Звук снега - Кэтрин Кингсли

– О… О нет. Понятно, почему ты задавал так много вопросов о Космо… До тебя тоже дошли эти слухи, да? Не могу понять, каким образом они достигли Англии. Но удивляться, в принципе, нечему.

– Да, до меня эти слухи тоже дошли, – спокойно сказал Гай.

Джоанна обреченно опустила глаза.

– Значит, тебя все это время волновал тот давний скандал. И тебе необходимо было узнать, правда ли, что я алчная, умеющая манипулировать людьми женщина, которая вышла за Космо исключительно ради его богатства и связей, а получив то, что хотела, отравила мужа. Так, по-моему, звучит та история, если я правильно все поняла.

Гай полуобнял ее за плечи.

– Ты даже не знаешь, в каком змеином гнезде оказалась, выйдя замуж. Если говорить начистоту, то Космо был единственным порядочным человеком в этой семейке.

Джоанна не то выдохнула, не то тихо застонала. От одного воспоминания о том, что происходило в первые месяцы после смерти мужа, закололо сердце.

– Так, похоже, оно и есть. До смерти Космо я и не подозревала, что они так обижены на меня. Когда зачитали его завещание, в котором я объявлялась основной наследницей всего, они будто сошли с ума. Даже принимая во внимание итальянский темперамент, их поведение было ужасным. Они визжали и кричали, что причины моего замужества очевидны и еще более очевидны причины совершенного мной убийства.

Гай ободряюще погладил ее по плечам.

– Но ведь в конце концов победу одержала ты. Их ужасное поведение ничего не изменило?

Она посмотрела ему в глаза, стараясь не обращать внимание на то, что по спине побежали мурашки.

– Я была уверена, что Лидия тебе все рассказала.

– Что рассказала? – спросил явно озадаченный Гай. – Она говорила, что семья Каппони обвинила тебя в убийстве, но более ничего.

– Гай, я не взяла ни пенни из наследства Космо.

– Что? – Руки Гая безвольно опустились. Он был явно шокирован. – Ты, наверное, шутишь?

– Я абсолютно серьезна. Мне ничего не надо. Я вышла за Космо замуж не из-за его богатства и положения. Если бы его родственники вели себя более достойно, я бы взяла несколько вещей, которые были дороги мне как память о муже. Но вынести их злобные нападки и пререкания я просто не могла. Поэтому, собрав только свою одежду и вещи, которые Космо дарил лично мне, я оставила дом. Родственники, естественно, заявили, что я ушла потому, что меня мучило чувство вины за совершенное преступление, и благополучно присвоили все себе. – Она горько усмехнулась. – Надеюсь, что по крайней мере на этом они успокоились.

Гай протянул руку и нежно, очень нежно прикоснулся пальцами к ее щеке.

– Джоанна, ты… ты загадка, подлинная загадка. Только я подумаю, что начинаю понимать тебя, как уже через мгновение обнаруживаю в тебе новую неожиданную грань.

Она хмыкнула и потерлась холодной щекой о его теплую руку.

– Будто чистишь лук, снимая слой за слоем? – то ли спрашивала, то ли утверждала Джоанна. – Но в таком случае постоянно плакать должен ты, а вовсе не я.

– Если бы я мог плакать, я бы плакал, сожалея об ужасных испытаниях, которые обрушились на тебя, и о лжи, которую распространяли о тебе люди, заботившиеся исключительно о своих благах. Даже не знаю, как ты смогла это пережить.

Она подняла лицо и озорно улыбнулась.

– Не знаешь? Потому что в результате я получила то, что хотела, – уединение, о котором при иных обстоятельствах не могла и мечтать.

Гай медленно покачал головой.

– Ты самая необычная женщина, которую мне когда-либо доводилось встречать, – произнес он тихо и нежно.

– Мне пора возвращаться к Майлзу, – резко сменила тему разговора Джоанна. Чувствуя себя так, будто душу заполнили десятки весенних бабочек, ей казалось, она сама вот-вот взлетит. – Он будет беспокоиться, если меня не окажется рядом.

Гай загадочно посмотрел на нее.

– Да. Надо ехать. – Он поднял руку, указывая на небо. – Видишь? Снег. Откуда, черт побери, он взялся?