Лилия и Леопард - Сьюзен Виггз

Ее плечи устало поникли. Ранд почувствовал, что боевой дух покидает Лианну, но с сожалением отметил, что напоминание об их близких отношениях болью отозвалось в сердце девушки.

— Да, ты хорошо меня знаешь, — безрадостно подтвердила она. — В таком случае отпусти меня, и я сама последую за тобой вниз.

Ранд изучающе посмотрел на Лианну, опасаясь очередной уловки с ее стороны, но увидел только усталость и смирение. Правда, глаза… Скрытый в них огонь напомнил ему предостережения Джека: «Не доверяйте ни словам, ни поступкам своей жены».

Они начали осторожно спускаться по лестнице. Острая боль снова обожгла руку Ранда, но он, казалось, не замечал этого; его сердце буквально разрывалось от того, что Лианна испытывает к нему такую ненависть, что готова подвергнуть опасности свою жизнь, лишь бы не быть с ним вместе.

Господи, а Ранд чуть не лишился рассудка, разыскивая ее! Служанка, которая должна была находиться с ней в комнате, без сомнения, до сих пор не может прийти в себя после его свирепого допроса. Стражник, уснувший на посту, возможно, сейчас страдает от боли в сломанном ребре — Ранд таким образом разбудил его.

Он первым достиг рва и шагнул в привязанную здесь же лодку, потом обхватил Лианну за талию и попытался снять ее с лестницы.

— Не надо… — глаза девушки расширились от ужаса. — Боже мой, я… я не сяду в эту протекающую посудину.

Потеряв всякое терпение, Ранд сорвал ее с лестницы и поместил в лодку.

— Если бы ты не затеяла этот безрассудный побег, то сейчас бы в безопасности находилась в своей постели, — резко сказал он, но, почувствовав, что она вся дрожит от страха, немного смягчился. — Все будет в порядке, только сиди спокойно, — ему так хотелось поцелуем убрать тревожную складку с ее бледного лба. — Как бы ты перебралась через ров, если бы я вовремя не подоспел?

Лианна упрямо тряхнула головой.

— В своей жизни я пользуюсь лишь одним средством: принимаю решение и выполняю его, англичанин. Я бы добралась до веревочного моста.

— Мост убран, — усмехнулся Ранд.

— Я бы все равно нашла выход, — настаивала она.

Высокомерное холодное выражение лица, уверенная поза — все говорила о том, что Лианна готова перебороть свой самый сильный страх, чтобы убежать от мужа. Ранд почувствовал себя уязвленным.

С мрачным видом он схватился за весла и, несмотря на боль в руке, начал быстро грести. Лианна сидела молча, глядя перед собой широко открытыми глазами, но по тому, как побелели костяшки ее пальцев, как она судорожно вцепилась в борта лодки, чувствовалось сильное напряжение. Когда Ранд помогал ей выбираться из лодки, руки девушки были холодны как лед.

Не успели они сделать и несколько шагов, как Лианна снова рванулась вперед. Ранд понял, что она все еще намерена убежать от него. С досадой и отчаянием он схватил ее за руку и пошел рядом.

Лианна вспыхнула.

— Отпусти меня, англичанин.

Ранд посмотрел на толпившихся на берегу людей и тихо произнес:

— Или ты пойдешь добровольно, Лианна, или мне придется нести тебя.

Она попыталась вырваться.

— Ну что ж, тогда тащи меня, — огрызнулась Лианна. — Покажи всем, какой ты трус!

Терпению Ранда пришел конец. Стиснув зубы, он схватил ее на руки и направился к мосту, перекинутому от главной башни. Толпа расступилась. На освещенных факелами лицах играли улыбки; английские и французские голоса бормотали непристойности.

Лианна вся напряглась и казалась удивительно хрупкой. Ее застывшее лицо было бледным как полотно.

— Я никогда не прощу тебе этого, англичанин, — проговорила она, стиснув зубы.

— Герцог Бургундский предоставил тебе выбор.

— Ха! Выбор между замком и монастырем?! Это не выбор. Я никогда не покорюсь тебе, — отрезала Лианна.

— Никогда — это очень долго.

— Вечности не хватит, чтобы доказать мою ненависть!

Ранд почувствовал, как холодный камень лег на его сердце. Даже тепло Лианны, которую он держал в своих объятиях, не смогло отогреть Душу.

Не говоря больше ни слова, Ранд пересек двор и стал подниматься по ступенькам в круглую башню. Притихшие охранники почтительно расступились перед ними, и рыцарь вошел в спальню.

Служанка Лианны складывала ее свадебный наряд. Одного свирепого взгляда Ранда было достаточно, чтобы она бросилась вон из комнаты. Он с грохотом закрыл дверь.

Спальню освещали масляные лампы на стенах, на дубовом столе находились еще две свечи, бросая колеблющийся свет на свадебный ужин. Он состоял из холодного цыпленка, яблок, фиников, орехов и сыра. Ранд заметил также кувшин вина и два кубка.

Однако Лианна вовсе не собиралась праздновать свое замужество. Как только Ранд отпустил ее, она бросилась к столу и стала швырять в него глиняную посуду. Он растерянно стоял у двери. С силой, удивительной для ее хрупкого сложения, девушка запустила в Ранда кубком для вина.

— Лианна… — он уклонился от летящего в него подноса. — Лианна, прекрати немедленно, выслушай меня!

Глиняный кувшин разбился совсем рядом с его головой.

— Я не собираюсь слушать тебя, англичанин! — она запустила в него вазу с цветами. — Будь ты проклят!

Раздался осторожный стук в дверь.

— Милорд, что-нибудь случилось?

— Оставьте нас, — проревел Ранд.

Лианна стояла среди черепков, разбросанных фруктов и осколков стекла, словно разгневанная богиня. Быстрым движением руки она сбросила со стола свечи, и комната оказалась в полутьме. Тогда Лианна замахнулась на Ранда вторым кубком, но поскользнулась на битом стекле.

— Будь осторожна, Лианна! — воскликнул он. — Ты ведь можешь порезаться.

В ту же секунду раздался звон разбитого стекла, и Ранд почувствовал острую боль над правой бровью, теплая кровь стала заливать ему глаза.

С трудом сдерживая себя, он вытер рукой кровь, при этом осколок стекла вонзился в правую скулу. Ранд поморщился от боли, а когда открыл глаза, Лианна уже занесла одну ногу в окно.

Вне себя от ярости, он в два прыжка оказался возле нее.

— Черт тебя побери, женщина! — заорал Ранд. — Ты что, дважды лишилась ума?!

Схватив Лианну за руку, он втащил ее обратно в комнату. Но она отчаянно сопротивлялась, отбиваясь руками и ногами, царапаясь, как кошка.

Ранд пытался удержать Лианну, несмотря на нестерпимую боль в раненой руке и резь в глазах. В конце концов его терпение достигло предела, выругавшись, он с силой швырнул ее на кровать.

— Раз ты решила поиграть в жестокие игры, — тяжело дыша, сказал Ранд, — я должен принять твои условия.

Одной рукой он крепко сжал запястья девушки, а другой оторвал шнур от занавеси на кровати.