Дай мне шанс - Дженнифер Доусон

Митч еще крепче обнял Мадди.

– Принцесса, все в порядке?

Мадди украдкой ткнула его локтем в бок и прошептала:

– Твоя мама проделала очень долгий путь. Может, тебе следует пригласить ее в дом?

Митч вздохнул и подошел к двери, увлекая девушку за собой. Когда они вошли в прихожую, Мадди посмотрелась в зеркало – и побелела. Выглядела она жутко. Щеки раскраснелись, одежда была помята, а волосы – просто воронье гнездо. Она выглядела так, словно занималась… Ну, именно тем, чем занималась.

Не в силах сдержаться, Мадди исследовала свою шею и нашла красное пятно, пылавшее как неоновая вывеска. И оно было как раз в том месте, куда Митч ее укусил.

Мадди поспешно взбила волосы, чтобы скрыть метку. А Митч в тот же миг бросил на столик ключ. Звон металла казался оглушительным в напряженном молчании. И по-прежнему никто не произносил ни слова.

Наконец Митч, нарушив паузу, указал на чемодан матери и спросил:

– Собираешься остаться?

– А можно? – Казалось, глаза Шарлотты наполнились печалью.

«Да и почему бы ей не грустить? – подумала Мадди. – Ведь муж завел роман, его разоблачили, и скандал попал на страницы всех изданий…»

Мадди откашлялась и проговорила:

– Миссис Райли, хотите лимонада? Домашний…

Шарлотта нерешительно улыбнулась.

– Было бы чудесно, дорогая.

Мадди побежала на кухню, вынула из шкафчика стаканы и положила лед. Митч с матерью вошли следом за ней и молча уселись за стол.

Стаканы задребезжали, когда Мадди поставила их перед Шарлоттой и Митчем. Взглянув на него, Мадди разгладила шорты и пробормотала:

– Пойду, приму душ.

Митч покачал головой.

– Нет, сиди.

– Но я ужасно выгляжу… К тому же мне не хочется мешать вам. – Мадди покосилась на мать Митча.

– Пожалуйста, останьтесь, – попросила Шарлотта, указывая на соседний стул.

Мадди взяла свой стакан и со вздохом села.

Митч уставился на мать и спросил:

– Так ты остаешься?

– Если не возражаешь, – вежливо ответила Шарлотта, словно говорила не с собственным сыном, а с чужим человеком.

– Ты просишь разрешения остаться? – Длинные пальцы Митча обхватили стакан.

В глазах Шарлотты снова промелькнула печаль, затем лицо ее как будто превратилось в бесстрастную маску.

– Да, Митчелл, прошу. Мне нужен покой, пока я не придумаю, что делать. А куда идти – не знаю.

– Но это – твой дом, – сказал Митч, и глаза его наполнились холодом.

Шарлотта со вздохом покачала головой.

– Нет, это не мой дом. Ты купил его у меня и заплатил сполна, хотя я настаивала на том, что хочу подарить его тебе. – Она взяла свой стакан и сделала маленький глоток.

Митч поставил локти на стол и пристально посмотрел на мать. Возмущенная таким его поведением, Мадди подтолкнула Митча коленом под столом. Но он не обратил на это внимания. Тогда она с упреком посмотрела на него, но он и на сей раз никак не отреагировал.

Тихонько вздохнув, Мадди улыбнулась и проговорила:

– Уверена, Митч будет счастлив, если вы останетесь.

И вновь глаза Шарлотты наполнились грустью.

– Митчелл, мне очень жаль, – пробормотала она. – Я знаю, что была неправа.

– Не важно, – буркнул Митч. И пожал плечами.

Было совершенно очевидно, что между матерью и сыном случилось что-то крайне неприятное, и Мадди поняла, что больше не может слушать их разговор. Она заерзала на стуле и пробормотала:

– Я… э… должна идти…

Но Митч тут же ухватил ее за руку, и его пальцы впились в ее запястье точно клещи. Освободиться было невозможно – разве что начать вырываться.

Снова вздохнув, Мадди взглянула на Шарлотту. Та какое-то время смотрела на руку сына. Потом подняла глаза и встретила взгляд девушки. Мадди пожала плечами. Что ж, если они хотят, чтобы она осталась, – она останется.

Мадди поудобнее устроилась на стуле и покосилась на Митча. Тот слегка разжал пальцы, но по-прежнему держал ее за руку. Вскинув подбородок, он взглянул на мать и спросил:

– И сколько думаешь здесь пробыть?

– Не знаю. – Шарлотта отвела глаза. – Но я не хочу, чтобы твой отец знал, где я нахожусь.

Митч невесело рассмеялся.

– Всем известно, что он никогда не станет искать тебя здесь.

Шарлотта прижала пальцы к губам, и Мэдди показалось, что рука женщины немного дрожит.

– Так он сделал это? – спросил Митч.

– Не знаю. – Шарлотта глянула в окно поверх плеча сына. – Но он говорит, что этого не было, что его каким-то образом подставили.

– Но ради чего?

– Ради денег, конечно же… – Шарлотта прижала руку к груди. – И он хочет, чтобы я ей заплатила.

Митч со вздохом покачал головой.

– Это какое-то безумие… Снимки уже во всех газетах и… Интересно, какие еще неприятности она может причинить?

– Эти снимки – только вершина айсберга.

– Начни сначала и ничего не пропускай, – проговорил Митч таким голосом, какого Мадди никогда раньше не слышала. В этот момент его вполне можно было представить акулой-адвокатом – безжалостным и могущественным. И этот человек совершенно не походил на того мужчину, который занимался с ней любовью так, словно она, Мадди, была его спасением.

– Эта женщина сказала, что все это – папарацци. Они ее предупредили. Она говорит, что если мы ей заплатим, то тогда она выступит и скажет, что снимок – недоразумение. Да, ее репутация пострадает, но ничего страшного не произойдет. Если же мы не заплатим… У нее есть другие разоблачительные снимки – куда хуже первого.

– Ты их видела? – Митч отпустил Мадди и подался вперед, упершись локтями в стол.

Мать кивнула, и уголки ее рта опустились.

– Они способны уничтожить твоего отца.

– А он как все это объясняет?

– Никак. Говорит, она ему позвонила, потому что получила достоверную информацию о сенаторе, который голосовал против одного из его законопроектов. Отец пригласил ее в свой номер, чтобы обсудить дело. Они выпили, и это последнее, что он помнит до следующего утра.

Митч прищурился.

– Удобная версия. Как выглядели снимки?

– Его глаз не видно. Он в основном в профиль, так что трудно сказать, в сознании он или нет. – Шарлотта покачала головой и добавила: – Впрочем, газеты вряд ли будут разбираться в таких мелочах.

– Ты веришь ему? – спросил Митч.

Лицо Шарлотты словно сморщилось.