Красавица и пират - Сильвия Торп

Граф повернул к нему серое и убитое горем лицо.

— А Барбикан? — спросил он, едва сдерживая свой гнев. — Клянусь Богом, если этот злодей еще жив…

— Успокойтесь, милорд, он мертв, — спокойно ответил Гидеон и прибавил: — Больше рассказывать нечего. Месяц назад «Чайка» зашла сюда для килевания, и Барбикану, благодаря его высокой репутации среди пиратов и искусству фехтования, кстати избавившему его от прежнего капитана, удалось захватить власть. Если бы не случай, который привел нас сюда, он вполне мог остаться безнаказанным!

— Это ложь! Каждое слово ложь! — воскликнула Франсис. — Они все живы. Все трое. Как вы не понимаете, что он лжет?

Гидеон вздохнул, словно эти повторяемые обвинения становились утомительными.

— Вы, разумеется, можете осмотреть корабль, — произнес он саркастически. — Возможно, это даже пойдет на пользу ее светлости. Она никак не может понять, что они на самом деле мертвы.

— И все же мне кажется, сэр, — сказал Морган, проигнорировав его предложение, — что ее светлость должна иметь хоть некоторые периоды ясности, иначе вы бы не были столь хорошо осведомлены касательно событий, произошедших уже после того, как «Санто Розарио» вышла из Порт-Рояля.

— Мой дорогой сэр Генри, — с готовностью подхватил Гидеон. — Не думайте, что рассказ, который вы только что услышали, полностью исходил из уст леди Франсис. От нее я мог узнать только разрозненные фрагменты истины, немного мне рассказала команда «Чайки», но большую часть был вынужден признать Криспин Барбикан, прежде чем мы его повесили.

— А, так вы повесили его? — встрепенулся сэр Генри, и в его глазах блеснула заинтересованность. — После того как он признался? — Он внезапно сел прямо, и в его следующих словах зазвучала угроза: — Послушайте, сэр, вы берете на себя слишком многое.

— Разве, сэр Генри? А как же эта несчастная леди? Неужели вы не понимаете, что она пережила? Ее брат умер, ее возлюбленный был убит у нее на глазах, сама она стала беспомощной добычей безжалостного человека. Боже, сэр, если этот негодяй мог бы умереть тысячью смертей, даже это бы не искупило его преступлений!

— Бедняжка! — Лорд Ларчвуд подошел к Франсис и нежно взял ее за руку. Его голос дрожал. — Я надеялся назвать вас дочерью, но Бог распорядился по-иному. Вам больше нечего бояться. Вы вернетесь со мной домой, в Англию, и со временем эти ужасные воспоминания померкнут и вы обретете покой.

— Сэр. — Франсис обернулась к нему и, положив ему руки на плечи, попыталась придать своему голосу убедительность. — Хэл не мертв. Я говорила и видела его только вчера, и мой брат и Криспин тоже живы. Я могу вам показать, где они заключены, если только вы согласитесь пойти со мной.

Граф похлопал ее по руке и нежно заговорил, словно с капризным ребенком:

— Я знаю, дорогая, я знаю, но вы не должны беспокоить себя подобными мыслями. Однажды, когда вы окрепнете, мы снова поговорим об этом. — Он оглядел своих спутников и покачал головой. — Бедняжка! Бедняжка!

Франсис вырвала руку и взглянула на него почти с ужасом.

— Вы поверили ему! — прошептала она. — Вы действительно поверили, что я сумасшедшая! — Она смолкла, прижав ладонь ко лбу. — Боже милосердный? Как мне убедить вас, что я говорю правду? Неужели никто из вас даже не согласится заглянуть в мою каюту? Говорю вам, Жан-Пьер лежит там мертвый. Капитан Сарн заколол его и решил, что он умер, но, когда он узнал о вашем присутствии, сэр Генри, он из последних сил пришел ко мне, чтобы освободить меня.

Морган внезапно насторожился и загадочно взглянул на нее:

— Допустим, это так. И правда, мистер Крейл, если бы он не выпустил ее, как вы намеревались с ней поступить? Судя по всему, вы ничего не сказали бы нам о том, что она выжила. Это кажется Мне странным, сэр. Чертовски странным!

— Лорд Ларчвуд, сэр, узнал бы об этом в более подходящее время, — резко ответил Гидеон. — Что же касается моих намерений по отношению к ней, я надеялся и продолжаю надеяться, что она станет моей женой.

— Да, — злобно отозвалась Франсис. — Вы женитесь на мне, чтобы помешать мне обвинить вас в убийстве, разве не так?

— Но, миледи, — быстро проговорил Морган, прежде чем Гидеон успел ответить, — вы настаиваете, что ваши три спутника живы. Значит, ваш кузен никого не убивал.

— Отчего же? — возразила она. — Он убил своего собственного отца потому, что тот стоял у него на пути. Да, он сам хвастался мне об этом.

Лорд Ларчвуд поднял взор. Спустя миг Морган заговорил снова.

— Ну не странный ли это бред? — заметил он. — Что вы скажете на это, сэр?

Гидеон легкомысленно рассмеялся, хотя только он знал, какого усилия стоил ему этот смех.

— Только то, что на момент смерти моего отца, сэр Генри, я находился в Бристоле, а он в Лондоне. Кроме того, будь я действительно виновен в столь отвратительном преступлении, я не стал бы похваляться им тому, у кого нет никаких причин желать мне добра.

— И тем не менее, это правда, — безнадежно вздохнула Франсис, поняв, что это ее последнее дикое обвинение окончательно убедило их в ее безумии.

Она жалобно обвела взглядом всех присутствующих. Вдруг ее глаза остановились на невысоком, худом человеке, стоявшем чуть поодаль и все это время сохранявшем задумчивое молчание. Мгновение она равнодушно изучала его, и тут ее взор оживился. Она подалась вперед.

— Капитан Шергалл, — ясно произнесла она. — Когда Криспин Барбикан спас вам жизнь в Порто-Бельо, вы поклялись, что, если когда-нибудь он окажется в похожей опасности, вы поможете ему. — Она замолчала и по внезапно воцарившейся напряженной тишине поняла, что, наконец, завладела их вниманием. — Роджер Шергалл, — продолжала она вызывающе, — эта опасность угрожает ему сейчас, и только вы можете спасти его. Станете ли вы клятвопреступником?