Любовь, в которую трудно поверить - Барбара Фритти

Вечером парк смотрелся удивительно красиво. Деревья увешаны фонариками. На сцене грохочут местные рок-группы, на временной танцплощадке вальсируют пары. Столы ломятся от блюд с угощениями и напитками. Брианна пропустила большую часть мероприятий Праздника урожая, но родители Дерека настояли на том, чтобы она пришла на ужин под открытым небом. Она с радостью ушла из дома. Спальня напоминала ей о Джейсоне, а коробки в гараже – о Дереке. Она устала разрываться между этими двумя мужчинами.

– Здесь так хорошо, – с улыбкой сказала Нэнси и, сев рядом, положила руку на плечо Брианне. – Ты рада, что пришла?

– Еще как! – призналась та. – Угощения выше всяческих похвал. Я наелась до отвала.

– Неудивительно. Все стараются приготовить что-нибудь вкусненькое. А еще нам крупно повезло с погодой. Через несколько недель все будут сидеть по домам и вздыхать об этом дивном вечере.

Вечер и впрямь выдался прекрасный. Свежий бодрящий воздух, в котором витают ароматы еды. С соседнего стола вкусно пахло выпечкой – пирогами с тыквой, яблочными тартинками, пирожными, арахисовым и овсяным печеньем с изюмом.

– Я смотрю, Лукас и Кайл подружились, – добавила Нэнси. – Кайл каждый раз, когда меня видит, спрашивает, когда к нему придет Лукас.

Кайл жил в соседнем с Кейнами доме и был всего на три месяца старше Лукаса. Они быстро подружились и сегодня, позвав еще одного мальчика, долго гоняли втроем футбольный мяч. У Лукаса сейчас было самое счастливое время. Он бегал, смеялся, играл, падал на землю, кувыркался. Все мальчишки такие, и ее маленький сын не исключение.

– И откуда в нем столько энергии? – удивилась Нэнси. – Рик признался, что Лукас загонял его на пляже, когда они запускали змея. Внук носился туда-сюда как заведенный. Вернувшись домой, Рик проспал часа два. Похоже, они весело провели время. С тех пор как вы с Лукасом приехали сюда, Рик как переродился. В нем стало больше энергии, больше оптимизма.

Нэнси бросила на Брианну быстрый взгляд.

– Ты сегодня какая-то тихая.

– Просто наслаждаюсь атмосферой праздника.

– Как жаль, что невозможно сохранить невинность детства, – вздохнула Нэнси, наблюдая за внуком. Тот теперь кувыркался на траве с новыми друзьями. – Детство пролетает быстро. – Она повернулась к Брианне, и та заметила, что в глазах свекрови слезы. – Когда мы с Риком поженились, мы мечтали, что у нас будет четверо детей. У меня самой три сестры и брат, и мне нравилось, что у нас такая большая семья. Но у нас с ним возникли проблемы, мне долго не удавалось забеременеть. Лишь спустя шесть лет у меня родился Дерек. Это было сродни чуду. После него я забеременела еще раз, но беременность закончилась выкидышем. А потом – вообще ничего. Мы были так счастливы, что у нас есть хотя бы один сын, и избаловали его своей любовью. Каюсь, но мы ничего не могли с собой поделать.

– Я никогда не думала, что смогу кого-то любить так, как когда-то сына, – продолжила Нэнси. – Я до сих пор тоскую по Дереку. Он – моя незаживающая рана. Несправедливо, когда мать переживает собственного ребенка. По идее, он должен был сейчас наслаждаться этим пикником, наблюдать за тем, как его сын играет с другими детьми. Он должен был сидеть здесь рядом с тобой и обнимать тебя за плечи.

Слова Нэнси взволновали Брианну. Она на миг представила себе ту самую картину, которую описала свекровь, едва ли не кожей ощутила тепло объятий Дерека… Увы, наваждение быстро испарилось. Она никогда не переживала с ним таких минут. Они – лишь часть несбыточной мечты.

– Знаю, ты сердишься на меня, – сказала Нэнси. – Наверняка думаешь, что я хватила через край, когда застала Джейсона в твоем доме. Но ты посмотри на мальчика, который играет с Лукасом. Если Кайл нарочно собьет с ног твоего сына, разве ты будешь по-прежнему к нему относиться?

– Наверное, нет, – была вынуждена признать Брианна. Это, конечно, не совсем та ситуация, но она вряд ли бы простила обидчика ее сына. Она, как и любая мать, готова грудью встать на защиту своего ребенка.

Но Дерек и Джейсон столкнулись как два мужчины, а вовсе не дети. И то, что раньше было черным и белым, теперь сменилось бесконечными оттенками серого.

Она была ослеплена любовью и растрогана преданностью Кейнов своему сыну, их непоколебимой верой в его невиновность. Но ведь кто, как не сам Дерек, признавался ей, что порой совершал поступки, которыми никак нельзя гордиться, и вообще, она его практически не знает. Похоже, родители тоже не знали своего сына.

– Конечно, городу нас маленький, так что встреч с Джейсоном тебе не избежать, но только ты не пускай его в свою жизнь, – добавила Нэнси. – Ты мне как дочь, Брианна, и мне больно видеть, как ты страдаешь. Мы с Риком любим тебя.

Брианна была тронута до глубины души. Родители редко говорили такие слова. Да что там, крайне сомнительно, что они когда-либо питали к ней теплые чувства. Но к любви Нэнси прилагались условия. Что ни говори, а они с Лукасом никогда не заменят ей сына. И пусть Кейны воспринимают ее как собственную дочь, она взрослая женщина и способна принимать собственные решения по поводу того, как ей жить дальше.

– Я тоже люблю вас, – сказала она, заметив в глазах свекрови немой вопрос. Пока лучше оставить все как есть.

Брианна потянулась за своей банкой диетической колы. Увы, та оказалась пуста.

– Хочу пить. Вам принести что-нибудь? – На лице Нэнси возникло странное выражение. – Что случилось? – тотчас спросила Брианна.

– Твое обручальное кольцо. Где оно? – с тревогой в голосе спросила Нэнси. – Ты потеряла его?

– Нет, – ответила Брианна и вытянула руку. – Оно соскальзывало, и я его сняла. Я похудела за последнее время. – Разве могла она признаться свекрови, что, повинуясь минутному порыву, сняла кольцо? Более того, без кольца на пальце к ней пришло неожиданное – не ведомое ей ранее – ощущение свободы.

– Да, ты похудела, дорогая. Нужно больше есть.

– Вы так прекрасно готовите, что я быстро наберу вес, – ответила Брианна. – Ну что, я забираю Лукаса?

– Не надо, пусть еще поиграет. Я присмотрю за ним.