Браки совершаются на небесах - Дарья Волкова

Утром Кристина проснулась первой. И долго смотрела на спящего Марка. Любовалась. Она никогда не рассматривала мужчин. Не рассматривала так, как смотрела сейчас на Марка. Так можно смотреть только на любимого мужчину. На того, которого познала, как мужчину. И она в нем так много этого мужского теперь видела. Того, что не замечала раньше. Того, что и не могла раньше заметить.

Например, как это красиво, когда широкая мужская грудь покрыта короткими темными волосам. Как красиво мощное выпуклое плечо. Как потемнели за ночь щеки. Оказывается, у мужчины за ночь темнеют щеки. Кристина не удержалась — и провела пальцем по щеке. В кончике пальца закололо. И это тоже… тоже прекрасно. Что он такой колючий по утрам.

Ресницы Марка дрогнули. Оказывается, у него шикарные густые ресницы с загнутыми кончиками.

Взгляд его был чуточку сонным. И очень тёплым. Крепкие мужские руки притянули Кристину.

— Доброе утро, любимая.

Вживую это звучит гораздо лучше, чем в телефоне! Кристина ответно и крепко прижалась. Ой…

— У мужчин так бывает. С утра. Это физиология и ничего не значит.

— Значит. Я хочу посмотреть.

— Кристина…

— Ты меня рассмотрел, я тебя нет, — Кристина села и потянула в сторону одеяло. — Так нечестно.

* * *

Похоже, за ночь его невинная девочка окончательно превратилась в женщину. Страстную и любопытную.

И очень прямолинейную.

— Ой, — Кристина даже прижала пальцы к губам. — А как он… Он такой большой… Как он вчера… поместился во мне?

Так. Главное, не засмеяться. А то запросто можно лишиться шанса на очень приятные штуки. А их очень хочется, когда в твоей постели обнаженная и любимая женщина.

— Я тебя уверяю, — Марк взял руку Кристины и положил в себе на грудь. Хотя хотелось, конечно, положить ее на другое место, гораздо ниже. Но пока это слишком смело. Наверное. — Он там отлично разместился.

— Весь?

Пришлось прикусить щеку изнутри.

— Весь, — ответ вышел слегка неразборчивым. — И вообще… — Марк погладил рукой ее ладонь на своей груди. — В женском теле есть несколько мест, куда он отлично помещается.

— Несколько?!

Вместо ответа Марк притянул Кристину к себе, обвел пальцами нежный овал лица — а потом надавил подушечкой большого пальца, скользнув ей пальцем в рот.

Кристина замерла, глядя на него широко раскрытыми глазами. А потом плотнее обхватила палец, обвила его внутри языком. При мысли о том, что она так же сделает не с пальцем — просто обожгло. А Кристина, словно поняв что-то, еще плотнее обхватила губами его палец и начала его посасывать.

Да, черт побери, но только не палец, хорошая моя…

В конце концов, она добралась и до «не пальца» и проделала с ним ровно то же самое и кое-что еще. Правда, к тому моменту Марк был уже практически невменяемым от возбуждения.

* * *

— Ты ругаешься матом как сапожник.

— Наверное, это передается половым путем, — рассмеялся Марк, прижимая к себе Кристину. Правда, руки пока едва слушались, но ведь как хорошо было…

— Я таких слов не знаю! — возразила Кристина, прижимаясь щекой к его плечу и выводя какие-то фигуры пальцем по его груди. — Я не все запомнила, надо будет повторить. Для закрепления материала. Знаешь, — теперь она прижала раскрытую ладонь к его груди. — Мне очень понравилось. То, что было только что. И что было вчера. Мне ужасно нравится быть твоей женщиной. А тебе?

— Нет.

По тому, как напряглось тело Кристины, Марк запоздало понял, что сказал не то. Точнее, не досказал нужного. Ну ему простительно — ему только что сделали совершенно офигенный минет. После него думать сложно. Но надо.

Марк приподнялся на локте, другой рукой прижал к себе уже попытавшуюся отодвинуться Кристину. Дослушай меня. Это не то, что ты думаешь.

— Моя женщина — звучит неплохо. Но мне гораздо больше нравится — моя жена. — Кристина молчала, и он добавил. — Будь моей женой.

Кристина по-прежнему продолжала молчать. Смотрела на него пронзительными голубыми глазами и молчала. А ему молчать было нельзя. И невыносимо.

— Послушай, — он прижал ее к себе плотнее. — Я понимаю, что не самый выигрышный вариант для тебя. На тебя наверняка обращали внимание мужчины куда более… статусные. А я что? Обычный пилот. У меня дочь… с особенностями. И, возможно, тебе…

Марку захлопнула рот мягкая теплая женская ладонь.

— Ты сейчас в секунде от того, чтобы сказать несусветную чушь, — Марк попытался что-то сказать ей в ладонь, но вышло лишь мычание. А Кристина продолжила: — Я уже твоя женщина. И твоя жена. И ты — мой. А что там в бумагах написано — это уже не так важно

Марк мягко отнял ее ладонь от своих губ и нежно поцеловал в самый центр.

— Я люблю, когда все официально. Ты будешь моей женой. Официально. Отказа не приму. Ты же помнишь, я зануда.

Она смотрела на него. Так смотрела… Так на его никогда не смотрели, да. И нет большего счастья, когда на тебя так смотрят.

Его лица коснулись прохладные женские пальцы, обняли.

— Ну как же я могла забыть. У вас, пилотов, все должно быть согласно регламента.

— Точно! — Марк счастливо выдохнул и прижал Крис к себе. — И сейчас у нас по регламенту — сравнивание счета.

* * *

Завтрак они заказали в номер. Крис безапелляционно конфисковала футболку Марка и завтракала в ней. А Марк и вовсе завтракал в одних трусах — вполне консервативных серых боксерах — и все по настоянию Крис. Еще вчера невинная девушка окончательно трансформировалась в женщину — страстную, жаркую и требовательную. А ему доставляло удовольствие удовлетворять все ее требования. Правда, завтрак пришлось забирать, выглядывая из-за двери, под хихиканье Крис.

А потом она и вовсе распоясалась.

Марк едва не выпустил из рук кофейник. Обернулся, неверяще посмотрел на Крис. Она ответила его невинным взглядом.

— Прости. Правда-правда, прости! — она даже ресницами для убедительности захлопала. А потом забрала у него кофейник, аккуратно налила им по чашке кофе, добавила в его чашку сливок. — Это как-то само так получилось. Рука просто сама и… Вот видишь!

И под эти слова Марка снова ущипнули за зад. А потом по-хозяйски огладили. И шлепнули.

— Ой, только не надо на меня так смотреть, — закатила глаза Крис. — Можно подумать, тебя никогда до меня не лапали за задницу.

— Ну… не могу сказать, что совсем нет… но… — на самом деле, Марк с трудом сдерживал смех. А Крис изобразила на своем хорошеньком лице серьёзную задумчивость.

— Слушай, вот теперь я понимаю тех мужчин, которые меня лапали. Рука сама так и тянется… к такому аппетитному… — Крис пружинисто встала, прижалась к Марку — и снова принялась его беспардонно лапать. — Ты же не будешь ломать мне нос за то, что я тебя лапаю?