Жаркий поцелуй - Дженнифер Арментроут

— Но...

— Ты расскажешь им часть правды, — сказал он. — Петр напал на тебя. Ты защищалась, но это я его убил. Ты не расскажешь, что забрала его душу.

В потрясение я уставилась на него.

— Но они придут за тобой.

Рот резко усмехнулся.

— Позволь им попытаться.

Я отстранилась и встала, не в состоянии больше сидеть. Проведя рукой по тому, что я уверена, было беспорядочно спутанными волосами, я начала продвигаться между яблоней и чем-то, что напоминало куст сирени, который еще не расцвел.

— Я не скажу Стражам, что это ты убил Петра.

Улыбка сошла с его губ.

— Я могу о себе позаботиться. Меня довольно трудно найти, когда я этого не хочу, и еще труднее убить.

— Понимаю, но нет. Я скажу им, что это был демон, но не ты. Я не назову им твоего имени. — Как только эти слова покинули язык, моя уверенность окрепла.

Рот уставился на меня, явно сбитый с толку.

— Знаю, что говорю тебе лгать обо всем, что касается души, но в этом есть смысл.

Они бы тебя убили. Но ты хочешь соврать обо мне? Ты, правда, понимаешь, что это значит?

— Конечно, — раздраженно сказала я, убирая волосы назад. Не сказать им о Роте было предательством. Это даже могло рассматриваться как то, что я принимаю чьи-то стороны, и если Стражи когда-нибудь обнаружат, что я знаю об убийстве Петра, я буду все равно, что мертва.

— Думаю, я тебе нравлюсь, — внезапно сказал Рот.

Я остановилась, а мое сердце странно екнуло.

— Что? Нет.

Он наклонил голову на бок, и его губы растянулись в поддразнивающей улыбке.

— То, как ты сама себя обманываешь, вроде даже мило.

— Я не обманываю.

— Хмм ... — Он сел, в его глазах поблескивали искорки веселья.

— Совсем недавно ты хотела, чтобы я тебя поцеловал.

Мои щеки загорелись:

— Нет. Не хотела.

— Верно. Ты хотела, что я зашел гораздо, гораздо дальше.

А теперь я уже вся горела:

— Ты спятил. Я не хотела тебя в этом смысле, — мои слова звучали неубедительно даже для меня самой.

— Ты спас мою жизнь. Натравлять на тебя Стражей - не самый лучший способ отплатить, — вот. Так звучит получше.

Рот хмыкнул:

— Хорошо.

— Не хорошокай мне, — я глубоко вздохнула.

— Хорошо.

Я бросила на него свирепый взгляд.

— Что? — сказал он невинно. А потом его выражение лица вновь приобрело серьезный вид. — Что собираешься делать?

Взглянув на пасмурное небо, я покачала головой. Помимо очевидного, что включало найти, где Лемегетон и держаться подальше от демона, который хотел использовать меня, как часть нелепого заклинания, полагаю, он имел в виду ситуацию с домом.

— Я не знаю, что делать, — призналась я голосом, похожим скорее на тихий шепот. —

Я не могу вечно от них прятаться. И пока они не узнают про случай с душой, со мной все будет в порядке. Зейн ...

— Зейн? — Рот вновь нахмурился. — Тот здоровенный белобрысый болван?

— Не думаю, что его можно отнести к болванам, — сухо сказала я. — Как ты ... Не важно. Приглядывай за мной. Понял?

— Ты не можешь им доверять. Возможно, ты близка с Каменным и его компашкой, но они обязаны знать кто ты такая. Там для тебя небезопасно.

Он пробежал кончиками пальцев по подушке рядом с ним, привлекая мое внимание.

Разве не так он трогал меня прошлой ночью? Я вздрогнула и отвела взгляд.

— Если ты пойдешь домой, Лэйла, ты притворишься, что не знаешь ничего другого.

— Поверить не могу, — сказала я, и, когда он посмотрел на меня, я покачала головой.

— Зейн, он не мог знать. Он ...

— Он - Страж, Лэйла. Его преданность ...

— Нет. Ты не понимаешь. Я не наивна или глупа, но я знаю, что Зейн не стал бы утаивать от меня подобное.

— Почему же? Потому что он тебе нравится?

Я хотела спросить, откуда он узнал, но потом вспомнила, как Бэмби прохлаждалась неподалеку от домика на дереве.

— Конечно же Зейн мне нравится. Он единственный, кто действительно знает меня.

Рядом с ним я могу быть сама собой ... — я замолчала, потому что до меня дошла фальшь всего сказанного. На самом деле с Зейном я тоже не могла быть той, кем в действительности являлась. — В любом случае, он сказал бы мне правду.

Он склонил голову на бок:

— Потому что ты ему тоже нравишься?

— Да, но не в том смысле, на который ты намекаешь.

— Вообще-то, ты ему действительно нравишься, — он засмеялся, когда я нахмурилась. — И под нравишься, я и правда, имею ввиду нравишься.

Я презрительно усмехнулась:

— Откуда ты знаешь? Ты ...

— Не знаю Каменного? Ты права, но ты забываешь о том, что я, правда, наблюдал за тобой какое-то время. Я видел тебя с ним, я видел, как он на тебя смотрит. Конечно, отношения между вами двумя так же обречены, как и долги...

— Господи, ладно. Я знаю это, — вздохнула я.

— Но это не остановит кого-либо, чтобы не заполучить того, кого у них никогда и не могло быть, — его взгляд стал проницательным. — Даже если Каменный не знает правду, и ты ему полностью доверяешь, и т.д. и т.п., но ты не можешь ему все рассказать.

Огромнейшее чувство страха появилось где-то внутри.

— Лэйла?

Я кивнула:

— Я не расскажу им.

— Хорошо, — сказал он поднимаясь. Он улыбнулся, но я не могла заставить себя улыбнуться в ответ.

Я никак не могла отделаться от ощущения, что только что подписала себе смертный приговор.