Больше, чем гувернантка - Кэрол Мортимер

— Ты знаешь, что я не могу, — ответила Елена. Казалось, ее сердце вот-вот разорвется от боли. Адам признается ей в любви, а она понимает, что никогда не сможет стать ему достойной женой, как бы сильно ей этого ни хотелось. — Кроме того, ты же сам заявлял, что не намерен жениться во второй раз и вполне доволен тем, что титул перейдет к твоему третьему кузену Уилфреду, — заявила она, неловко пытаясь обратить все в шутку.

— К черту Уилфреда!

— Люди смотрят, Адам, — негромко сказала она, стыдливо опуская ресницы.

— И пусть себе смотрят!

— Возможно, нам стоит найти более уединенное место? — шепотом предложила Елена.

С вызовом во взоре Адам обвел глазами стоящих вокруг любопытных гостей, на мгновение переглянулся с бабушкой, затем снова повернулся к побледневшей Елене:

— Я люблю тебя, Елена. Могу я надеяться, что и ты когда-нибудь полюбишь меня?

— Я уже тебя люблю, очень сильно, дорогой Адам, — глядя на него лучистыми глазами, произнесла она. — Так сильно, что не могу описать этого словами.

Несколько секунд, показавшихся вечностью, Адам жадно всматривался в ее лицо, читая написанную в бирюзовых глазах любовь к нему.

Пожав ее руку, он отвесил почтительный поклон и опустился перед ней на одно колено. Люди удивленно заохали, затем воцарилась мертвая тишина. Глядя на Елену снизу вверх, Адам провозгласил:

— Я люблю вас, мисс Магдалена Мэттьюз. Не окажете ли вы мне великую честь, согласившись стать моей женой? — Его слова были слышны всем в зале.

Елена расплакалась, глядя в милое лицо мужчины, которого она любила всем сердцем. Мужчины, несколько раз заявлявшего о своей ненависти к всякого рода публичным проявлениям чувств, а также о своем намерении не вступать в повторный брак. И все же он стоял сейчас перед ней, опустившись на одно колено, в присутствии многочисленных представителей света и просил стать его женой.

И это зная о том, что сотворил с ней кузен. Напротив, он уверил ее, что потеря девственности не имеет для него никакого значения. Он любит ее и хочет на ней жениться.

Могла ли она ответить согласием? Могли ли они пожениться и любить друг друга до тех пор, пока смерть не разлучит их?

Елена быстро посмотрела в ту сторону, где стояли вместе леди Сисели, Джослин и Эдит, три дорогие подруги, которых она глубоко уважала и любила. Все они согласно кивнули, а леди Сисели еще и лучезарно улыбнулась.

— Елена, прошу вас! — хрипло произнес Адам.

Она повернулась к нему, крепко сжав его руку:

— Я люблю вас, Адам, и согласна стать вашей женой.

Большего ей говорить не требовалось. Адам вскочил на ноги, обнял ее и поцеловал с такой страстью, о которой она не смела даже мечтать.