Простушка. Лгу не могу - Коди Кеплингер

Но тут Райдер слегка сместился, и я вдруг отвлеклась от его губ, острее ощущая движения его руки, которая начала пробираться мне под рубашку.

Несмотря на бесконечные поцелуи, мы еще не перешли на следующий уровень. И не то чтобы я выступала категорически против.

Но, чем выше поднималась его рука, тем сильнее я нервничала. Что, если он снимет с меня бюстгальтер и останется разочарованным? Что, если моя грудь покажется ему слишком маленькой, уродливой или какой-нибудь недоделанной? Вот у Эми бюст – что надо, позавидовать можно. Хотя, если честно, я не знала, какая именно грудь по-настоящему заводит парней. Но от этого было не легче.

– Эй. – Райдер слегка отстранился. – Все хорошо?

Наши глаза встретились, и меня тотчас отпустило. В его взгляде сквозила такая нежность, что мои тревоги разом улетучились.

Перестань сравнивать себя с Эми, подумала я. Он не хочет ее, он хочет тебя.

– Да, – сказала я. – Очень.

Он улыбнулся и снова стал целовать меня.

Одновременно он пытался расстегнуть мой лифчик. Видимо, это очень сложный трюк для парней, особенно если орудовать одной рукой, потому что процесс затянулся дольше, чем я ожидала. Ему почти удалось совладать с крючком, когда…

Шлеп!

Снежок впечатался в лобовое стекло под аккомпанемент удаляющегося хохота.

Мы оба застонали.

– Придурки, – вырвалось у меня.

– Почему мы опять притащились сюда? – спросил Райдер.

– Линдвей Хилл – самое крутое место для поцелуев. По крайней мере, так говорят.

– Да, пожалуй, но я бы сказал, что мой дом круче. – Он сполз с меня, и я смогла сесть. Усмехаясь, он смотрел, как я пытаюсь пригладить волосы. – Могу я предложить продолжить это у меня?

Я лишь улыбнулась.

К сожалению, дом Райдера оказался не таким свободным, как мы думали.

Мы со смехом ввалились в дверь, припорошенные свежим снегом. Райдер стал стряхивать снежинки с моих волос, а я хихикала, отталкивая его. Потом он поймал мои руки и прижал меня к двери, склоняясь для поцелуя.

Наши губы едва соприкоснулись, когда мы услышали громкое «Хм!» и как ошпаренные отскочили друг от друга.

– Мама? – Райдер резко обернулся. Увлеченные друг другом, мы и не заметили, что в гостиной кто-то есть. – Не думал, что ты дома.

– А я думала, что ты дома. – В ее голосе не было ни намека на юмор. – Твоя машина в гараже.

– Все верно. Я был с Сонни.

Я подняла руку и слегка помахала в знак приветствия.

– Здравствуйте, миссис Кросс. – Да. Не таким я представляла себе знакомство с его мамой.

– Мисс Таннер, – поправила она. – Я больше не пользуюсь фамилией мужа.

– Ах да. Извините.

Не стану вас обманывать. Я и без того до смерти боялась матери Райдера, уже наслышанная об ее страсти к чистоте и порядку не только в доме, но и в автомобиле сына. Райдер, хотя в душе и считал свою маму идеальной, описывал ее как довольно строгую и холодную женщину, которую еще больше ожесточил разлад в семье. Что и говорить, такие черты характера мне не очень импонировали.

И, словно этого мало, в жизни она произвела на меня еще более пугающее впечатление. Я помнила ее по семейной фотографии Райдера – эту красивую женщину с гладкой смуглой кожей и темными глазами. Но плюс ко всему она оказалась довольно высокой. Широкоплечей. И дополнял картину элегантный, с иголочки, дорогой темно-синий костюм.

– Это ваша машина на улице? – спросила она, выглядывая в окно.

– Э-э, да, мэм. Моя, – ответила я, а потом попыталась – вот идиотка – рассмешить эту женщину. – Я зову ее Герт.

Но она даже не улыбнулась:

– М-да. Прелестно. Я уверена, что соседям уже интересно, что такая машина делает возле нашего дома.

Приехали.

Я хотела что-нибудь сказать в защиту Герт, как бы глупо это ни прозвучало, но, к счастью, Райдер заговорил первым.

– Это винтаж, – со смехом произнес он. Мне было приятно, что он меня цитирует, и я немного успокоилась.

– Действительно, – сказала мисс Таннер. – Прошу прощения. Я забыла ваше имя. Не напомните?

– Сонни, – ответила я. И, подумав, что ее это может впечатлить, добавила: – Уменьшительное от Сони.

– Сонни, – повторила она. – Должно быть, я не успеваю следить за личной жизнью моего сына. Мне почему-то казалось, что его интересует девушка по имени… Эми?

– Уже нет, – сказал Райдер. – На самом деле мы с Сонни встречаемся около трех недель.

– Вау, – вырвалось у мисс Таннер. – Быстро ты меняешь пассий. Должно быть, сказываются гены Кросса.

Райдер вздрогнул.

– Прошу меня извинить, – сказала мисс Таннер, – но я взяла на дом работу, которую должна сделать. Было приятно познакомиться, Сонни.

Не могу сказать, что это чувство было взаимным.

Когда она вышла из комнаты, я повернулась к Райдеру:

– Это было… интересно.

Он смотрел себе под ноги, держа руки в карманах пальто. Очевидно, сцена знакомства ему тоже не доставила удовольствия. Но я чувствовала, что сейчас лучше не говорить лишнего.

– Мне уйти? – спросила я.

– Это необязательно, – сказал он.

Но что-то мне подсказывало, что добраться до второй базы нам сегодня не светит.

– Все нормально. Я, наверное, пойду. У меня много домашних заданий.

Райдер молча проводил меня. Когда мы подошли к моей машине, я повернулась к нему.

– Эй. – Я взяла его за руку. – Все в порядке? – Я боялась, что неодобрительное отношение его матери ко мне и моей неказистой тачке может его отпугнуть.

– Да, – сказал он. – Все хорошо.

И, хотя он без всяких колебаний наклонился, чтобы поцеловать меня на прощание, я знала: что-то изменилось. Что-то в словах его матери взолновало Райдера, даже если он пока не решился рассказать мне об этом.