Шарады любви - Джейн Фэйзер

Тот сразу обернулся к нему:

— Джулиан, я не забыл про тебя. Не торопи события.

И, вновь посмотрев на Даниэль, с торжественностью в голосе заявил:

— Даниэль, разрешите вам представить лорда Джулиана Карлтона.

Девушка грациозно присела и протянула Джулиану свою изящную белую ручку. Тот не замедлил приложиться к ней губами, не отрывая восхищенного взгляда от очаровательного, в форме сердца, лица девушки, больших влажных карих глаз и пухлых губ, чуть приоткрывшихся в доброжелательной улыбке и обнаживших ровный ряд жемчужных зубов. Джулиан был сражен наповал. Мгновенно и навсегда. Теперь ему не надо было спрашивать, почему кузен решился наконец закончить карьеру убежденного холостяка.

— Миледи, я польщен этой честью, — пробормотал он. — Вы так прелестны! Линтону действительно невероятно повезло!

Однако ответ Даниэль его обескуражил. Девушка сделала еще один реверанс и неожиданно рассмеялась:

— Воистину, сэр, очень мило с вашей стороны восстановить мое достоинство после того унижения, которому меня только что подвергли в вашем присутствии. Я счастлива нашему знакомству, сэр. Тем более что мы в скором времени станем довольно близкими родственниками. Разве не так?

— И друзьями, надеюсь, — улыбнулся Джулиан. — Как жаль, однако, что я не встретил вас раньше. До Джастина…

— Сэр, я уверена, что с вашей стороны не совсем прилично так говорить. Правда, милорд предупреждал меня о том, что вы — отчаянный повеса.

— Дерзкая девчонка! — горестно вздохнул Линтон, в то время как его кузен застыл на месте, ошеломленный подобной непосредственностью своей будущей кузины.

Постаравшись взять себя в руки, Джулиан рассмеялся:

— И впрямь, мадемуазель! Я имею право заявить протест, на мою репутацию несправедливо брошена тень.

— О, я очень огорчена этим, сэр, — томно проговорила Даниэль, опустив свои густые ресницы.

— Даниэль, — вмешался Линтон, — умоляю вас, хватит об этом. Кто вас сюда сопровождал?

— Конечно же, я приехала не одна, милорд. Пожалуйста, не беспокойтесь на этот счет.

— Действительно, мне несказанно повезло в жизни, — отозвался граф с иронической усмешкой. — Не желаете ли кофе?

— Да, сэр, выпью с величайшим удовольствием. И, если не возражаете, съем кусочек ветчины. Я так торопилась, что даже не успела позавтракать.

Мягким движением Даниэль стянула с руки вторую перчатку, сняла шляпу и, бросив то и другое на пустой стул, села за стол рядом с Линтоном. После чего одарила его торжествующей, как она надеялась, улыбкой.

— Увы, Даниэль, вы так и остались сорвиголовой, — проворчал Джастин, отрезая тоненький ломтик ветчины. — Если у вас возникли какие-то срочные проблемы, не лучше ли было прислать мне записку. Я бы сразу приехал.

— Извините, сэр, я просто не догадалась, — призналась Даниэль, наливая в чашку ароматный напиток из тяжелого серебряного кофейника. — К тому же у нас дома такое творится, что я боялась, как бы бабушка не приехала к вам первой. Даже дедушка и тот еще до полудня предпочел поехать к себе в клуб, только чтобы не оставаться дома.

— Может быть, вы расскажете мне все по порядку?

Линтон снова уселся на стул, положил ногу на ногу и приготовился слушать.

— Видите ли, — начала Даниэль, — бабушка желает превратить меня в некое подобие птичьего гнезда. Я решительно протестую против этого. Вот, полюбуйтесь!

Она взяла со стула свою шляпу и демонстративно помахала ею перед носами обоих лордов.

— Ну можно ли себе представить больший идиотизм?! Настоящая птичья клетка на голове! Слава Богу, что птица хотя бы не живая. И то, наверное, потому, что живая птица доставила бы хозяевам лишние хлопоты. Ведь у каждой из этих пернатых тварей есть свои повадки и даже причуды.

Даниэль нацепила кусочек ветчины на вилку и насмешливо взглянула поверх нее на Линтона. Тем временем Джулиан мучительно рылся в своей памяти: ему показалось, что он уже когда-то слышал эти озорные интонации, видел этот лукавый взгляд.

— Не уверен, что меня сейчас так уж волнуют повадки птиц, — прервал рассуждения своей невесты Линтон. — Нельзя ли рассказывать более конкретно. Пока что я ничего не понимаю из ваших слов. Умоляю простить мою бестолковость.

— Боже, до чего же вы скучны и неприветливы, сэр! — резко произнесла Даниэль. При этом она бросила на Джастина быстрый вызывающий взгляд, который был перехвачен лордом Джулианом между двумя глотками пива. Этот взгляд и вкус пива мигом перенесли его на залитый солнцем конюшенный двор небольшой гостиницы по дороге в Дувр.

— Великий Боже! — воскликнул Джулиан. И тут же осекся, увидев, что Даниэль и Линтон одновременно повернули головы и с удивлением смотрят на него. В следующий момент Джастин уже все понял по оторопелому выражению лица кузена.

— Да, Джулиан, это так, — сказал Джастин, утвердительно кивнув головой.

Даниэль нахмурилась и посмотрела сначала на жениха, а затем на его кузена. Постепенно до нее начал доходить смысл неожиданного обращения Джулиана к Всевышнему. Она улыбнулась:

— Я вижу, вы меня узнали, милорд. Это очень длинная и запутанная история. Но я надеюсь, вы никому… не станете рассказывать о том, что, возможно, уже… знаете? Ведь так?

— Боже мой, никому и никогда! — горячо принялся уверять девушку лорд. — Но, черт побери, это невероятно! Джастин, ты же тогда отвесил ей порядочную оплеуху! Я сам видел.

— Совершенно верно, милорд, — ответила за графа Даниэль. — И это было бесчестно с его стороны, вы не согласны? Тем более что я в жизни не пила подобной гадости!

— Дети мои! — тяжело вздохнул Джастин. — Когда вы закончите разбирать по кисточкам человека, который и так признал себя виноватым, хотя и был спровоцирован на столь некрасивый поступок, мы сможем вновь вернуться к нашим птичкам?

— Хорошо, милорд, — согласилась Даниэль, вновь принимаясь за ветчину и знаком прося графа передать ей кусок хлеба. — К тому же все дело не стоит и выеденного яйца. Я никогда не надену на голову то абсурдное сооружение, на котором настаивает бабушка! И если она будет упорствовать, боюсь, что я взорвусь и наговорю ей всяких грубостей. А ведь она старый человек, разволнуется и просто-напросто сляжет в постель. Тогда на моем представлении ко двору можно будет поставить крест. Или того хуже: мы с вами не сможем пожениться.

— Дорогая моя, прошу пощады! Дело-то оказывается куда серьезнее, чем я предполагал! — проговорил Джастин, с трудом сдерживая смех. — Мы должны любой ценой избежать подобной катастрофы.

— Ах, вы еще издеваетесь, милорд?! — воскликнула Даниэль, сверля своего жениха горящими от бешенства глазами.

— Если вы не прекратите на меня смотреть с такой откровенной ненавистью, дитя мое, я могу забыть о присутствии здесь Джулиана, — мягко ответил Линтон.