Глупышка - Вера Окишева

– У вас все есть, я не знала, что вам подарить, но, надеюсь, понравится.

Это было портмоне. Мне в голову не пришло ничего более оригинального, как на железной планке попросить сделать гравировку «Большой Босс». Конечно, банально, но главное – внимание. Начальник открыл подарок, прочитал надпись, поворачивая портмоне так, чтобы на него падал свет уличных фонарей, усмехнулся, а затем убрал коробку во внутренний карман пиджака. Восторга, естественно, мой подарок у Босса не вызвал, но было приятно оттого, как аккуратно он убрал его в карман.

– Я не могу в таком виде везти тебя домой, – неожиданно заявил мне начальник после очередного неловкого молчания и приказал водителю ехать к нему.

– Нет-нет! Меня же потеряют! – запаниковала я, хватаясь за руку Дмитрия Анатольевича.

– Не волнуйся, я все объясню твоим родителям.

– Только не вы! – воскликнула я, представляя, что подумает мама. Ой, да ладно мама, а что подумает папа!

– Тогда сама позвони и скажи, что приедешь утром.

Я растерялась окончательно, не представляя, что и сказать в ответ. Он так властно говорил со мной, но я все же попыталась отстоять свое мнение.

– Я не могу ехать к вам домой. Это неприлично. Мы же с вами совсем незнакомы.

– Как незнакомы? – пришла очередь удивляться начальнику, а я чуть язык не прикусила от собственной глупости.

– Ну, то есть плохо знаем друг друга.

– Так и узнаем заодно, – настаивал Босс.

– Да нет, я не об этом. Обычно когда люди хорошо друг друга знают, у них есть общие знакомые.

– Бобров подойдет? – разговорился Дмитрий Анатольевич, ласково убирая мои выбившиеся из-за уха волосы.

Я отрицательно замотала головой.

– А Путин? – не унимался начальник.

Я нахмурилась, заморгала удивленно. А президент-то тут при чем?

– Путин? – переспросила я после секундного замешательства.

– Да, Путин, – невозмутимо отозвался в ответ Дмитрий Анатольевич. – Знаешь же его?

Я попыталась найти ответ в темных глазах начальника – издевается он надо мной или устроил очередную проверку моих умственных способностей.

– Конечно знаю.

– Ну вот, один общий знакомый у нас есть, при этом твои родители его тоже знают, – лукаво улыбаясь, шепнул мне Босс, да еще и подмигнул.

– Вы так шутите? – догадалась я наконец.

Дмитрий Анатольевич кивнул и уже открыто улыбнулся. У меня отлегло от сердца, и я легко рассмеялась. Ну и шуточки у него. Сразу и не поймешь, что это он так подтрунивает.

– Шучу, но насчет того, что сегодня тебя в таком виде домой не пущу, это я серьезно.

Мы еще долго с ним переглядывались, пока я первая не опустила взгляд. Ведь не отпустит и придется звонить родителям. Что же им сказать?

В этот момент я вспомнила о Юле, а она обо мне – в сумке зажужжал смартфон. Я быстро достала его и нажала вызов, но рта открыть не успела, так как из динамиков вырвался страшенный гул музыки и громкий голос подруги:

– Где ты? Я тут с ног сбилась, а тебя нет! Тимофей сказал, что ты уже уехала!

– Да! – успела я крикнуть прежде, чем Юля продолжила:

– Я домой не вернусь, скажи, что я у подруги!

– Э… – я замешкалась, пытаясь представить, как буду объяснять маме, что ни я, ни Юля не вернемся домой.

– Скажешь, что я у Вероники?

– Какой Вероники? – не поняла я. Не было у нее таких подруг. Или я о ком-то не знаю?

– Да той, что тебе платье дала на корпоратив, балда. Все, давай, люблю тебя!

Я выдохнула, морщась, почесала лоб, так как звонить и лгать было очень неприятно. Я жалобно взглянула на Большого Босса, тот в ответ ухмыльнулся и протянул руку, желая забрать смартфон. Я отвернулась от него. Лучше, если это сделаю я сама.

– Алло, мам, – позвала я в трубку.

– Да? – раздался обеспокоенный родной и любимый голос.

– Мам, тут такое дело. Мы с Юлей в гостях у Вероники.

– Какой Вероники?

Я состроила страдальческое лицо и мысленно застонала. Вот именно – какой? Да никакой!

– Ну той, которая мне платье на корпоратив дала.

– А-а-а-а, поняла. И?

– Я ногу подвернула, – решила я разбавить обман правдой, все равно ведь мама узнает, что я на больничном. – Ничего серьезного, мы уже съездили в травмпункт. Сказали, что просто растяжение, и вот, мы решили остаться у Вероники в гостях. Завтра утром будем. Ты не переживай, ладно?

– Как ты умудрилась-то, горе мое луковое.

– Да туфли немного велики.

– Когда-нибудь ты себе лоб расшибешь, – поворчала для порядка мама и пожелала хорошей ночи.

– Фу-у-у, – с облегчением перевела я дыхание и с улыбкой обернулась к начальнику.

Во время разговора я разглядывала черную кожаную спинку водительского кресла, так как боялась, что, взглянув на Дмитрия Анатольевича, собьюсь в своем вранье. А вот теперь замерла, испуганная сердитым лицом Босса. Что опять не так? Он же сам потребовал позвонить родителям. Или он думал, я не позвоню? Почему он так на меня смотрит, словно из машины хочет выкинуть?

– Что? – нервно выдохнула я.

– Значит, Вероника платье одолжила?

Я смутилась, сжимая обеими руками смартфон.

– А что я должна была ей сказать? Что мне Босс купил платье? За какие такие заслуги?

Начальник замолчал и отвернулся к окну, а я огорченно вздохнула. Ну вот. То шутит, то злится. Я никак не успевала подстраиваться под его изменчивое настроение. Он как туман, такой же внезапный.