Очаровательная наставница - Эмили Брайан

– Лорд Дрейк, что за нечаянное удовольствие. – Она подняла руку в грациозном приветствии. – Моя дочь много рассказывала мне о вас.

Гейбриел переварил слегка беспокоящий факт. Он увидел черты Лин в красивом лице ее матери, когда склонился над рукой хозяйки. По словам Жаклин, ее мать свободно говорила на пяти языках, и Гейбриел не сомневался, что Изабелла Рен до сих пор способна поставить на колени любого мужчину любой страны.

– И мне она тоже много рассказывала о вас, – осторожно произнес он.

Изабелла кокетливо вскинула голову, ее потрясающие фиалковые глаза мерцали.

– И все это, увы, правда! Садитесь, прошу вас.

После своего путешествия из Корнуолла он был покрыт грязью и пылью. Его стремление поскорее найти Жаклин не терпело отлагательств из-за мелочей вроде кровати или горячей ванны в придорожной гостинице. Он спал, когда уже больше не мог держаться в седле, и, стреножив лошадь, урывал несколько часов сна под каким-нибудь услужливым дубом. Почти на каждой остановке он менял лошадь и скакал на ней, пока она чуть не падала от усталости. Но даже так ему потребовалось три дня.

В Лондоне он выбирал окольные пути, избегая многолюдных улиц. Годы пиратства принесли ему дурную славу, висел даже плакат с описанием его подвигов и довольно схожим портретом, и если он до сих пор остался неузнанным, то еще и потому, что в дороге не пользовался ванной, чтобы придать себе приличный вид. Тем не менее эта прекрасная женщина предложила ему сесть и развлекала беседой, пока ее служанка готовила закуски.

– Жаклин здесь? – спросил он.

– Нет. Поскольку моя дочь оставила работу у вас, она ищет новое место и пошла узнать насчет совсем не подходящей ей должности, кажется, у модистки, – с отвращением сказала Изабелла. – Но, полагаю, могло быть и хуже. Надеюсь, Жаклин не собирается пробовать себя в изготовлении шляп. Они были бы ужасными.

– Зачем она это делает? – Гейбриел не мог усидеть на месте, он встал и ходил по гостиной. – Ей не требуется искать средства к существованию. Неужели она не понимает, что я отдам ей все, что имею?

– Рада это слышать, – чопорно произнесла Изабелла.

– Кроме того, такая работа вообще не подходит Жаклин, – сказал Гейбриел, пытаясь найти смысл в поступке Лин. – Она без посторонней помощи управляла большим поместьем. На худой конец она могла бы найти место гувернантки в приличном доме, а не работать в захудалой маленькой мастерской.

– Я согласна. Знаете, Жаклин не говорила мне, что вы очень привлекательны, лорд Дрейк. Горячая ванна и способный портной сделают вас красавцем. – Изабелла с улыбкой налила ему чай и положила ложку сахара, не спрашивая о его предпочтениях. – К несчастью, Жаклин забыла упомянуть, что вы ужасно несообразительны.

Гейбриел остолбенел.

– Если очень способная молодая женщина не ищет место, где может себя проявить, это вам о чем-нибудь говорит? – любезно спросила Изабелла.

– Это значит… произошло нечто такое, что каким-то образом делает ее к этому неспособной?

– О! Вы не безнадежны. А теперь, как вы думаете, что могло произойти?

– Я думаю… Боже мой! – От страха и удивления Гейбриел опустился на изящный стульчик с гнутыми ножками. – Она… ждет ребенка, да?

– Это была очень легкая победа, не так ли? – Приятная улыбка Изабеллы погасла. – Если она спросит, а я уверена, что спросит, вы должны сказать, что не я разгласила ее секрет. Жаклин не оценит моего вмешательства, пусть и с лучшими намерениями. А поскольку это вы заговорили о беременности, поскольку мы говорим именно о вашем ребенке, то вопрос матери закономерен: что вы собираетесь теперь делать?

– То, что хотел сделать и раньше, но Жаклин не позволила: тем или иным путем жениться на ней.

– Моя оценка вашего ума, лорд Дрейк, быстро выросла. Я не так легко дарю свою дружбу, но вы мне очень нравитесь. – Из коридора донесся стук каблуков и замер у двери гостиной. – Вот и Нанетта с закусками.

Французская горничная сделала реверанс.

– Non, мадам. У входа в дом маленький отряд жандармов. Джером с ними разговаривает, пытается их задержать, чтобы у вас было время решить, как выйти из этого затруднительного положения.

– Что им нужно? – Изабелла пила чай, будто появление властей для нее досадная помеха или вполне обычное дело.

Гейбриел не заметил на улице никого подозрительного, но кто-то, видимо, наблюдал за домом Изабеллы Рен, дожидаясь его.

– Им нужен я.

– Почему? – Она с интересом подняла выразительные брови.

– Потому что это было условием моего помилования королем. Если меня арестуют в Лондоне, я буду повешен.

– Да, моя оценка вашего ума, лорд Дрейк, снова упала. Но я уже решила, что вы нравитесь мне. Кроме того, рассказ о вашем помиловании, без сомнения, будет долгим и увлекательным. Мне хочется его услышать, как только у нас появится время, – холодно заметила Изабелла, затем повернулась к служанке: – Как насчет задней двери?

– Там уже стоит человек, – ответила Нанетта, испуганно теребя кружева передника.

– Не суетись. А то люди подумают, ты что-то скрываешь. Ладно, делать нечего. – Изабелла величественно поднялась. – Можешь их впустить.

– Что? – Гейбриел чуть не уронил чашку.

– Впусти, но пусть входят не спеша, – внесла поправку Изабелла. – Пригласи осмотреть дом, начиная с погреба. Мы с лордом Дрейком воспользуемся задней лестницей.

Когда Изабелла покинула комнату, Гейбриелу пришлось идти за ней. Пока они на цыпочках поднимались по лестнице для слуг, он слышал топот сапог и громкие приказы, значит, констебли уже вторглись в дом Изабеллы Рен. При звуках бьющейся посуды она не запаниковала, только ускорила шаг. Гейбриел восхищался ее самообладанием.

– Куда мы направляемся? – прошептал он.

– В мой будуар. Хорошее место для размышлений… помимо других занятий.

Никакой двусмысленности тут не было, подумал он. Матери Жаклин известно, что он любит ее дочь, поэтому она вряд ли с ним флиртует. Для нее это совершенно естественная манера общения с мужчинами.

Изабелла толкнула украшенную позолотой дверь в богатую комнату с шелковыми обоями и большой кроватью.

– Не думаю, что это хорошее место для укрытия, – сказал Гейбриел.

– Лорд Дрейк, мы с вами установили, что сообразительность не входит в число ваших достоинств.

– Они же непременно заглянут под кровать.

– Разумеется. – Изабелла подняла бровь и улыбнулась. – Но я уверена, что они не заглянут в кровать, и не будут искать среди подушек и одеял.

Помогая Гейбриелу Дрейку распластаться между двумя пуховыми матрасами, Изабелла надеялась, что он глубже погрузится в нижний, однако не учла его габариты, и на ее постели образовался уродливый, очень заметный бугор. Поэтому она приказала ему быстро расшнуровать ее корсет и вернуться в укрытие, пока она раздевается.