заместителем фоторедактора. Если я позвоню маме, то смогу унять тоску по дому. Бриджет говорила, что она снова звонила в субботу. Что ж, думаю я, в любом случае я не выйду из себя, если поговорю с ней, находясь на другой стороне земного шара, и, вздохнув, я беру трубку и набираю номер.

После трех недель, проведенных в другом офисе, как-то не по себе возвращаться в суматоху, царящую на прежнем месте работы. Вчера Саймон презентовал остальным сотрудникам наши идеи относительно редизайна журнала, и, насколько я понимаю, приняли их хорошо. Мы сразу же начинаем внедрять новый дизайн, и на этой неделе мы выделяем больше времени на проработку страниц, за которые отвечает редакционный отдел и отдел стиля, а на следующей неделе впервые запустим горячие новости. Мы поместили снимки Нелли Лотт в первом выпуске с домами знаменитостей, и я уже работаю над следующим проектом.

Я снова опустилась на землю с громким шлепком — Ники опять забрасывает меня работой, и мне остается только с ходу браться за дела. Может, это не так уж и плохо. После встречи с Зарой я, естественно, избегаю Алекса. Пару раз я заметила, как он бросает на меня странные взгляды, и как-то в четверг он даже подходит к моему столу и приглашает на чашечку чая. Я вру, сказав, что отравилась, чуть улыбаюсь ему и снова погружаюсь в работу. Не неделя, а сплошное мучение, так что в пятницу я придумываю какую-то отговорку и сразу мчусь домой. У меня завтра свадьба, и это очень серьезная церемония. Со слов Рейчел, семья жениха владеет чуть ли не половиной графства.

Рейчел звонит мне рано утром. Никогда не слышала, чтобы она пребывала в такой панике.

— Я не могу. Просто не могу. Меня рвало всю ночь. Я не могу рисковать. А вдруг все выльется на них? Меня же может вырвать прямо на невесту! Ой, Бронте, тебе придется делать все самой!

— Но… — ох и черт! — А как же Салли? — беспомощно спрашиваю я.

— Отдыхает.

— Лина и Том?

— Нет, они отдали мне эту свадьбу, потому что сами не могут. Ты справишься! — настаивает она. — Мария поддержит тебя. У нее есть страховка, и вы доедете на моей машине. Может, у нее получится сфотографировать жениха. Нам придется сделать им скидку, но я не знаю, что еще придумать.

— Ладно. Ладно. Все будет хорошо, — говорю я. Надеюсь, голос не выдает подступающей истерики.

— Где Рейчел? — Бинки, невеста, вопрошает с невероятным акцентом настоящей аристократки, когда какой-то мужчина — дворецкий? — докладывает о нашем прибытии.

— Она вам не звонила? — нервно спрашиваю я, заходя в богато обставленную гостиную, в которой невеста, облаченная в белый шелковый халат, сидит у окна за миниатюрным деревянным столиком и попивает чай из фарфоровой чашечки.

— Телефон трезвонил все утро. Надо полагать, матушка отключила его.

— А-а. Понятно. Ну, боюсь, Рейчел плохо себя чувствует, — вкладываю в слова все сочувствие. — Но все нормально. Я разберусь с фотографиями, а Мария будет мне помогать, когда закончит с вашей прической и макияжем.

Открывается другая дверь, и в комнату влетает симпатичная женщина средних лет, которая держит себя так, будто ей все должны.

— Вы кто? — надменно спрашивает она.

— Я Бронте, — проговариваю я мягким голосом, протягивая руку, — я у Рейчел… я ее коллега, — в последний момент подбираю нужное слово. Сомневаюсь, что в данной ситуации несчастное определение «помощник» прозвучит впечатляюще.

— Где Рейчел? — спрашивает женщина, с неприязнью глядя на меня, чуть коснувшись кончиков моих пальцев. Видимо, целая ладонь не достойна ее внимания.

— Боюсь, она приболела, — отвечаю я, подобрав слова.

— Ах. — Женщина отдергивает руку с таким видом, будто я принесла с собой заразу.

— О, матушка, что нам делать? — со слезами вскрикивает Бинки, стукнув чашкой о блюдечко и поднявшись.