Хочу ее на спор - Ольга Ялитовская

Несколько лет спустя...

Я с замиранием сердца наблюдала за лицом мужа, когда он впервые услышал сердцебиение нашего ребенка. Как только это произошло, Григорьев в лице изменился моментально. Если до этого он был собранным и уверенным в себе, то сейчас... Он был больше похож на мальчишку, который растерялся и не знал что ему делать.

Его рука сильнее сжала мою ладонь, а у меня слезы на глазах выступили. Он так всматривался в монитор аппарата УЗИ, на котором было четко видно ребенка, что я сама едва держала под контролем собственные эмоции. И это несмотря на то, что именно я сейчас была под действием гормонов.

- Такая малышка..., - произнеся это, муж перевел взгляд на меня.

Он впервые попал со мной на плановый осмотр. Впервые увидел ребенка не на черно-белом распечатанном снимке, а вот так... Впервые, потому что до этого дня я была против того, чтобы он заходил вместе со мной.

Я не вредничала. Нет. И даже не делала это на зло. На все были свои причины.

В прошлый раз Свят устроил грандиозный скандал в отделении, стоило ему узнать, что моим лечащем врачом был мужчина. В тот день муж сам на себя похожим не был, как будто с цепи сорвался. Возмущался так, что у меня уши горели. После такого эффектного приема мне ничего не оставалось кроме как поменять клинику.

После этого случая в больнице попросту отказались верить в то, что мы адекватная семья и указали нам на дверь.

В следующей больнице я даже не успела и шага сделать в сторону кабинета специалиста. Стоило Григорьеву узнать, что и там принимал врач мужчина, как я сразу поняла, что история может повториться.

Муж и так был ревнивым сверх меры, а с того момента как я забеременела... Его реакция на малейшее мужское внимание в мою сторону стала гораздо хуже.

В третьей больнице я ему запретила заходить даже в само здание. Больше краснеть за его поведение мне не хотелось, да и нервничать было нельзя. Если делать как того хотел он, то рожать мне пришлось бы дома, с мужем в качестве ассистента.

Сомнительная перспектива.

Сегодня все же я решила сделать исключение и разрешила ему прийти, потому что сейчас был особенный день. Нам должны были сообщить пол ребенка. Официально. Хотя Григорьев и так настойчиво повторял, что у нас будет девочка. Малышка.

- С чего ты это взял? - спрашивала каждый раз, когда он с непроницаемым видом при выборе имен перечислял только женские. Никак не могла понять его уверенности в том, что у нас будет девочка. Ведь это не нам было решать. Тут не угадаешь.

- Потому что знаю. Чувствую. Девчонка и точка. Такая же красивая и вредная, как и ты.

А все потому, что он очень хотел дочь. Раньше я была уверена в том, что в основном все мужчины хотят сына. Например, чтобы на рыбалку ездить или на охоту вместе ходить, или чтобы о девчонках потом сыну рассказывать. Учить его всему полезному и не очень, жизни поучать, отчитывать.

С девочками так не получится... Но Свят упрямо твердил о девочке. На столько уверенно, что в какой-то момент даже я успела поверить в то, что у нас действительно будет дочь.

- Значит сюрприза с полом ребенка не получится, - улыбнувшись, посмотрела на нас девушка доктор, а у меня сердце биться начало чаще, - у вас девочка, как Ваш муж и сказал. Малышка.

Реакцию Григорьева я никогда в жизни не забуду. Мы слишком долго ждали и планировали эту беременность. Очень долго и тщательно готовились. Стоило ему только увидеть тест на беременность, как парень постоянно твердил о том, что у него будет дочка. И ведь оказался прав. Готова поспорить, что стоит впечатлениям немного утихнуть, как он будет расхаживать гордый собой, что не ошибся.

Муж в лице поменялся за считанные секунды. Его глаза моментально сосредоточились на изображении, а пальцы чуть сильнее сжали мою ладонь. Это взгляд нельзя было расценить иначе. В нем читалось только одно: готовность и желание оберегать ребенка не смотря ни на что, не важно как. Любой ценой.

Дочка должна была родиться только через пять месяцев, а я уже поняла, что Свят к ней никого не подпустит. Даже на пушечный выстрел не позволит приблизиться. Когда она станет чуть постарше, мальчики на роль друга у него кастинг проходить будут, а об участи парня в ее жизни я вообще и думать боялась.

Ясно все было только по одному его суровому взгляду. Григорьев всех порвет, но к своей малышке не подпустит. Точно так же, как и ко мне. Любой мужчина, который даже случайно скользнул по мне взглядом тут же встречался со взглядом Григорьева. Злостным и уничтожительным.

А это мы только выходили из здания больницы. Тут и ревновать-то особо не к кому было, все мужья с женами пришли. Кто на осмотр, кто на консультацию...

- Ну, что... девчонка? - не успели мы выйти из отделения, как Костик тут же прокричал на всю улицу свой вопрос, а я лишь закатила глаза.

Что Костик, что Святослав точно стоили друг друга. Разве обязательно было кричать так, чтобы на нас все посетители больницы оборачивались?

- Девчонка! Малышка! - Свят проорал в ответ, и Костик хитро улыбнулся, - ну, все, теперь будем охранять посменно.

- Это что значит? - я лишь глаза успела округлить.

- А то, что я, как крестный отец, просто обязан буду следить за каждым прыщавым ботаником, который на нее глаз свой положить успеет...

- Я ему положу! - тут же заворчал Свят, когда мы подошли ближе.