Тайники души - Линн Остин

– Мне очень жаль, Уолтер.

– А мне нет. – Его глаза блеснули, а ямочка на щеке стала глубже. – Девушка, с которой я был помолвлен, тоже не жалеет об этом. Мы оба благополучно избежали матримониальных уз. А ваш отец, Бэтси, был разочарован?

– Нет, он получил, что хотел. Моя сестра вышла замуж за моего жениха. – Увидев на лице Уолтера удивление, я рассмеялась. – Это длинная история, но для всех участников она закончилась благополучно. Теперь земля отца является частью Садов Уайатта.

– Это та большая ферма на холме?

– Да. И отец наконец отошел от дел. Он мечтает увидеть внука и насладиться моментом, когда тот все унаследует, поэтому счастлив.

– Что ж, то же самое я могу сказать и о своем отце. У Говарда Ноулза Гибсона нет сына, работающего рядом с ним, но моя сестра удачно вышла замуж, и ее муж будет заниматься делами вместо меня.

– Значит, теперь вы можете воплотить в жизнь свои мечты, Уолтер?

– Фигурально выражаясь. – Он указал на кресло, в котором сидел, и только сейчас я заметила, что это инвалидная коляска. – Из-за этого мне теперь будет трудно стать капитаном дальнего плавания, хотя, думаю, еще есть шанс стать заклинателем змей.

Внезапно мне стало неловко. Я не знала, что сказать. Тут я вспомнила, что по-прежнему держу поднос.

– Ну что ж… вот ваш обед, и он скоро остынет. Вы хотите поесть здесь на природе или мне отнести его в дом?

– В такой прекрасный день, как сегодня, я хотел бы пообедать здесь. Питер, принеси маленький раскладной столик.

Я наблюдала за тем, как слуга принес столик, установил его и расставил еду. Я ожидала, что Уолтер пригласит меня присоединиться к нему, как раньше, но он молчал. Он сидел, уставившись на еду и не глядя на меня. Питер пододвинул стул для себя. Мужчины не ели. И даже не расстелили салфеток. Молчание становилось невыносимым.

– Вы знаете, я пойду, а вы обедайте, – быстро сказала я. – Приятного аппетита.

Уолтер не останавливал меня. Я быстро побежала домой, стараясь скрыть слезы.

Около часа я просидела за кухонным столом, закрыв лицо руками, пока кто-то не постучал в дверь. Это был Питер с подносом в руках. Я опустила голову, чтобы он не заметил, как опухли мои глаза и покраснел нос.

– Спасибо, Питер. Вам не следовало приносить поднос, я бы сама пришла за ним.

– Если у вас есть несколько минут, мисс, – тихо ответил он, – господин Уолтер хотел бы с вами поговорить. Но он велел не мешать вам, если вы заняты.

– Я не занята. Я… я буду готова через несколько минут.

Я намочила полотенце холодной водой, отжала и приложила его к глазам. Быстро посмотрев в зеркало, я поняла, что это нисколько не помогло. Прежде Лидия, если долго гуляла по ночам, прикладывала к глазам кружочки огурцов, но теперь было начало июля и сезон огурцов еще не начался. Интересно, а консервированные огурцы подойдут? Я быстро достала банку из кладовки, но потом решила, что будет только хуже, если от меня будет пахнуть рассолом и уксусом.

Внезапно я почувствовала прилив вдохновения: я скажу Уолтеру, что читала грустную книгу! Я быстро прикинула, какую выбрать, и остановилась на «Отверженных». Эта история у кого угодно выдавит слезу, даже у таких черствых людей, как мой отец или Фрэнк Уайатт. Жаль, что у меня не было этой книги, для убедительности я взяла бы ее с собой. Вместо этого я отрепетировала перед зеркалом улыбку и направилась к коттеджу.

Питер сидел на крыльце, строгая деревяшку. Увидев меня, он быстро встал, слегка поклонился и сказал:

– Господин Уолтер в доме, мисс, пожалуйста, заходите.

Уолтер сидел в инвалидной коляске, склонившись над коробкой с книгами. Везде были расставлены сундуки с книгами, как и в прошлом году. В гостиной стоял топчан Питера.

Когда я вошла, Уолтер поднял голову.

– Надеюсь, я не отвлекаю вас от работы?

– Вовсе нет. Отец дремлет, а я как раз читала «Отверженных» Виктора Гюго. Это такая грустная книга, вы согласны?

Он посмотрел на меня и покачал головой.

– Вы весьма неубедительный лжец, Бэтси. Я знаю, что обидел вас, и хотел бы извиниться. Вы простите меня?

Все, что я могла, – лишь кивнуть.

Уолтер слегка улыбнулся и посмотрел в сторону.

– Спасибо. Я бы с удовольствием ел в вашем обществе, как и прошлым летом, но сейчас из-за присутствия Питера это немного неловко. Он мой сотрапезник, и я чувствую себя обязанным поддерживать с ним разговор. Надеюсь, вы понимаете.

Некоторое время я обдумывала его слова.

– Вы тоже плохой лжец. Я никогда не видела, чтобы хозяин обедал со слугами и, кроме того, считал себя обязанным поддерживать разговор. Также мне неизвестны слуги, которые будут чувствовать себя комфортно за столом с господами и смогут поддержать с ними вежливую беседу.

Уолтер отложил книгу, которую рассматривал, и с удивлением взглянул на меня.

– Ну что ж, так получилось, – слабо улыбнувшись, ответил он, – что я тоже недавно читал «Отверженных». «Долой знать! Равенство и свободу народу!» Я решил применить это на практике и начал с Питера.

Я засмеялась. Затем представила, что бы подумал Уолтер, если бы я вошла в коттедж, источая запах маринованных огурцов, и засмеялась еще сильнее. Даже не подумав, я раскрыла объятия и прижалась к нему.

– Вы делаете меня такой счастливой, Уолтер! Я так скучала без вас! – воскликнула я и, внезапно смутившись, отстранилась.

Я посмотрела на это обожаемое лицо, в эти серые глаза и увидела, что в них плещется такая же любовь, как и та, что я испытываю к нему.

Опустившись на пол перед Уолтером и забыв обо всех предосторожностях, я сказала правду:

– Я вас люблю, Уолтер.

Он с трудом протянул руку, чтобы погладить меня по лицу, но она дрожала от слабости.

– Да, я знаю. Однако мы не должны были позволить этому случиться. – Его рука безвольно упала на колени.

– Почему? Потому что вы богаты, а я бедна? Потому что вы объездили весь мир, а я никогда не покидала пределов Дир Спрингса? Или потому что вы красивы и обаятельны, а я обыкновенная толстушка?

Уолтер снова протянул руку и дрожащими пальцами утер мои слезы.

– Ты самая красивая женщина из всех, кого я встречал, Бэтси!

Он действительно имел в виду то, что говорил. Я видела это в его глазах, и правда заворожила меня. Уолтер заглянул мне в душу, и для него я была прекрасна. Лишь через мгновение я смогла заговорить.

– Тогда почему?

– Потому что я скоро умру.

– Нет, не умрешь! Не говори таких ужасных вещей, даже не думай о них!

– Это правда, Бэтси. Отец водил меня к разным врачам, нанимал самых высококлассных специалистов, посылал на обследование в отечественные и зарубежные клиники, и диагноз везде был одинаковым. Недуг прогрессирует невероятно быстро. Все остальные члены нашей семьи, страдавшие от такого же заболевания, умерли. Лекарства от него не существует.